"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ), стр. 1363

Ладно, аэродром нашёл, время уже ближе к обеду, вот и ожидал темноты, внимательно изучая что и где на территории находится. Запасы топлива видимо там в канаве, накрытой маскировочными сетями. И от наблюдения с воздуха и от слепящего Солнца. Так что насмотревшись, я расстелил два одеяла, на шкуре спать всё же жарко, она для зимы, и вскоре уснул, как стемнеет, я рядом будильник поставил, пойду на дело. А так будильник действительно поднял вовремя, я достал «Шторьх», буду брать бензин до упора, две тонны и двести кило, что сейчас есть в хранилище, и лечу прочь. Планы у меня неплохие, на месяц вперёд, вот и буду осуществлять их. Так что всё удалось, и пробраться на территорию, уведя бочки с бензином и две канистры с моторным маслом, и заправив свой самолёт, на самом аэродроме ничего нет интересного, пустой, полетел в сторону Германии. Да, у меня туда лежит дорога.

— Ну и кто ты? — вдруг услышал я, находясь в позе атакующего орла над очком, в туалет приспичило ночью. Вот сижу на очке и тут этот голос. Кстати, помогает облегчаться здорово.

Находился я в бараке. Соседей рядом нет, три других очка пусты, так что я один был. Совсем один. Зима, январь сорок третьего, лагерь под Воркутой. Даже Инга у меня отсутствовала. А её вообще не было, оставил в Швейцарии, выдав вторую часть оплаты. А она в залёте, уже убедился, так что велел ей перебираться в Швейцарию, собственно сам туда и доставил воздухом, и получить гражданство помог, а дальше сама, и убыл на Чёрное море под Одессу, пока бархатный сезон не закончился. Всего неделю, но мой отдых был. Ладно, всё по порядку. Добыв тогда бензин, я добрался до Днепропетровска. Там используя хранилище, а бензин выложил, выкопал схрон. Сначала туннель, а внутри убирая землю и скидывая в воду Днепра, сделал комнату. Куда выложил почти весь бензин, одну початую бочку оставил, замаскировал схрон и полетел дальше в Германию, успел отлететь километров на сто, когда светать начало. С Ингой провёл время, да передневал с ней же в палатке. Место удобное и тихое. Степи, никого вокруг. А вот всю следующую ночь потратил на полёт и добрался до Берлина. Там набирал кулинарию, особенно сладости, вскрывал магазины кондитерские, отличный патефон добыл, а то у моего пружина сломалась. «Мессер» связной тоже с аэродрома увёл, ну и по мелочи. Потом Ингу в Цюрих, в Берлине она уже прошла врача, тот срок поставил в три месяца. На этом попрощались, заплатил я щедро, почти все марки отдал, пусть живёт как хочет. Сам на Чёрное море, по пути посетив Польшу и наняв двух полек. В любовницы. Ну и отдыхать с ними. Делал это, разбирая покупки. Так до начала октября. Там уже к нашим, в районе Сталинграда и вышел, причём на трофейном танке выехал, да ещё в боевом отделении немецкий полковник связанный сидел. Командир танкового полка, где я эту новенькую машину позаимствовал.

Отлично поначалу встретили, тем более узнали. А я огромным уважением пользуюсь и как командир-танкист, и как певец. Но затребовали в Особый отдал фронта. Я ещё тогда понял, это неспроста. А работать начали сразу с кулаков. Видать слухи до них о моих «подвигах» на Лубянке не дошли, иначе не рискнули бы. Семь трупов. Им пофиг, что я известный певец и музыкант, им награды нужны, а выявленный предатель такого уровня, это и чины, и награды. Только это не Лубянка, тут всё по серьёзному. Суд дал десять лет лагерей, учёл мои заслуги. Хотя прокурор двадцать просил. Или расстрел. Я в отрицалове был и на суде, и в лагере, не признаю своей вины, у меня самооборона. На меня напали — я отбился. Как мог. Вербовщики, что работали по лагерям, уже начали действовать штрафные роты и штрафные батальоны, склоняли меня пойти добровольцем. Искупить кровью. Какое искупление? Я не виноват, не признал и не признаю, вины там моей нет. Чистая самооборона. Вот и дошло до этого дня, января сорок третьего. Я хорошо устроился, две польки отлично отрабатывают оплату, припасы всякие. Меня всё устраивало, тем более и в лагере среди сидельцев я пользовался большим уважением. Я всё сделал правильно, и то, что до подобного дошло, вполне ожидаемо. Планы дальше до конца войны отсидеть, там по амнистии выйду. А тут такая неожиданность.

Дёрнувшись, я закрутил головой, но рядом никого не было. У меня тут же всё сложилось. Дядя нашёл. Поэтому обрадованно воскликнул:

— Степан Райнов. Передайте дяде, что я нашёлся.

— Стёпка? — явно обрадовался тот. — Не узнаешь? Я Лето.

— Лето? — удивился я. — Это тот хитрозадый пожилой хакер, что тайком проник к нам на станцию и сбежал в другой мир, прихвати изрядно добра и оставив своё старое тело?

— Стоп. Ты Степан Райнов, племянник главы проекта Артёма Райнова? Его телохранитель и пилот?

— Всё верно.

— Как ты меня можешь не помнить если сам помогал проникнуть на станцию?

— Оп-па… Кажется мы говорим о разных людях.

— Параллельный мир? Где те же события проходили с небольшими неточностями? — с заметным удивлением уточнил Лето.

— Да, я тоже про это подумал.

— Похоже. Расскажи о себе.

— Прямо тут, на толчке? Давай поищем место другое.

Так что я привёл себя в порядок, помыл руки из рукомойника, вода была, дежурные не халтурят, и прошёл в небольшую подсобку. Пусто, это хорошо. Да и закрыта на навесной замок была снаружи. Дальше я описал, с подробностями свою жизнь. Специально в доверие входил, надеюсь из-за хорошего отношения к Степану Райнову из параллельного мира, и мне что обломится. Попросить хотел амулеты, и ещё одно хранилище. Однако застопорилось всё на рассказе о моём чудо-хранилище, что позволило снова переродится.

— Многоразовое хранилище? — даже обрадовался собеседник. — Я пятнадцать лет магий занимаюсь, а о таком не слышал. А ну иди сюда, я тебя исследую…

Я ухватился было за лавку на которой сидел, но меня неудержимо потянуло в образовавшийся рядом овал портала, и втянуло. Я умер, при переходе это обычное дело.

Мне кажется очнулся я сразу. То есть не было долгого ожидания, как вырубило, сразу глаза и открыл. Лежал я в неудобной позе на полу, явно в боевом отделении какой-то бронемашины. Дрожал корпус, двигатель работал, видел боевую часть с откатником в башне орудия. Ленты со снарядами. Рядом десантные лавки. Что-то эта бронемашина, явно для перевозки десанта, на образцы времён ВОВ не похожа. Рядом два бойца. Явно погибшие, в цифровом камуфляже, разгрузки, в касках-сферах, при оружии. Это явно более современный мир. Я зашевелился и сел, поморщившись от боли в голове. Глянул на руки, но они в боевых тактических перчатках, но уже по зубам ясно, провёл языком по частоколу, что тело другое.

— Очнулся? — раздался рядом знакомый, и уже ненавистный голос Лето.

— Какого хр*на⁈ — прохрипел я, откашливаясь, беря тело под контроль.

Увидев на соседнем теле фляжку, я отцепил и окрутив крышку с жадностью прилип к ней. Пить очень хотелось. Ну и пока я делал это важное дело, Лето и просвещал меня в то, что случилось:

— Ты извини, я немного увлёкся. В общем, тело твоё пострадало. Да в пыль стёрлось, пришлось душу ловить. В общем я подсадил тебе в ауру шесть хранилищ, первое через двое суток откроется, на тонну сразу, дальше кач. Так что можешь ещё шесть раз умереть, память не потеряешь. В каждом хранилище по три амулета, зарядки, личной защиты и лекарский. Золотая середина, как я считаю. Ещё сумка у тебя в ногах. Да, та кожаная. Внутри амулеты. Подбор сделал для неодарённых. Это моё извинение за случившееся. В общем, я нашёл как раз новый мир, в старом твоём искал, подходящего тела не было, а тут сразу нашёл. Молодой боец, девятнадцать лет. Контрактник, мотострелок. Погиб, я подлечил тело, только травму головы оставил чтобы ты списал на неё амнезию. Тут две тысячи двадцать второй, восьмое марта, две недели как идёт СВО. Похоже на колонну обеспечения было нападение, где-то в сумской области. Дальше сам разберёшься. Кстати, русские солдаты разбежались, а к колонне подбираются украинские. На этом всё, можешь не благодарить, больше не увидимся, пока-пока…