"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ), стр. 1171

Сначала подтвердил, что память не вернулась, так что познакомились снова, так сказать. При мне чемоданчик, раз это традиция, то добыл, обычный советский, обшитый кожей, с железными уголками, и вещмешок, так что вещи в коляску, мы погрузились и покатили в сторону деревни. Действительно недалеко от Житомира. На юг, всего час езды, мы общались, проехали большое село, дворов на триста, с церковью, школой и даже небольшой больницей. Или вернее фельдшерский пункт. Многие из прохожих приветливо махали руками. Мы же проехали село, и от его окраин, да буквально полтора километра, была деревня в тридцать дворов, нам туда. Добравшись, проехали одну из двух улочек и подкатили ко двору, довольно большой избы. Дальше радостная встреча, обнимашек много было, я раздал мелкие подарки, наручные часы всем в семье, платки московские пуховые, ну и всякое разное, чем чемодан забит был, сообщив, что крупные будут вечером, мол, заказал доставку, так что народ начал собираться. Я орденом новеньким сверкал, знакомился с соседями, анекдоты травил, смех и шутки. Столы носили, лавки в сад подворья Лопарёвых. Меня хоть и считали калечным, раз комиссовали, значит что-то есть, много сочувственных взглядов ловил, но от повода погулять никто отказываться не собирался. Я помогал где нужно. В общем, предпраздничная суета царила неплохая. Из села немало народу шло, их пригласили. Там и дальних родственников хватало. Да, в деревне ничего нет, даже магазина, всё в селе, школы, медики и магазины. Да нормально, село же под боком.

Ну а дальше началось общение за столами, посиделки, тосты, градус алкоголя повышался. Бутыли быстро пустели и закуски хорошо шли. Темнеть начало, лампы керосиновые вынесли. А богатые Лопарёвы, две лампы на дом. Ну и соседи две принесли. Тут председатель колхоза, а он был приглашён, сидел с женой на почётном месте, спросил:

– Когда на работу выйдешь?

– Да пока до осени не планирую. Хочу на Чёрное море съездить, месяца на два, отдохнуть, тем более путёвка в военный санаторий есть, могу исправить на черноморский. Потом во Владивосток, сослуживец приглашал, тоже в запас вышел, погощу там. А осенью, думаю в аэроклуб поступить. На окраине Москвы есть, я уже узнавал. Буду лётчиком, но гражданской авиации. Собственно, сюда за документами приехал, аттестат школы нужен.

– Да кто тебя отпустит? – даже удивился тот. – Нам работники нужны, механизаторы, трактористы, механики.

– А мне какое дело кто вам нужен? – теперь уже я удивился.

– Без моего разрешения ты не можешь никуда уехать, а я его не дам, итак молодёжь бежит. Сколько ваших Лопарёвых сбежать смогло.

– Так-так-так, а тут поподробнее. А то я память потерял и не в курсе дел.

Тот довольно подробно описал какие ему выданы полномочия, и остальное, включая запрет покидать деревни. Пока он справку не подпишет, включая подпись участкового милиционера, например, на учёбу в училище или институте, никто из молодёжи уехать не может, а выпросить справку фактически невозможно. Есть армия, парни уезжают и всеми силами там стараются остаться. А девчатам как? Теперь мне многое стало ясно. Сколько жизней прожил в это время, а таких подробностей не знал. Да и не моя сфера интереса, если уж быть откровенным.

– Так, если я всё правильно понял, то сейчас разложу по полочкам. Поправите меня, если я где ошибся, – анализируя услышанное, медленно сказал я, и продолжил. – В колхозах работают люди, причём не за зарплату, а за какие-то трудодни. По ним колхоз выдаёт работнику зерно, мясо и овощи. При этом норма так высока, что работник не всегда может его выполнить и его штрафуют, что довольно часто происходит, лишая галочки трудодня. Это из писем родных узнал. Получается на вас люди работают бесплатно, их спасают только личные домовые хозяйства. Далее, вам лично сверху спускают директивы, планы по выпуску продукции, урожаю с полей и остальное. Вы сыпете лозунгами, что это нужно партии и народу, а по факту никому кроме вас лично это не нужно, потому что если вы завалите работу колхоза, и план не будет выполнен, накажут не рабочих, накажут лично вас. Что там? Трудовые лагеря, с семьёй сошлют, или Врагом Народа объявят? Я не знаю, но видимо что-то серьёзное, раз вы так этим планом озабочены. Получается, все эти люди, что тут собрались, работаю лично на вас, на ваше благо. Вы местный феодал…

– Но позвольте…

– Не перебивайте, я вас не перебивал. Так вот, все эти люди по своей сути рабы. А вы, рабовладелец. Именно вы решаете, как им жить и вмешиваетесь в их судьбы. Как в царские времена крепостные крестьяне. Разницы не вижу. Вы дворянин, феодал, отчитываетесь дворянам выше. Пример грубый, самому не нравиться, но похож. Что по вашим словам, запрещу, не разрешу, то я столичный житель, купил там дом, вышел в запас в местном военкомате, паспорт получил, прописавшись. Власти у вас надо мной нет. Да, родным не успел сказать, времени просто не было на это, но вот сообщаю, я устроился в столице, жить буду там, так что, кто там будет, приезжайте, гостям всегда рад. И ещё, на войне трофеи были, я собственно так дом и купил. Трофеи с убитых финнов снимал. Замечу, что мародёрство, это снимаешь с чужого тела, убитого не тобой. А если ты ему пулю вогнал, всё с него твоё. Кроме оружия и документов, это сдаётся. Намекну. Финны носят наручные часы, не все, но каждый третий их имел. У меня в качестве личных трофеев их полторы сотни. Чтобы вы поняли какая там война шла. Также есть финские лыжники и велосипедисты. Мне удалось уничтожить не одну группу в засадах, взять пять финских велосипедов. Один я оставил в своём доме в Москве, а четыре мне доставили сюда. Вон уже сигнал дают. Вы пока сидите, я встречу курьера, и приму груз.

Вот так оставив всех обдумывать то, что я сказал, а в тишине говорил, разговоры смолки, слушали все, под таким углом те на свою жизнь не смотрели, так что молчавших гостей за столами оставил, и ушёл на улицу. Пора подарки раздавать. А позади гул разговоров начал подниматься, чем дальше, тем сильнее.

Вернулся я, катя за рули два велосипеда. Достал из хранилища все четыре, но два других оставил у ограды, прислонив, так что на месте для танцев, у нас тут баянист, уже наигрывать начал, и я подарил велосипеды. Младшим детям, Артёму и Наталье. Потом сходил и привёл ещё. Подарил Ольге, а четвёртый на семью, общего пользования. Это вызвало если не ажиотаж, то близко, потому что слова – это слова, а весомое доказательство, что вызвало восторги у детей, то что они с войны, те похоже пропустили мимо ушей, это другое дело. Пять велосипедов в семье Лопарёвых, у них свой общий был, сразу подняло степень зажиточности на большую высоту. А не перебор ли я сделал? Впрочем, не купил, а боевые трофеи, это соседи поняли. Так что гул разговоров снова пошёл. Также достал три десятка наручных часов и с подсказками отца, начал раздаривать родственникам. На память. Хотя тот считал, что подарки слишком дорогие. Родственников хватало, так что всё ушло, даже председателю колхоза подарил. А что, я уеду, а семья тут останется, как бы мстить не стал, такие возможности у него есть. Ничего, нормально принял. Ну а дальше уже гулянка пошла. Я тоже лихо отплясывал.

У родни я провёл не пять дней как прикидывал, а все две недели. Причина банальная. Женщина. То, что я влюбился, а бывает такое, когда накрывает, в семье просекли сразу. Мария, это не бывшая невеста Сани, она из села, была нам такой дальней родственницей, что и вспоминать не стоит. Фигуристая черноволосая дивчина семнадцати лет, с длинной косой и такой красивой улыбкой, начитанная, что я понял, упускать её точно не стоит. Парень был, сейчас в армии, где нашёл себе другую и уже женился. Хорошо с Марией до серьёзного не дошло, поцелуйчики, не более, я проверил. Мои родители быстро сговорились с её, а нас застукали на сеновале, отслеживали, и как-то быстро женили. Да, всё село и деревня гуляли на нашей свадьбе, даже братья и сёстры приехали со своими семьями, познакомились. Средства и необходимое я выделил. Да я в принципе и не против, иметь надёжный тыл очень даже желал, свою половинку. А вот Софью доставать и не думал. Это не измена, я её раньше нанял. Отработает, пока война идёт, и свободна.