"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ), стр. 1145

– Старлей, ты под миномётным обстрелом был?

– Нет.

– Ты заработал побывать под ним. Удачи.

Поправив лямки сидора, постоянно сбивались, побежал прочь, на попытку меня посадить на попутную машину, я отмахнулся. Мстить надо всегда. О нет, убивать я никого не собираюсь, ещё чего, бить буду по имуществу. Свой мотоцикл уничтожу, ещё не дарил его, потом новый себе добуду. И на посту было аж две машины, «полуторка» и новенький «виллис», они уже стали поступать. Вот этого всего тот и лишится. На двух постах командиры нормальные, отлично понимали, что трофей без документов, отпускали, а этот прицепился. Надо наказать. За рощу отбежал, далее достал миномёт, голем уже к опушке отбежал, корректировать с помощью него буду, и сунул мину в ствол. Рвануло в стороне от поста, там паника поднялась носиться начали, пока не укрылись в противоздушных щелях, на что я и рассчитывал, и пятью минами разнёс «Виллис» и «полуторку», горят, а потом ещё одной точно в свой бывший мотоцикл, только обломки в брызгах огня от развороченного бака разлетелись. Те у меня технику отобрали, а я у них. Око за око. Потом три мины положил в притирку к краю щели, где старлей укрылся. Пусть галифе стирает. Так что убрав миномёт, сел в «Опель» и покатил дальше. Вот и всё. Две колонны с обеих сторон дороги встали, пережидали обстрел, так что проехал мимо одной и прибавил газу. Отличный «Кадетт», хорошо ухожен, не скрипит подвеской, приятно ехать. На въезде в Москву был ещё пост, но пропустили без остановки. Только взглядами проводили.

Печально вздохнув, я вернул всё имущество в хранилище. Осталось только то с чем буду работать. Ящики и коробки, сами ящики оставлю, а содержимое в хранилище, вот и начал вскрывать и убирать содержимое. Нет, идея не сработала, ничего из того что в прошлой жизни было, и главное, амулеты. Не появилось. Час ждал, но нет, глухо. И Райнова усыпил, он кстати проснулся, хлопал глазами и его вырубило, хлороформ сработал. Всего пять капель капнул, надеюсь хватило. Сегодня я и въехал в город, машину во двор загнал. А в Артиллерийское Управление РККА поехал на «Опеле». Меня получается в него перевели, как миномётчика. И петлицы теперь чёрные носить. До этого красные были.

В полевой форме посещать здание Управления не стоит, поэтому направился на склады, что обслуживают командиров, мои документы проверили, подтвердил ими. Я сделал хитрый финт, сдал свою форму старшего лейтенанта, парадную, и получил новую, но капитанскую. Ну да, нашивки и петлицы сам пришивал, да копии наград крепил. Петлицы чёрные, как и околышек на фуражке. После этого к знакомому ювелиру. Он кстати делает копии с разрешения наградного отдела, и продаёт, сначала наградную книжицу покажи, он внесёт данные с неё в журнал, и выдаст копию. Не две, тут серьёзно доплатить нужно. Я показал документы и копии орденов «Красной Звезды» получил. Настоящие награды убрал, привинтил копии. Вот теперь в Управлении. Время пять часов дня, но там работали. Проверили по документам, да есть запрос на мой перевод. Направили в кабинет нужного командира, майор Вересков, как тот представился:

– Вот что, капитан, полк укомплектован, уже отбывает на фронт, заняли батальон, пока ты добирался.

– Отлично, – обрадовался я. – Давайте меня обратно в дивизию вертайте.

Ещё бы, я и на своих двоих добегу до дивизии, лишь бы вернули. Там комдив отличный, комиссар не хуже, командиры понимающие. Я как дома был.

– Погоди не спеши. Быстрый какой. Никто тебя обратно не отправит, слишком много сил было потрачено чтобы перевод провести.

На попытку всунуть взятку чтобы меня вернули, тот на меня наорал, вручил направление и приказал как можно быстрее отбыть в часть. А направили меня в 95-й миномётный полк, на конной тяге. Тот в донской степи где-то, как я понял. Покинув здание Управления, я задумался, открывая дверцу «Опеля», и кивнув сам себе, поехал навестить в кадровый отдел Управления РККА. Там был нужный мне подполковник, повезло, два золотых портсигара, две женские броши с каменьями, и моё направление было изменено. Меня направляли помощником начальника артиллерии в Триста Двадцать Четвёртую стрелковую дивизию. Ага, дам я себя непонятно куда сослать, мне и в дивизии хорошо. В дивизию сообщение направят, о моём прибытии и я, как стемнело вылетел на «мессере» в сторону позиций своей дивизии. Благополучно сел, и даже до штаба добежал. Дежурный командир, улыбаясь, уже все знали, что я возвращался, сообщили по линии секретного отдела, выделил койку, так что вскоре уже спал. Вот такие у меня приключения. А вы, Артиллерийское Управление, обломитесь.

Забив козла, я довольно улыбнулся, стал выдавать выигрыш, шесть щелбанов, как и договорились. Капитан из ГРУ, что сидел со мной в одной камере, шипя стал потирать лоб.

– Да какой ты миномётчик? Ты молотобоец, – шипя, проговорил тот.

Сидевший рядом с ним майор ВВС, у которого на лбу две шишки располагались, он недавно мне проиграл, только засмеялся. Я собрал карты и стал мешать, и тут же поторопился их спрятать, заскрежетал ключ в двери, и та открылась.

– Никитин, на выход.

– А, моя очередь, – кивнув на двух избитых командиров, лежавших на нарах, хмыкнул я.

В дивизии я всего неделю и провёл, неплохо проредил миномётные подразделения новой дивизии, трофеи даже взяли, хотя и сложнее, тут солдаты серьёзные, мало битые, за своё крепко держались, но мотоциклов у той много было, так два десятка по нашей дивизии теперь разошлось, но меня прибыли арестовывать. Аж из самой Москвы группа была, начальник Особого отдела нашей дивизии перед ними на цыпочках ходил. Пугали те его серьёзно. В общем, довезли до Москвы, на Лубянку, и только тут узнал причину ареста. А мне и дезертирство вменяли, и обстрел из миномёта стационарного поста досмотра. Нажаловался всё же старлей, отстирал галифе и настучал. Я сутки всего как в Москве, уже второе июля было, вчера доставили. При оформлении и узнал почему меня арестовали. А сегодня вот смотрю на допрос повели. Возможно и бить будут. В принципе, я особо не переживал. А что мне арест и возможный суд? Не будет его, в дивизию вернусь, ходы знаю. Осудят, здравствуй родная зона. Я в любом случае в выигрыше. Только одно может мне настроение испортить, если суд к высшей мере приговорит. Тогда да, трупов много будет. Хм, если в штрафбат отправят, они уже есть, то это аналог высшей меры. Также отреагирую, сделаю ноги. Честно признаюсь, личность Никитина я терять не хотел, сжился с ней и серьёзно планировал довоевать, или вернее, дожить до конца войны, и начать мирную жизнь. Это пока все новости.

Вот так с подсказками конвоира, типа: лицом к стене, руки за спину, вперёд по коридору, меня и довели до нужного кабинета. Тот на третьем этаже был. Там завели в кабинет, а я в своей полевой форме был, усадили. Конвойный вышел, а следователь, старлей ГБ, но шпалы майора, открыв папку, спросил:

– Гражданин Никитин Илья Павлович?

– Да.

– Вы знаете причину ареста?

– При оформлении сообщили. Дезертирство, что понятно чушь. И обстрел из миномёта поста. Тут не возражаю, моя работа. Но подписывать ничего не буду. Это на словах всё.

– Любопытно. Мне говорили, что с тобой не просто будет, а тут сам во всём сознался. А почему с дезертирством чушь?

– Мне дали направление на новое место службы. Мне оно не понравилось, Донские степи, там жарко, в кадровом отделе Управления РККА сменил, и вернулся в свою дивизию. Какое тут дезертирство? У меня законное направление было на службу в стрелковой дивизии замом по артиллерии. Неделю там пробыл, пока за мной ваши не приехали, отлично поработали.

– А обстрел поста?

– У меня мотоцикл отобрали. Я этот мотоцикл лично добыл, убив посыльного. Да, на него не было документов, но это мой мотоцикл. А тут бойцы наставили винтовки, когда я к кобуре потянулся, не собираясь отдавать своё. Обещал отомстить, око за око, и отомстил. По людям не бил, а вот технику поста уничтожил. Они у меня отобрали мотоцикл, а я у них. Всё честно, как видите. Только вот докажите, что я это сделал, я в отказе буду. Ничего не знаю. И почему я?