"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ), стр. 1666
В скором времени Сафира блаженствовала в горячей ванне с удобными изгибами для ног и головы, стараясь не вспоминать термальный источник и мужские руки на животе.
Она стала слишком на Лунара полагаться, слишком поддалась исходящему от него чувству защищённости и надёжности. Ей их так не хватало! Но она предводительница и может рассчитывать только на себя. И ещё на друзей, оставшихся в Рубиновом Роге.
Служанка умело промыла волосы, попыталась спросить об искрах, но Сафира спряталась от вопроса за непониманием языка.
Мирпа не настаивала – помогла привести в порядок ногти, умаститься специальными кремами. Предводительница впервые за много дней ощутила себя женщиной. И вместе с этим ещё сильнее накатила ностальгия по дому.
Потом Мирпа предложила принести еду прямо в комнату, чему предводительница несказанно обрадовалась. Можно будет поменьше со всеми видеться, переждать время, необходимое Лунару, чтобы определиться, каким образом пробовать вернуться в Рог. А заодно обдумать всё случившееся.
***
Позже, когда Сафира сидела в кресле у камина, одевшись всё в ту же подаренную ночнушку и укрывшись мягким одеялом, смотрела на искры огня, раздался стук в дверь.
– Можно? – поинтересовалась Китилья.
Сафира повела плечами:
– Ты хозяйка, я всего лишь гостья.
– Комната твоя, – отозвалась Китилья, тем не менее проходя.
Затворила дверь, придвинула к камину ещё одно кресло.
– Я хотела поговорить с тобой о глубинных проявлениях, – начала Китилья, и, обнаружив хмурый взгляд Сафиры, поспешила добавить: – Не бойся, не стану лезть в ваши с Лунаром отношения, неблагодарное это дело. Сами разбирайтесь.
«Какие там отношения. Нет уже никаких отношений», – вздохнула про себя предводительница, однако вслух ничего не сказала – лишь дала понять, что слушает.
– Лучше поговорим о Кадиме. Знаешь, почему он не все приказы верно исполняет?
Сафира хотела возмутиться, ведь это словно намёк на её несостоятельность быть предводительницей. Но после передумала: ведь действительно так. Гораздо важнее разобраться.
– Некоторые исполняет в точности. Например, прикоснуться ко мне не может… А вот болтает иногда чересчур много.
– Ещё бы он к тебе прикасался. Это же твоё самое глубокое и неизменное пожелание. И не сможет, – согласилась Китилья.
Сафира заинтересованно посмотрела на неё:
– Но и слушать его гадости я не хочу.
– Уверена? Нет, то, что гадости слушать не хочешь, я понимаю. Но ты уверена, что хочешь, чтобы он молчал?
– Конечно!
– Думаю, не совсем так. Ты в глубине души ждёшь… чего-то. Чтобы он извинился? Осознал? Признал тебя? Возможно, ожидаешь ответа? Разговор – очень зыбкая грань, тут слишком сложно отдавать приказы. Ведь над мыслями ты контроля не имеешь. Слова – граница между мыслями и действиями. Пока его слова для тебя хоть что-то значат, ты можешь отдавать неосознанные приказы отвечать.
Сафира задумалась. Похоже на то. Она никогда не предполагала, что управлять через фитарели так сложно. Казалось бы, ерунда, отдаёшь приказ…
– Но я не могу приказать ему всегда молчать. Не могу приказать… ну не знаю, делать что-нибудь, что привлечёт к нам внимание. Ведь это… опасно. Если нами заинтересуются… их ведь много.
– Ты всё правильно делаешь. Просто какое-то время придётся держать в уме ограничения, особенно в процессе разговора. Потом, думаю, само начнёт получаться.
– Откуда ты столько знаешь о фитарелях? – запоздало удивилась Сафира.
– Я долго изучала этот вопрос, – отозвалась Китилья. – Есть ещё один момент. Кадим знает, что фитарели можно сопротивляться. Видел лично, сдерживал Лунара. Конечно, у него самого нет таких возможностей и он осознаёт, что никогда не будет. Но тем не менее это даёт ему надежду, желание пытаться экспериментировать, выискивать лазейки. Будь осторожна.
– Значит, он может прорвать приказ?!
– Глубинная уверенность – сильная вещь. Просто помни, что ты сильнее.
– А защита фитарели? – нахмурилась Сафира. – Её тоже возможно… обойти? Причинить мне вред?
– Нет, – улыбнулась Китилья. – Её обойти нельзя.
– То есть… за всё, что касается физической стороны, можно не переживать. А вот с другой…
– Психологической, – подсказала Китилья. Сафира кивнула:
– … придётся поработать?
– Можно и так сказать. То же касается, например, мимики, взглядов. Ты можешь заставить его улыбнуться, но не заставишь ласково смотреть.
– Ясно, – пробормотала Сафира.
Задумалась, о чём бы ещё спросить. В голову лезло только одно, и она рискнула:
– А… что ты говорила… про шрам?
– Наложим иллюзию, будет не заметен. Но она недолговечна. И постарайся не хвататься за него чуть что. Я отправила послание королю, с просьбой принять нас. Ждём приглашения. М… Мирпа тебя устраивает?
– Она… неплохая.
– Неплохая, – согласилась Китилья. – Но довольно болтливая, не слишком откровенничай… когда язык освоишь.
– Не буду, – буркнула Сафира.
Будто бы предводительнице свойственно «слишком откровенничать».
Китилья сделала движение, словно собиралась вставать, и Сафира поспешила спросить:
– Расскажи мне про ваш мир. У вас тоже… предводители? Или… кто? Как живут? – она чуть не сказала, что видела высокие дома, однако вовремя прикусила язык.
– Наш мир… – пробормотала Китилья, и на лице проступило такое выражение – нежности, восторга, ностальгии. Сафира ощутила, как ей самой захотелось заглянуть туда хоть глазком, хоть на денёк, увидеть, где, как живёт Лунар. – Нет, у нас нет предводителей… таких, как у вас. Но у нас есть правящие… ммм… круги. Обычно в них попадают одарённые, наделённые большой силой. Люди у нас живут долго, очень долго. Наверное, так могли бы жить и вы, если бы не убивали друг друга. Ну и под фитарелями невольники должны стареть намного быстрее.
Сафира кивнула: так и есть. Китилья рассказывала настолько заразительно, что Сафире хотелось сесть открыв рот и заслушаться, как в детстве наставника Нима. Даже пришлось напоминать себе, что она уже не маленькая.
– У Совета Сильнейших имеется один древний… артефакт. Я думаю, во многом благодаря ему Нибалурра стала верхним миром. Он позволяет проявлять помыслы, уравновешивать противовесные силы… много чего. Его невозможно украсть, уничтожить, – Китилья улыбнулась. – Прецеденты были. История его создания, или возникновения, скрыта тайнами, охраняется очень строго. Ведь именно он даёт равновесие нашему миру.
– Его, наверное, тоже охраняют?
– Есть особый… клан скажем. Особые люди, которых артефакт сам принимает в хранители. Они вне политики, вне всего. Они только обеспечивают его функционирование.
– Политики?
– Ну… как же сложно тебе объяснять, – Китилья улыбнулась. – Государств у нас нет, зато мы контактируем с некоторыми соседними мирами. Изучаем остальные. Ни с кем не воюем, но себя защитить можем. Учим детей, работаем. Отдыхаем, – последнее слово сопроводил тоскливый вздох.
– Там, наверное, хорошо?
– Я не могу тебе передать, насколько там хорошо!
– А… – до Сафиры вдруг дошли предыдущие слова собеседницы, и она с трудом проговорила: – Ты сказала, те, кто наделены силой? А Лунар… у него ведь тоже… большая сила?
В глубине души Сафире хотелось, чтобы Китилья её разубедила, ответила, что у них всех такая же, а у предводителей, или тех, кто их заменяет – больше, гораздо больше.
Но Китилья глянула с лёгким сожалением:
– Да, его сила велика. Он относится к одной из правящих семей, где сила передаётся из поколения в поколение.
– Но почему тогда…
– Почему решил отправиться в ваш мир – пусть сам тебе расскажет. Извини.
Сафира кивнула, ощутив усталость. Зачем эти знания, зачем распалять собственное любопытство? Ей предстоит вернуться в свой собственный мир, остаться предводительницей Рубинового Рога. А ему – в свой.
– А этот… второй… Аир… такс? – спросила, чтобы хоть что-то спросить.