"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ), стр. 1048

Словно зачарованная я смотрела, впитывая его волнение, бархат тёплой ночи и запредельную мелодию.

И даже не сразу услышала, что в неё вплёлся звук ксатара. Сначала тихий, еле уловимый, после всё громче и громче. Второй. Третий.

Раздался ещё один голос. Он вёл другую мелодию, без слов, которая была скорее аккомпанементом, оттеняла песнь моего мужчины.

Ещё. И ещё. Целый хор влился в наш уединённый Круг, из темноты проступали фигуры драгов. Они не заходили за ограждение, собираясь вокруг. Некоторые держали в руках ксатары, другие – какие-то горящие лучины, или свечи. Мужские, женские голоса… они принимали нас, наш союз, словно выражали удовольствие, что мы заключали его так. Здесь. Сейчас.

Мелодия продолжалась, нарастала, Дирайм выводил свою партию один – и я интуитивно подхватила её, поддержала, усилила… вплела в неё узор своего голоса.

ГЛАВА 25

Словно зачарованная, смотрела я в тёмные глаза, в которых плескалось золотое пламя дар'морна. Мелодия пошла на спад, вытянутые зрачки Дирайма становились всё ближе… Последние тихие звуки перетекли в поцелуй. Неожиданно нежный поначалу, а потом горячий и требовательный.

Свет гас, драги расходились. Я не видела, кто из них присутствовал, для меня они так и остались безликими фигурами. И в этом было своё особое очарование.

Моя раскрытая сила чувствовала их дар'морнов, которых сами они давно научились друг от друга скрывать, хранить как нечто личное и сокровенное. Только вовсе не хотелось портить момент – один из тех редких, когда привитые с детства рефлексы собрать как можно больше информации засыпают в горячих и искренних объятиях любимого мужчины.

После бесконечного поцелуя мы снова остались в тишине и темноте.

Прохладный ночной воздух пробирался под платье, холодил открытую кожу. По плечам пробежал озноб – скорее, после всего случившегося, чем действительно от холода. Подкорректировать теплообмен я не успела и даже не сообразила: Дирайм накинул мне на плечи свою рубашку.

Я провела пальцами по изуродованной спине, касаясь шрамов. Раскрыла силу, ощущая, чего он сейчас хочет. Прошептала:

– Покажешь дом, где вырос?

Райм молча взял меня за руку и повёл из Круга. Я скинула туфли: идти босиком по этим доисторическим тропкам было намного приятнее.

В воздухе разливался запах цветения. В небе сияли звёзды, каких никогда не увидеть из города. Откуда-то издалека доносились едва слышные звуки ксатара.

Всё вокруг было пропитано безмятежностью и удивительной безопасностью. Враждебность, которая сквозила в наш первый прилёт, исчезла.

Я вдруг осознала, каким шоком стало для драгов убийство одного из них. Трагедия, ворвавшаяся в тихий безмятежный мир. Лживая чужачка, которая притворялась, сводила с ума привязкой… Стало понятно, почему они ответили такой жестокостью.

Мы долго шли под сводами деревьев и кустов, под шуршание листвы. Мягкая трава стелилась под босые ступни. Я придерживала длинное вечернее платье, лэр Форт отобрал у меня туфли и уверенно вёл вперёд, будто гулял здесь вот только вчера.

И, наконец, вывел к большому трёхэтажному дому. В темноте угадывались очертания балконов и плоской крыши с площадкой. Широкие окна не горели, только отзеркаливали свет звёзд и лун.

Дирайм приблизился к скамье, стоящей перед домом. Сел, потянул меня за руку, усаживая рядом.

Молчал. Но внутри него я ощущала столько разных эмоций, каких даже представить не могла. Казалось, он давно уже их все подавил, вытравил из себя вместе с прошлой жизнью.

Приближение женщины я почувствовала издалека – уверена, Раймадар тоже. Напрягся, словно узнал её.

Высокая, немолодая, она вышла позади нас. Конечно, я сделала на спине незаметный глаз с ночным зрением – не могла не глянуть.

– Я пела в твоей Песни, сынок, – тихо произнесла она.

Дирайм поднялся, развернулся. Перепрыгнул спинку скамейки.

Я молчала, давая им это время. Даже не подглядывала – и так ощущала крепкие, жгучие, выстраданные, выжданные объятия. Тихие материнские слёзы.

– Азель настаивала на повторном Круге, – прошептала она. – Лично переговорила с главами кланов. Но её не поддержали.

Я улыбнулась. Если Дирайм что-то скажет по поводу Мирры, я припомню ему Азель.

Впрочем, нет, не припомню. Ну их к хёргам обеих.

– Сегодняшняя ночь ваша, наслаждайтесь, – опять прошептала женщина, проведя ладонями по его лицу. – Но буду рада познакомиться… в нашем доме. Прилетайте в любое время.

– Спасибо… мама.

– Райм, – почти неслышно выдохнула она, отступая куда-то в тени.

– Приедем? – тихо спросил он, возвращаясь на скамейку.

Положив голову ему на плечо, я провела пальцами по обнажённой груди.

– Я росла в питомнике, Райм. Буду рада, если мои дети смогут ездить к бабушке.

Он крепко прижал меня к себе, снова и снова накрывая губами губы.

Насладиться нам, к сожалению, не дали.

Коммуникатор на руке лэра Форта разразился тревожной трелью.

Возвращаться в мир небоскрёбов и межпланетных крейсеров не хотелось. Хотелось ещё посидеть тут, глядя на звёзды под далёкие звуки ксатаров, вдыхая запах совершенно иного мира. Теперь и моего мира.

– Да? – произнёс Дирайм. – Понял. Сейчас будем.

– Что там? – я поднялась, с сожалением осознавая, что оттянуть момент не получится.

– Днём Злата «сбежала» в Зил-алил. В каком-то из торговых центров по общественной связи пыталась отправить сообщение.

– Перехватили?

– Разумеется, – он снова взял меня за руку и ускоренным шагом направился к нашему катеру. – Недавно она вернулась с сообщением. Те, кто его передали, пасли её до самого моего дома, всё слежки боялись, – в голосе Раймадара послышались саркастические нотки.

Нет, я бы в здравом уме не стала связываться с Орбитальным флотом Дирайма на его собственной планете.

– Видимо, без поддержки Центральной Флотилии им тут сделалось совсем туго, – хмыкнула.

– Уверена, что без поддержки?

– Пытаюсь представить реакцию наших, когда к новому Берту Свону пришли с каким-нибудь докладом о захваченных пленниках. Твоих друзьях. Если я не ошиблась и там уже не Мирра…

– Орбитальная съёмка показала, что в Пустошах были катера Флотилии. Ты права, заглушили сигнал. Думаешь, это не Свон?

– Думаю, кто-то занимался именно этим вопросом и докладывал Свону. Настоящему. Как только наши узнали… они постарались нам передать. И наверняка не стали поддерживать их «операцию».

– Вот и проверим.

– Так что там за сообщение?

– Что меня будут ждать у Одинокой Скалы, – хмыкнул Форт. – Одного.

***

Впервые за долгое время в моей душе поселилось удовлетворение. Теперь я знал, что всё выйдет как надо. Не важно как – главное, правильно. И даже почти поверил, что метаморфы нам больше не враги. Что загадочный «куратор» получил сообщение и навёл порядок.

Это могло быть видимостью, возможно, метаморфы ещё придут мстить за Мирру. Я не сбрасывал такую вероятность со счетов.

Но нам с дар'морном впервые за долгое время было слишком хорошо, чтобы об этом тревожиться.

Спустя три четверти часа мы с Лундан, переодетые в комбезы, которыми я на всякий случай запасся, стартовали из Драг-алила.

У меня не возникло ни малейшего сомнения, о какой «Одинокой Скале» идёт речь, и Лун тоже не предлагала иных вариантов.

– Наша основная задача – задержать их, – проговорил я. – Пока мои ребята накрывают точки в Зил-алиле и соседних городах.

– Мы будем сами? – нахмурилась заноза.

– Третье крыло летит, подстрахуют. Но на отдалении, чтобы не спугнуть.

Лундан кивнула. Катер беспрепятственно прошёл барьер драгов. А ведь я боялся, что не пропустят. Что не получится спеть в Круге. Где тогда, на Утёсе Отверженных? Не дело там предложение любимой женщине петь.

На виртуальном экране вспыхнула съёмка рельефа, побежали данные.

– На Утёсе чужие катера, – озвучил я Лундан.