"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1533
Выхожу из кухни и принимаю вызов уже в холле.
— Ты чокнутая, женщина?!
И мне тут же едва не закладывает уши.
— Рик, чего тебе опять? — спрашиваю устало. Вроде бы поутих в последние дни, и вот снова.
— Чего — мне?! — пуще прежнего расходится Тайлер. — Риган — самородок! Таких людей днем с огнем не найдешь! Он. Мне. Нужен.
Невесело усмехаюсь.
— Ну так уговаривай. Я тут при чем?
Пауза. Молчание. Затем осторожно:
— Глупая женщина, ты что, не в курсе?
Напрягаюсь.
— Не в курсе чего?
— Два часа назад Риган забрал свои документы из ЛЛА и купил билет в один конец до Нового Рима. У него рейс через час! — Если бы мой комм не был ремнем прикреплен к запястью, я бы его уронила. — А этот придурок может согласиться работать на меня добровольно — или никак… Морган, ты там?! — продолжает орать Рикардо. — Морган!
Но я уже второпях накидываю куртку и несусь к флайеру.
Тайлер подождет.
***
Новый Рим, Новый Рим…
Уже по дороге сверяюсь с информацией о полетах и выясняю, что в указанное время рейс до Нового Рима отправляется только из одного гражданского космопорта. Несусь туда.
Новый Рим — огромный пересадочный пункт. Вряд ли это конечная точка маршрута Джейса. Куда он потом — понятия не имею. Если отпущу сейчас…
Я идиотка. Мне казалось, у меня еще есть время. Но времени нет — я его упустила. У меня была эта неделя, чтобы прийти к Джейсону и сказать, что все еще люблю его и хочу быть с ним. Но я занималась самокопанием и упивалась жалостью к себе.
Джейс — категоричен. Всегда таким был и таким будет. Он просто развернулся и ушел. Дал мне эту неделю, но я ей не воспользовалась.
Выжимаю газ до предела. Несусь на полной скорости. Черт всех подери, и почему нужный мне космопорт расположен дальше всего?
Второпях паркуюсь и на всех парах вбегаю в здание. Сердце сейчас выскочит из груди. Успею, успею…
В зале ожидания, как всегда, многолюдно. Проталкиваюсь через толпу. Получаю в спину несколько смачных ругательств в адрес тех, кто лезет вне очереди.
Так, табло. Какой рейс, какой рейс…
Вот он, триста сорок четвертый!
— Вниманию пассажиров, приобретших билеты на рейс триста сорок четыре: «Лондор — Новый Рим», — словно в насмешку, раздается по громкой связи над головой. — Лайнер только что ушел с орбиты. Опоздавшие могут обратиться в кассы для возврата или обмена билетов…
Не успела.
Стою посреди зала и со всей ясностью понимаю, что я по-настоящему опоздала. Это конец.
По моим щекам бегут горячие слезы. Люди обходят меня, косятся, как на умалишенную. А я просто стою и реву, будто я маленькая девочка и я потерялась. В толпе. В этой жизни.
Звонит комм.
— Да? — отвечаю, даже не глядя на номер того, кому я понадобилась.
— Капитан Морган, это доктор Ши. Ваш сын только что пришел в сознание и хочет вас видеть. Капитан Морган?
А я не могу ответить — реву и смеюсь одновременно. Люди шарахаются от меня, какой-то ребенок указывает на меня пальцем.
Реву и смеюсь.
***
У Лаки запавшие глаза и похудевшее лицо, но в остальном он — в порядке. Сидит на кровати в своей палате и весело болтает с Гаем.
Я расположилась в сторонке и просто любуюсь ими.
Ди недавно ушла. Рикардо был вчера. Мои родители — утром. Лаки очнулся только чуть больше суток назад, и поэтому паломничество в его палату не прекращается. Мы все безумно по нему скучали.
— Слушай, дружище, а сбегай-ка мне за кофе, — вдруг просит Лаки брата.
Гай недоверчиво хмурится, оглядывается на меня.
— А тебе разве можно кофе?
— Кофе мне можно всегда, — уверенно заявляет сын.
Я бы с этим поспорила, но понимаю, что дело далеко не в кофеине или его отсутствии.
Видя, что я тоже не возражаю, Гай пожимает плечами.
— Ну, ладно. Я быстро. — И выскальзывает из палаты.
Смотрю на сына, вопросительно приподняв брови.
Лаки приглашающе похлопывает по простыне возле своего бедра. Пересаживаюсь из кресла.
— Я тебя слушаю.
— Ты его нашла?
— Нет. Билет до Нового Рима в один конец. Счета опустошены. Он не собирается возвращаться.
Лаки внимательно на меня смотрит, пристально, изучающе; прищуривается.
— А ты? Ты собираешься его искать?
— Где? — пожимаю плечами. — Вселенная большая.
— Ну-у-у, — хитро протягивает сын. — Во-первых, когда я доберусь до дома и нормальной аппаратуры, то смогу найти его след в сети, где бы он ни был.
— А во-вторых? — спрашиваю хмуро. Должно же быть «во-вторых»?
— Во-вторых, готова ли ты искать его?
Вот так, вопрос в лоб. Когда я неслась в космопорт, я была готова на все. Но я опоздала, а Джейс улетел.
Пожимаю плечами.
— А может, это судьба? То, что я не успела к рейсу?
И может, без меня Джейсону будет только лучше?
Лаки возводит глаза к потолку.
— Мы сами создаем свою судьбу. Если ты любишь Джейса — рискуй, борись. — Опускаю взгляд на сложенные на коленях руки. — А в-третьих, ты прекрасно знаешь, где его искать, и без моей помощи, — добавляет сын.
Вскидываю на него глаза.
— Сьера. «Клиника доктора Кравеца»!
— Бинго! — усмехается Лаки. — Там жарко. Возьми с собой платье.
Непременно возьму.
А еще мне нужно до отлета отправить сообщение еще кое-кому. И это важнее платьев.
***
Доктор Кравец, очень приятный худощавый мужчина лет шестидесяти на вид, столь любезен, что лично провожает меня до кладбища.
— Он там, — говорит, осторожно касаясь моего локтя, чтобы я повернулась в нужном направлении.
— Спасибо, — искренне благодарю. — Они больше не объявлялись?
— Нет, — доктор качает головой, поправляет очки. — Звонили, уточняли время похорон, но больше — ничего.
— Джейс в курсе?
— Нет. Как мы с вами и договаривались в последнем сообщении, я ничего ему не говорил. Если не приехали — незачем. Ему и так сейчас нелегко.
— Спасибо, — благодарю еще раз. — Вы очень хороший человек.
— В мире много хороших людей, — улыбается мужчина. — Гораздо больше, чем плохих. Я в этом убежден. И Молли Риган была хорошим, светлым человеком. Дай бог ей покоя. Ну же, идите, — мягко подталкивает меня к выложенной крупным плоским камнем дорожку. — Погребение сейчас начнется.
И я иду.
На мне платье с развевающимся на ветру подолом и босоножки — на Сьере всегда жарко. Я не была здесь почти пятнадцать лет.
Сьера — планета-пустыня с редкими оазисами. В одном из таких зеленых оазисов и расположена «Клиника доктора Кравеца». А чуть в стороне от основных строений и парка для прогулок пациентов, в тени раскидистых ветвей многолетних дубов, находится небольшое кладбище — для тех, кто нашел в клинике доктора последний приют. Именно здесь его и обрела Молли Риган.
Джейс стоит у гроба один. На нем летние брюки и рубашка с короткими рукавами. Подходя ближе, вижу, как из-под правого рукава выходит и тянется к локтю розоватый, еще свежий, не до конца заживший хирургический шов.
Джейсон стоит, опустив голову и убрав руки в карманы. Он совсем один, здесь, у гроба своей сестры, за жизнь которой так отчаянно боролся.
Приближаюсь, мягко ступая по камням дорожки, а затем выходя на коротко остриженную траву самого кладбища. Останавливаюсь рядом и молчу. Мне столько нужно ему сказать, что у меня нет слов. Ветер играет моими волосами и юбкой платья, раздувает на спине Джейса рубашку.
Джейсон поворачивает голову ко мне и тоже молчит, просто смотрит.
— Я люблю тебя, — выбираю самое важное из того, что хочу ему сказать.
Он протягивает руку, и наши пальцы переплетаются. Кладу голову ему на плечо и наконец чувствую, что моя планета встала на свою орбиту. Мне хорошо. Мне спокойно.
Джейс притягивает меня к себе одной рукой и обнимает. Он так и не произнес ни слова, но его поведение важнее слов.