"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1527
«Потому что ты была так счастлива, — шепчет внутренний голос. — Он мог тебя пожалеть».
Весь вечер брожу по кухне раненым зверем. Приготовила кучу еды — думала, успокоюсь. Как бы не так.
Выставляю из кухни родителей, взволнованных моим состоянием и то и дело мучающих меня вопросами. Даю под зад Хрящу, не вовремя мельтешащему под ногами.
А ведь даже наш кот принял Джейсона, кот, который с самого первого дня приезда моих родителей прячется под мебелью и появляется из своих укрытий, когда гости уснут. Кот, не любящий чужих…
Дольше всех со мной на кухне задерживается Гай. Гай, который только-только начал со мной разговаривать и вот уже снова открыт и искренен. В этом мальчик чем-то напоминает Джейса: либо да, либо нет. И его присутствие меня тоже успокаивает.
Пока мальчик крутится поблизости, еще держусь. Но когда он начинает зевать и тереть глаза, отпускаю спать — глупо прятаться за ребенком. И остаюсь одна.
Плюхаюсь на стул у стола и прячу лицо в ладонях. Меня разрывает на части. Я так хочу верить Джейсу, но не могу. Если бы Лаки был в состоянии подтвердить его слова…
Из моей головы не выходит Изабелла. Снова думаю о ней и об Александре.
«Ты либо веришь, либо нет»…
Мое сердце говорит одно, а жизненный опыт — совершенно другое. Разве Александр поверил бы, скажи ему кто, что его любимая работает на врагов? Он любил ее и верил. Как я верила.
А теперь поверить не могу.
Разве это реалистично, что РДАК шантажировал Джейсона убийством его сестры, а он все равно стоял на своем, чтобы не предавать меня? Как такое возможно?
Рисковал всем ради меня или все это время хладнокровно притворялся? Или привязался, как Изабелла к Александру, но все равно предал?
Голова раскалывается.
Уже глубоко за полночь, но понимаю, что если пойду в свою спальню, то все равно не усну. Только расклеюсь еще больше и буду рыдать в подушку.
Ну уж нет. За эти дни я не проронила ни слезинки и не собираюсь это менять.
Внезапно двор озаряется светом фар.
Сердце тут же ускоряет бег; вскакиваю. Рикардо — а кто еще может явиться без приглашения и воспользоваться правом доступа под купол? Вдруг что-то с Лаки…
Но пока я успеваю добежать до входной двери, незваный гость уже сам входит в дверь.
— Рикардо? Что случилось? — выдыхаю.
И ничего не понимаю, видя, как гаснут фары флайеров за его спиной.
— Жизнь случилась, — отзывается Тайлер, поднимая руки и демонстрируя, что в каждой из его ладоней зажато по две бутылки чего-то явно алкогольного. — Парни заночуют на твоем газоне? — задает, по сути, риторический вопрос и ногой захлопывает дверь. — Ну, женщина, помоги, что ли? Чего стоишь?
И впихивает мне в руки две бутылки из принесенных четырех.
***
Дом спит. Свет дают только уличные фонари.
Сидим в темном холле прямо на полу у стены. В руке у каждого — по бутылке. До бокалов так и не дошло. Да и зачем они нам? По первой бутылке ушло очень быстро, вторые тянутся уже дольше.
— Лу нашли? — спрашиваю.
Рикардо совсем рядом, почти касается моего плеча своим. Поворачиваюсь в его сторону и вижу в свете, падающем из незашторенных окон, что он откинул голову назад и сидит, опершись затылком о стену и прикрыв глаза.
— Я велел прекратить поиски, — отвечает глухо.
— Почему?
— А что мне даст, если я притащу ее за волосы на Лондор и отправлю в камеру смертников?
— Ты стал на редкость сентиментальным, — высказываюсь. Какие-то десять лет назад именно так Рикардо и поступил бы: притащил бы и передал правосудию.
— Или безразличным, — усмехается. — Пусть бежит. Никакими особыми сведениями она не располагает. Ну, знает пару номеров неофициальных счетов. Но я уже перевел с них средства в другое место. Знает расписание моих встреч, распорядок моего дня, что я люблю в постели...
— Фу, давай без подробностей, — морщусь.
— …Так эти сведения дорого не продашь. Кому они нужны? Скоро инаугурация — поздно доставать мое грязное белье.
— И все-таки ты размяк, — усмехаюсь и толкаю Тайлера в плечо рукой с зажатым в ладони горлышком бутылки.
— Старею, — не спорит. — Но горе моим врагам! — Торжественно приподнимает свою бутыль. Со звоном чокаемся пузатыми боками, пьем.
— И все-таки, ты ее любил? — спрашиваю после непродолжительного молчания. — Не думал, что, если бы ты вовремя женился на ней, ничего этого бы не было?
— Я к ней привык, — отвечает Рикардо, поразмыслив. — Любовь это или нет, кто его знает. А что не женился — и хорошо. Человек либо предатель по натуре, либо нет. Не выкинула бы номер сейчас, отличилась бы при других обстоятельствах.
— Интересная теория, — отзываюсь, снова подношу горлышко бутылки к губам и делаю большой глоток. — Либо предатель, либо нет…
— Ага, — поддакивает Тайлер. — Вот ты, например, не предатель. Ты глупая женщина.
Превосходная оценка моей личности.
— Ну спасибо. — Наверное, я слишком пьяна, потому что мне ни капельки не обидно.
Смеюсь и делаю новый глоток. Не пила, кажется, тысячу лет. Немного легче — отпускает.
Тихо и спокойно, и с Рикардо под боком почему-то хорошо. Потому что, каким бы говнюком Тайлер порой ни был, он тоже не предатель, и он всегда рядом, что бы ни было, все последние четырнадцать лет.
— Ты знаешь, что твоего Ригана обвиняют в терроризме? — вдруг заговаривает Рикардо.
Вздрагиваю; даже пропускаю мимо ушей притяжательное местоимение по отношению к Джейсону.
— Как это — терроризм? — не понимаю. — За что?
Тайлер разводит руками, тем не менее не выпуская бутыль.
— Якобы это он пытался убить студентов на лайнере.
— Но это же бред! — громко и возмущенно восклицаю и тут же затыкаю себе рот ладонью, пока не перебудила весь дом. — Это бред, — повторяю тише, но все так же уверенно.
Рикардо косится в мою сторону — вижу, как в темноте блестят его глаза.
— А разве ты не давала ему высший доступ ко всем помещениям на лайнере? А потом так удачно опущенная переборка, спасшая ситуацию… — Недоговаривает и многозначительно замолкает.
Бог ты мой, все ведь действительно звучит очень складно. Со стороны. Но я была там и знаю, как все происходило на самом деле.
— Отрезать первую палубу было лишь его предложением. Просто предположение, — объясняю. — Джейс не настаивал. Я могла отказаться.
Рикардо хмыкает.
— А доступ? Как он его у тебя выманил? И какого черта ты вообще его ему дала? Другие женщины в постели стонут, а ты выкрикиваешь коды доступа? Или у тебя на заднице считывающая отпечатки ладони панель?
— Да пошел ты, — бурчу. — Была причина… — И обрываюсь. Рассказать о Рисе? Подставить? Когда я сама затащила его в наш проклятый «круиз». Я все еще зла на него, но навредить не готова.
Тайлер что-то читает в моем молчании.
— Кого-то покрываешь, — делает безошибочный вывод. — Говори уж. Я сегодня добрый. Обещаю тебе амнистию всем, в чьих грехах ты признаешься. Так что колись.
Что ж, надеюсь, он не забудет о своих словах, когда протрезвеет.
— Эшли напился. А когда началась эта катавасия со шлюзом, его нужно было привести в чувство. Джейс бы не попал в личную каюту капитана без доступа. Поэтому я его для него открыла.
— Почему не пошла к Рису сама?
Дергаю плечом.
— До этого между нами произошла не очень красивая сцена.
После этих слов Тайлер начинает бессовестно ржать. Старается тише, зажимает себе рот рукой, отчего получается звук, напоминающий бульканье, и мне тоже становится смешно.
— Морган, черт тебя возьми, что в тебе находят мужчины? От тебя же одни беды.
— Спасибо еще раз, — ворчу.
— Это правда смешно, — не унимается Рикардо. — Но знаешь, что еще интереснее?
— М-м? — Черт, в бутылке осталось не больше трети ее содержимого.
— А то, — торжественно завершает мой собутыльник свою мысль, — что Ригану грозит высшая мера, а он все равно не сдал твоего дружка. Ни словечка про Риса, представляешь?