"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1378

— Хорошая, потому что правдивая, — настаиваю.

— Возможно, — соглашается. — Допустим. А что ты скажешь об этом? — опускает взгляд, тянется к ящику стола и достает оттуда кулон. Тот самый, с папиным фото, а еще — тот, который я сунул вчера в карман перед самым побегом.

Чеееееерт.

— Ух ты, — изображаю радость. — А я его искал. Откуда он у тебя?

Тяну руку, чтобы забрать кулон, но Изабелла резко сжимает его в кулаке.

— Потерял, значит? — переспрашивает, прожигая взглядом насквозь.

Черт, у меня сердце бьется как сумасшедшее.

— Ага, — улыбаюсь, — потерял.

— Случайно не под гаражом с флайерами?

Она знает. Мать ее, то есть мою, она знает…

Сохраняю внешнюю невозмутимость.

— Может, и там.

Лицо Изабеллы краснеет от злости.

— И позволь узнать, какого… хм, — берет себя в руки. — Что ты там делал?

— Взламывал замок.

Глаза Изабеллы увеличиваются в размере.

— И ты мне так спокойно об этом сообщаешь?

— А что такого? — импровизирую с энтузиазмом утопающего. — Гай поранился, Джордж отказал, связь барахлила, не было возможности оперативно связаться с тобой и получить код от замка. Пешком доставить Мэг не успели бы. Куда быстрее взломать, отправить Вилли за помощью и извиниться после, — развожу руками в воздухе. — Проще получить прощение, чем разрешение, и все такое.

— Ты не извинился, — напоминает сквозь зубы.

— Не успел.

— То есть ты просто взял и взломал первоклассный замок, чтобы взять флайер? — киваю. — Настолько быстро, что Гай не успел истечь кровью? — снова кивок. — Без предварительной подготовки, под проливным дождем?

— Раз плюнуть, — подтверждаю.

— Ты еще скажи, что всегда носишь с собой отвертку, — произносит как сплевывает.

— Это конечно смешно, но… — тянусь к карману и достаю из него складную отвертку, кладу перед Изабеллой. — Еще фонарик всегда с собой, — продолжаю весело. — Показать?

Она смотрит на меня со смесью злости и… восхищения? Ой-ей.

— Ладно, — Изабелла убирает кулон с фото обратно в карман и встает. — Вот что, пойдем-ка прогуляемся.

— Куда?

Испытываю дурацкое желание схватиться за стол и заорать: "Оставь меня. Никуда я с тобой не пойду". Тем не менее встаю.

— В наш будущий центр управления роботами, — сообщает Изабелла. — У меня к тебе осталась еще пара вопросов.

Самым умным сейчас было бы бежать. Вот прямо сейчас. Выпустить ее из кабинета первой и дать деру. Вопрос — куда? Спрятаться в своей комнате и поплакать в подушку? Да я так даже в детстве не делал.

Это как в тот раз, когда я ударил директора школы. Куда мне было бежать, если мои документы все еще были у него, а еще в базе учебного заведения значились данные о месте жительства и телефоны родственников? Поэтому тогда я просто сел в приемной и ждал, когда наступит расплата.

Вот только директор школы не пристрелил бы меня при любом раскладе. Насчет Изабеллы — не уверен.

— Пойдем, — соглашаюсь.

Пропускаю ее вперед, но никуда не бегу, а иду следом.

ГЛАВА 48

— Проходи.

Изабелла настолько любезна, что собственноручно распахивает передо мной дверь, как перед дорогим гостем. Тем не менее не могу избавиться от ощущения, что меня приглашают по меньшей мере в газовую камеру.

Вхожу. Что уж теперь? Попробую выкрутиться, а там — посмотрим.

Ожидаю увидеть только свой недоделанный пульт управления и недоумеваю, зачем продолжать беседу именно здесь. Но, оказывается, дело не в месте, потому что в помещении нас ждут.

Хмыкаю.

— Ну, привет, что ли, — говорю.

Вилли не отвечает, вообще меня игнорирует, зато смотрит на Изабеллу с видом побитого щенка, только что нагадившего на любимый ковер хозяйки. Когда мы заходим, он сидит на стуле, уперев локти в колени и склонив голову, но тут же вскакивает, вытягивается по струнке. Хорошо хоть не падает на колени и не бьется головой об пол в знак своего почтения.

Изабелла благосклонно кивает охраннику, с видом королевы проходит к пульту, занимающему всю стену возле окна. Затем поворачивается лицом к выходу, опирается бедрами о фронтальную панель, складывает руки на груди.

Так и стоим, образуя вершины равностороннего треугольника: Изабелла — у пульта спиной к окну, за которым, кстати, сегодня нет дождя (надо же), я — ближе к двери, а Вилли у боковой стены.

— Ну вот, все в сборе, — довольно произносит Изабелла. — Теперь можно продолжить, — смотрит на меня. — Вот этот молодой человек, — наклон головы в сторону Вилли, — пришел ко мне сегодня утром с чистосердечным признанием и сообщил, что кое-кто посчитал себя самым умным и решил оставить меня с носом. А также подбил его на пособничество, так?

— Так, — подтверждает Вилли.

— Так, — Изабелла удовлетворена ответом, и ее взгляд снова прикован ко мне. — Как думаешь, о ком идет речь? Кто из нас троих в этом помещении врет как дышит? — иронически приподнимает бровь. — Я бы даже сказала, виртуозно врет, так, что даже я купилась бы, если бы не знала правды.

Смотрю на Вилли — он выглядит жалко: взрослый детина, размером с двух меня, стоит и трясется от страха. Настолько струхнул, что побежал с повинной, лишь бы получить помилование? Вилли, Вилли, добро пожаловать в стадо оленей.

На какое-то мгновение мне приходит в голову мысль: а что если сейчас уйти в отказную и выставить лгуном Вилли? Но эта идея так и не успевает толком оформиться в моей голове. Потому что, если маневр сработает, охранник получит выстрел в лоб, а он ни в чем не виноват — быть трусом не преступление.

— Ну что же ты молчишь, а? — снова заговаривает Изабелла, так и не дождавшись ответной реплики. — Скажешь мне, кто из нас такой наглый лгун?

Поворачиваюсь к ней, смотрю прямо, глаз не отвожу.

— Может быть, ты? — предполагаю.

Лицо Изабеллы искажается от бешенства.

— Самоуверенный выродок, — рычит. Что ж, кто выродил, тому и виднее. — Вилли, преподай-ка моему глупому сыну урок хороших манер.

Тот медлит, но всего секунду, а потом решительно направляется ко мне. Прелесть какая. Смотрю на него с насмешкой, не двигаюсь. Толку бегать?

Не убегаю и не пытаюсь даже увернуться, когда он с силой бьет меня в солнечное сплетение. Сгибаюсь пополам, хватая ртом воздух. Больно, черт. Удар у нашего "смельчака" поставлен что надо.

— Пока хватит, — командует Изабелла. Вилли покорно замирает возле меня, а его начальница милостиво ждет, пока я отдышусь и выпрямлюсь. — Ну, что? — спрашивает, когда это происходит. — Память прочистилась?

Снова игнорирую ее вопрос, и задаю свой:

— Может, ему и тебя стукнуть? Тогда вспомнишь и о своем вранье?

— Вилли, — короткий приказ, и я снова сгибаюсь вдвое.

— Гово… рила… бы… уже… "фас"… что ли, — бормочу.

— Что-что? — делает вид, что не расслышала. — Погоди пока, Вилли, — тот снова останавливается. — Ты о нашей так называемой сделке и свободе рабочих? Вилли рассказал, что ты откуда-то в курсе, но я так и не поняла, как ты узнал. Просветишь?

Усмехаюсь, заставляю себя встать прямо.

— Слух у меня хороший.

Чертов Вилли, он мне так что-нибудь сломает.

— Подложил мне прослушку? — догадывается мгновенно. — Хм. Недурно. Я не заметила… Ну, а чего ты хотел? — вглядывается в мое лицо, чтобы убедиться, что я внимательно ее слушаю. — Правда думал, что мы настолько глупы, чтобы выпустить отсюда сотни людей с провалами в памяти? Ты же умный парень, так пошевели мозгами. Слайтекс в таком количестве стоит половину нашей годовой прибыли. Мало того, что это колоссальные потери, так еще и куча людей с амнезией в любом случае привлечет к себе внимание властей. И к чему нам риски и убытки? А? Для того, чтобы один мальчик стал героем?

— Нет, — отвечаю. — Лучше убить сотни людей, чтобы одна "девочка" стала членом руководства.

— Ааа, — понимает Изабелла. — Вот что ты подслушал — наш разговор с Дорой Корденец.