"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1365

— Нет, малыш, — качаю головой, — моя мать ждет меня дома.

— Сам ты малыш, — огрызается.

Точно, глупый и наивный, помню.

— И я тоже, — соглашаюсь.

Несколько минут идем молча, Гай доверчиво жмется к моему боку.

— И ты совсем-совсем тогда не вернешься? — спрашивает, шмыгнув носом.

— Угу. Эй, — толкаю его в плечо. — Я еще никуда не уехал. А может, и не уеду. Рано хандрить.

Гай выдавливает из себя улыбку, но выходит она вымученной.

— А ты мне скажешь, когда… если соберешься уехать? — он поднимает голову и встречается со мной взглядом. Молчу, не зная, что на это ответить, потому что ему врать мне претит. — Я не доложу маме, если ты об этом, — морщится, правильно поняв причину моего молчания.

Обожаю его проницательность. Хоть бы Изабелла не загубила Гая своим "воспитанием".

— Скажу, — обещаю серьезно.

Гай выдыхает с облегчением. Оказывается, для него было очень важно получить с меня это обещание.

Когда подхожу с подносом к столу, Гай с энтузиазмом рассказывает матери о своем посещении склада, активно жестикулирует. Изабелла слушает с плохо скрываемой скукой.

— Я тоже так хочу, — заканчивает мальчик свой рассказ. — Хочу уметь делать всякие полезные штуки своими руками.

— Для этого нужно хорошо учиться, — назидательно замечает Изабелла. — Особенно по математике и физике.

— И программировать хочу научиться.

— Научишься. Алекс, когда ты начал этим заниматься? — обращается ко мне.

Пожимаю плечами.

— Серьезно — лет в тринадцать.

— Вот видишь, — Гаю. — Еще рано. Успеешь.

— Но начал интересоваться лет в десять, — добавляю мстительно.

Изабелла сверкает глазами, но сдерживается. Терпеливая моя — как хочется получить повышение.

— Вот видишь, — тут же подхватывает Гай. — Уже пора.

Мать закатывает глаза к потолку.

— Хорошо, — соглашается. — Закажем тебе курс по основам программирования в следующем учебном году.

— Ура, — радуется мальчик.

Надеюсь, ему она хотя бы не врет.

— Я позвонила госпоже Корденец, — переключается на меня Изабелла, когда Гай наконец успокаивается и принимается за еду.

— И? — поощряю.

— Она дала добро. Сразу после обеда можем идти смотреть помещение, где будет расположен пульт управления. Коды доступа для тебя мне уже прислали.

— Отлично.

— И госпоже Корденец было очень приятно получить от тебя пожелание здоровья, — добавляет многозначительно.

Не сомневаюсь. Порадовал старушку — плюс к карме.

— Можешь передавать ей от меня привет всякий раз, когда с ней разговариваешь, — разрешаю. — Мне же скоро ехать в ее сектор. Надо подготовить почву. Я прав?

Гай даже перестает жевать, поднимает голову и смотрит на меня как на психа, разве что пальцем у виска не крутит.

Изабелла же расплывается в улыбке.

— Давно бы так. Буду передавать с удовольствием.

"Помещением" оказывается довольно просторная комната неподалеку от кабинета Изабеллы. Ого, даже окно имеется.

Прохаживаюсь по пустому пространству, заложив руки за спину. На несколько секунд "зависаю" перед окном, смотрю на сплошную пелену воды за ним — с нашего возвращения дождь усилился. Отсюда кажется, что снаружи настоящий потоп.

— Ну как? Подходит? — интересуется Изабелла.

Оборачиваюсь к ней.

— Не мне же потом дежурить в этой комнате, — напоминаю. — Но да, хорошее помещение, просторное.

— Мне тоже нравится, — Изабелла ходит по комнате туда-сюда с видом риелтора, предлагающего клиенту приобрести дорогую недвижимость. Останавливается напротив. — Ты даже не представляешь, как теперь изменится на Пандоре жизнь благодаря твоим изобретениям.

В точку. Если у меня ничего не получится, и сотни рабов умрут по моей вине, мне вполне можно ставить памятник поверх их могил.

Черта с два. Еще как получится.

— Скажи, сделка ведь правдива? Ты меня не обманываешь? — спрашиваю с мазохистским желанием еще раз услышать от нее порцию вранья.

Изабелла ахает, подносит ладонь к губам.

— Откуда эти мысли? — мастерски изображает возмущение. — Мы же уже сто раз все обсудили. Всех отпустят, как и договаривались. Слайтекс уже в пути.

Дергаю плечом.

— Не знаю откуда, — говорю, — просто мы на финишной прямой. Нервы.

— Глупости, — улыбается Изабелла, подходит ближе, касается рукой моей щеки. — Верь мне, я же твоя мама, я не обману.

Ей надо было идти не в шпионки и затем в рабовладелицы, а в гипнотизерши. Какой талант пропал.

— Я верю, — киваю, — мама.

Изабелла даже подпрыгивает от радости, а потом виснет у меня на шее.

— Вот видишь, совсем не сложно было это сказать.

Молчу и жду, пока ее актерский запал иссякнет.

Она права, назвать ее мамой несложно, потому что теперь это всего лишь игра.

Ди сидит на кровати в одной футболке, на коленях — форменный черный комбинезон, в руках — нитка с иголкой.

Притворяю за собой дверь и замираю, пытаясь сложить картинку воедино.

— Откуда у нас швейные принадлежности? — спрашиваю первое, что приходит в голову.

Девушка поднимает на меня глаза.

— Мила одолжила, — отвечает настороженно.

Мила, значит.

Подхожу и протягиваю руку.

— Покажи.

— Да нечего смотреть, — уверяет подозрительно быстро и пытается спрятать форму за спину. — Уколешься, — вскрикивает, когда пытаюсь отнять вещь, но расслабляет хватку, убедившись, что я не шучу.

— Кто? — спрашиваю, рассмотрев разорванный ворот комбинезона.

Кто-то чертовски хорошо дернул. Прикидываю длину разрыва: как раз чтобы обнажить грудь.

Наверное, что-то такое отражается на моем лице, потому что Дилайла бледнеет.

— Лаки, это ерунда… — начинает.

— Кто? — повторяю по-прежнему спокойно, хотя чувствую, как ярость медленно подступает к горлу.

Говорить — это одно, но распускать руки — уже другое.

— Джордж. Но он ничего не сделал, только хотел напомнить мне о моем месте, он… Стой.

— Я его прибью.

— Лаки, — Ди догоняет меня уже у самой двери, обнимает со спины, прижимается всем телом. — Это не важно, понимаешь? — твердит как заклинание. — Вообще не важно, понимаешь?

Мои плечи опускаются. Конечно же, она права, сейчас не до личных чувств. Мы в таком глубоком дерьме, что единственное, что имеет смысл — выбраться.

— А что важно? — спрашиваю через плечо.

— То, что я не испугалась. Понимаешь? Вообще. Только разозлилась. Раньше, если мужчина пытался применить ко мне силу, я немедленно вспоминала Криса и те события, меня накрывало паникой так, что я вообще ничего не соображала. Понимаешь?

Поворачиваюсь к ней — девушка расслабляет хватку, убедившись, что я передумал немедленно убивать Джорджа.

Качаю головой.

— Не понимаю, — признаюсь. — Что изменилось? Джордж настолько нестрашный?

Дилайла смеется. Хм, ну если после этого она искренне смеется, то правда не испугалась. Здорово.

Девушка шагает ближе и берет мое лицо в ладони, вглядывается в глаза.

— Изменилось, — говорит, — ты, — скептически приподнимаю бровь: я вроде как особо не менялся. — Ты появился в моей жизни, — поясняет свою мысль. — Мне больше не страшно.

Притягиваю ее к себе и крепко обнимаю. Ди шмыгает носом куда-то мне в плечо.

— Можно я сейчас задам идиотский вопрос и испорчу романтику момента?

— Угу, — отзывается, так и стоя в моих объятиях.

— Когда я поцеловал тебя на борту "Старой ласточки", и ты влепила мне пощечину. Тогда ты тоже из-за меня вспомнила Криса и впала в панику?

У Дилайлы начинают дрожать плечи. Черт, я что, довел ее до слез?

Но нет, она смеется.

— Что смешного? — спрашиваю, снова чувствуя себя ослом.

Тем не менее уголок моих собственных губ ползет вверх — ее смех заразителен.

— А то, что я только сейчас поняла, что тогда тоже разозлилась, а не испугалась.