"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1206
Но Гаренье предложить было нечего, он поник и понуро пожал плечами.
— Пару лет назад был случай, — подал голос лаборант, — один гость поперся гулять по пустыне и заблудился. Пока поняли, куда он делся, пока нашли, прошло три дня, он умер от жары и жажды.
— Если найдут их тела, спишут на несчастный случай, — управляющий даже подпрыгнул от радости. Сволочь.
Полковник одарил нас задумчивым взглядом.
— Неплохо, — решил он, — но на них не должно быть следов насильственной смерти.
— Скинем в пустыню живыми, а я позабочусь, чтобы никто не стал искать там раньше времени, заговорю зубы ее муженьку, — пообещал Гаренье.
— Да вы чего?! — взвыл Тайлер. — Отпустите нас, мы заплатим! У нас есть деньги.
Управляющий посмотрел на него с неприкрытой ненавистью.
— Может, девчонку в пустыню, а он пропадет без вести?
— Молодой, здоровый, — поддержал лаборант, и в его взгляде появилась мечтательность.
Я перепугалась ни на шутку. Наверное, нужно было выкрикнуть что-то вроде: «Не трогайте моего брата!», но язык словно прирос к нёбу.
На наше счастье полковник не вдохновился предложенным вариантом.
— Нет тела, есть расследование. Два трупа устроят всех, — вынес он вердикт. — Действуйте, — приказал он своим солдатам.
Нас заставили подняться на ноги и повели к выходу.
Флайер пошел на снижение, в обзорный экран была видна пустыня, с которой нас уже познакомили на экскурсии: потрескавшаяся глина, мелкие деревца, палящее солнце и нигде ни капли воды.
Мы с Тайлером сидели рядом с по-прежнему связанными за спиной руками. Он молчал и не смотрел в мою сторону, тоже впившись глазами в проносившийся мимо пейзаж.
Я постаралась расслабиться. В конце концов, нам не просто повезло, нам фантастически повезло, вместо того, чтобы пытать и убить, нас всего лишь решили выбросить в пустыне. А ведь это шанс, не так ли? Если Эшли вовремя сообразит, что к чему, он непременно нас найдет. К тому же, здесь Тайлер, он, наверняка, отыщет способ подать старпому сигнал, ну или придумает еще что-нибудь безумное, что в очередной раз спасет наши жизни.
— Думаю, здесь, — решил карамеданец все это время держащий руку на «пушке», — достаточно далеко. Это расстояние и за неделю не пройти.
Ясно, попытка выбраться самостоятельно отменяется…
— Да, согласен, — отозвался второй и приказал пилоту: — Джим, спускайся еще.
Когда флайер оказался в метрах десяти от поверхности планеты, открыли дверь.
— Ты первый, — карамеданец указал на Тайлера стволом игольника.
Тот поднялся.
— Ребят, может, все-таки договоримся? — отыгрывал капитан роль Дэни Майса в последний раз. — У нас есть деньги. Много денег.
— Мы служим своей Родине, — пафосно заявил солдат, держа Тайлера на прицеле, пока другой развязывал ему руки. — Прыгай.
При этом никто и не думал останавливать флайер или снижаться еще. А до поверхности оставалось метров шесть, минимум. Прыгнуть с такой высоты, да еще на скорости, для человека нетренированного верная смерть. О чем они думают? Им же сказали, что на телах не должно быть следов насилия. Но, похоже, ребята решили импровизировать, а заодно и повеселиться.
Тайлер расправил плечи и шагнул к краю.
— Дерьмо — твоя родина, — сообщил он карамеданцу напоследок, и прыгнул вниз.
Я затаила дыхание, надеясь, что никто из солдат не обратит внимания, что лоботряс и пьяница Дэни Майс ни за что бы не смог выпрыгнуть с высоты, уйти в перекат и умудриться ничего себе не сломать после такого прыжка.
Но карамеданцы не только не обратили внимания, они даже не посмотрели вниз. Если бы пленник при падении сломал себе шею, их бы это не взволновало.
— Теперь ты, детка.
— Черт, а она красивая, — оценил меня солдат помоложе. — Жаль.
— У нас приказ, — напомнил ему тот, что держал игольник. — Прыгай, детка.
Помня о роли, я изобразила испуг:
— А если я что-нибудь сломаю? Как вы спишите это на несчастный случай?
Но мои слова не возымели никакого действия, карамеданец плотоядно улыбнулся и философски заметил:
— Разное случается в пустыне, детка, разное.
Недолго тебе зубоскалить, если мы выживем…
Я больше ничего не сказала, не в моих интересах тянуть время, иначе мы слишком далеко улетим от места приземления Тайлера.
И я прыгнула, услышав напоследок веселый смех карамеданцев и рев флайера, начавшего набирать высоту.
Ободралась я на славу. Естественно, меня учили правильно падать и прыгать с большой высоты, но никто не предполагал, что я буду делать это в летнем платье без рукавов и с голыми ногами.
В итоге, я ободрала о камни бедро и локоть. Белое платье тут же пропиталось кровью. Замечательно!
Я поднялась на ноги и выпрямилась, проводив взглядом удаляющийся флайер. Энтузиасты чертовы.
Несмотря на то, что близился вечер, солнце палило во всю свою мощь. Как там называется звезда Сьеры? Но как я ни напрягала память, вспомнить мне не удалось, в астронавигации я никогда не была особо сильна.
Я огляделась и попробовала сориентироваться на местности. Кажется, мы прилетели с той стороны, значит, туда мне и следует двигаться, чтобы найти Тайлера.
Я брела до самой темноты, а когда совершенно стемнело, сил уже не осталось. Ободранное бедро стало болеть сильнее, и я начала прихрамывать. К тому же, из-за попавшей в босоножки пыли, я умудрилась стереть ноги в кровь.
Сколько часов я шла и какое расстояние преодолела, я не имела понятия, но двигаться дальше больше не могла. Пришлось останавливаться на ночлег.
Я устроилась у большого валуна, опершись об него спиной и с наслаждением вытянув ноги. Заметно похолодало, но прикрыться было совершенно нечем.
Но больше всего меня волновала не температура, я запоздало спохватилась, что ничего не знаю о фауне Сьеры. Нет ли здесь диких животных? Безопасно ли здесь спать?
При мысли о безопасности я нервно хихикнула. Да уж, только о безопасности мне сейчас и рассуждать. Что и говорить, в подобные переделки я еще не попадала.
Через несколько минут усталость все же взяла свое, я перестала думать и о диких животных, и даже о холоде, и забылась глубоким сном.
Мне снился Ник. Совсем как живой. Мы о чем-то разговаривали и весело смеялись, как раньше. А когда сон развеялся, я еще несколько минут лежала с закрытыми глазами, пытаясь его удержать. Но палящее солнце вернуло меня в реальность быстрее, чем это сделал бы холодный душ.
Я поднялась и осмотрелась, пытаясь сориентироваться. Хотелось бы надеяться, что я не перепутала направление, ведь когда я ложилась спать, было уже темно.
Перед тем как отправиться в путь, я задрала платье и критически осмотрела пораненное бедро. Кожа воспалилась и покраснела. Кажется, если мне удастся отсюда выбраться, первая моя остановка будет у врача.
Оценив размеры бедствия, и решив, что физическая боль не самое страшное, что может случиться, я отправилась в выбранном направлении. Стало ужасно жарко, и хотелось пить.
Я где-то читала, что при температуре примерно двадцать девять градусов человек может прожить без воды до недели, при тридцати трех — не более пяти дней, при сорока — максимум двое суток. Я не знала точной температуры, но по ощущениям жара стояла градусов пятьдесят.
Пот застилал глаза, из организма выходила последняя влага. Кажется, когда я думала в флайере, что нам очень повезло, я сильно преувеличила свою везучесть. Эшли не догадается сам искать нас в пустыне, он будет переворачивать «Райские кущи» вверх дном, а когда, наконец, направит поиски в пустыню, спасать будет некого. Мое богатое воображение много раз рисовало сцены возможных смертей, но даже в самой безумной фантазии я не смогла бы представить, что умру от жажды на богом забытой планете.
И где, черт его дери, Тайлер?!
Я начала злиться, на него, на себя, на Лондор и даже на Землю. Я ведь пару часов назад была уверена, что выбрала направление правильно, так почему же мы до сих пор не встретились.