"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1138
– Да ни за кем я не наблюдаю, - он был спокойным, как танк: верный признак того, что он говорит правду, врать, как я, Сашка никогда не умел. Так что я немного поутих. - Но я же не слепой, чтобы не увидеть, какой ты все-таки осел, - я широко распахнул глаза, не видя почвы для обвинения. Ну, осел-то я, осел, но причем здесь это сейчас.
– Почему это я осел? - запальчиво поинтересовался я.
– Да потому, - выдал он, на этот раз явно насмехаясь. - Знаешь, твои родители, - он снова ткнул пальцем вверх, - уже начали пари держать, догадаешься ли. Твоя мама выиграла, она ставила на то, что ты сам никогда не догадаешься.
– Да о чем ты? - разозлился я.
– О Лене. О тебе.
– Ты знаешь, что с ней происходит?
– Ветер, ты балбес, - ну, точь-в-точь Матроскин из "Простоквашино" объясняет Шарику, что в кедах зимой по снегу не ходят. - Ты ж маг-целитель и врач, ты ж столько книжек по медицине прочел, со столькими докторами и пациентами переобщался. Только не говори, что в Краевой больнице, в которой ты обретаешься, нет отделения гинекологии. Я, конечно, понимаю, что учительство, а потом Кришна отняли у тебя все твое время, но включи мозги!
Мозги включались медленно, словно на них стоял предохранитель от перегрева. Но механизм все-таки не до конца проржавел и, наконец, соизволить соединить осколки мыслей, чтобы появилось то, чего я никак не мог добиться - понимания.
– Ты хочешь сказать, что она… - выдохнул я, голос сорвался. - Что мы…
Ухо скорчил гримасу вместо ответа, без слов, одним жестом, повторяя то, что уже сказал: "Ты балбес". Хотя для меня такое название было бесконечно ласковым.
Не-е-ет, я не балбес…
Я запустил руку в волосы, словно хотел их выдрать с корнем и взвыл:
– Я идиот!!!
– Точно, - подтвердил друг с явным злорадством.
Господи (или как там тебе на самом деле называют)! Я дурак, осел, слепец, зацикленный на магии и работе, я настолько ушел в свои и не свои магические дела, что не просто стал редко видеть жену, я перестал видеть очевидное! Ребенок! Господи, ребенок! Вот что было с ее желудком! Вот почему она меня избегала! Вот почему так уносилась по утрам в ванную!
Вот только одного я все равно не понимал
– Почему она не сказала?…
– Ну, она такая же ненормальная, как ты, раз так сильно тебя любит. Странно, и что она в тебе нашла? Ладно, внешне ты всегда девчонкам нравился, но внутренне… - он живописно покрутил пальцем у виска. Вот морда! У меня сейчас голова треснет, а он ЕХИДНИЧАЕТ!
– Я серьезно! - огрызнулся я.
– Ну, а если серьезно, Лена, в отличие от тебя, не слепая, она же видит, что ты забегался, вот и не пытается тебя отвлекать. А ты бы нашел время…
– Найду, не переживай.
Я посмотрел на часы. Рановато, конечно…
– Ветер, ты совсем больной? - он возмущенно помахал полупрозрачной рукой у меня перед носом. - Ты помчишься к ней в шесть утра?
Честно говоря, именно это я и собирался сделать.
– А спать ей не положено? - не сдавался он.
А что я мог сказать, если он прав? Гляди-ка, как на том свете умнеют!
– Ты - хмырь! - оскорблено высказался я. - Но ты прав… - я не закончил, но вдруг серебряное кольцо на моей руке засияло.
– Тебя, - подсказал Сашка.
– Да нет, - уверенно возразил я. - Думаю, что тебя… Слушаю, - произнес я в рубин на пальце.
– Денис, у тебя все нормально? - раздался в ответ взволнованный голос Захара.
– Нормально, - я глянул на Сашку, прекрасно понимая, что мой бывший наставник имеет в виду, но все же спросил: - А что?
– Зафиксирован всплеск энергии в твоем районе. Действие не санкционировано.
– Нет, - ответил я голосом, в который вложил столько правдивости, сколько мог, - это не у меня.
– Хорошо…
– Стой! - остановил я его, когда понял, что он собирается отключиться. - Какие новости?
Прежде чем ответить, Захар вздохнул, что само по себе ничего хорошего не предвещало.
– Еще три мага, - сухо проинформировал он. - Это в этом крае…
– А сколько по России?
– Восемьсот пятьдесят шесть… Потом поговорим, - наконец, связь оборвалась.
– Восемьсот пятьдесят шесть, - в ужасе повторил я. - Ты знал об этом? - мой взгляд метнулся к Сашке.
– Именно потому что ситуация критическая, меня и послали сюда.
– Ситуация дерьмовая! - вскричал я. - Такими темпами магов скоро совсем не останется! - я прошел по комнате и глянул в окно. Пресса все еще дежурила у подъезда. Бедный Владивосток скуп на сенсации, вот они и прилипли ко мне. - Слава богу, хоть мой будущий ребенок будет просто человеком.
– Ой ли, - произнес Бардаков за моей спиной.
– Что значит - твое "ой ли"? - я повернулся к нему. - Мой ребенок не может быть магом, белая магия передается только через поколение… - я запнулся, мысль пролетела мимо, и я поймал только ее часть.
– Белая, - кивнул Сашка, - так додумай мысль.
– А черная - от родителей к детям… - полупридушенно произнес я. Черт возьми, почему опять все не так?! Акварель ведь наделила меня черной силой… - Мой ребенок будет черным магом.
– И как ты скажешь об этом Ленке? - поинтересовался друг, но уже с ноткой сочувствия в голосе. Стоп! А чему, собственно, он сочувствует? И чего, спрашивается, я сам расстраиваюсь? Вон Акварель даже не просто черная, а Темный Властелин, и мы друзья…
– Так и скажу.
– Но черный - это ЧЕРНЫЙ.
– Некоторые белые пострашнее черных, - напомнил я. - Кришна, кстати, белый.
Тут уж Сашка прикусил язык - крыть ему было нечем.
А ведь это грандиозно. Я столько пытался объединить белых и черных, а скоро на свет появится ребенок, черный маг, сын белого мага Стихии, а его потомок, значит, будет обладать двумя силами от рождения. Вот он наглядный пример объединения. Может, однажды разделение на цвета исчезнет?
Я даже зажмурился, представив, какую грандиозную работу предстоит проделать моему сыну или дочери.
– Я надеялся, мой ребенок будет свободен от этого, - сказал я, уставившись в пол.
Стаса я отправил к Сырину на денек. Мне нужно было поговорить с Леной наедине. Пацан был, в принципе, не против, Юрий Серафимович хорошо к нему относился, поэтому Стас даже почти не возражал. Я сказал "почти", потому что совсем не возражать Стас просто не умеет.
– Я не буду мешать, - пообещал Сашка. - Призраки вообще ненавязчивы. Если надо, позови, я услышу.
И он испарился. Ну, то, что призраки ненавязчивы, он явно преувеличил.
– А вот не уйду, - заявил Пурген, когда я попросил его прогуляться.
– Куда это ты денешься?
– Кошки гуляют сами по себе, - важно заявил он.
Я усмехнулся:
– Так это же кошки. А ты кошкой заделался?
Если бы на его морде не было шерсти, наверное, было бы видно, как он покраснел
– Да как ты смеешь?! - взвился он. - У меня детей - ВО! - сколько! - для пущей убедительности он выпучил глаза.
– Ага, верю, - я взял его за шкирку и потащил к двери, - вот и иди улучшай демографическую ситуацию во дворе.
Я открыл входную дверь и выпихнул оскорбленного кота в подъезд.
– Грубиян!!!
– А сам-то? Иди давай, кошки заждались.
Он поморщил нос, отчего его усищи встали дыбом:
– Кошки будут меня ждать хоть целую вечность.
– Как же! Тоже мне, маленький гигант… - разговаривая с котом, я, естественно, смотрел вниз, и тут я поднял взгляд. "Ой", - подумалось мне. На лестничной площадке стояла баба Клава и, разинув рот, наблюдала за нашей перепалкой.
Я посмотрел по сторонам: журналистов с камерами не наблюдалось. Странненько. Может, у нее "жучки" под одеждой… простите, под халатом.
Она так и стояла, не мигая, смотря то на меня, то на Пургена. Мне дико захотелось наговорить ей всяческих гадостей, но я сдержался.
– Клавдия Андреевна, вы, случаем, подъездом не ошиблись? - вежливо спросил я.
– Ош-шиб-л-л-лась… - промямлили она. Странно, я не замечал, чтобы раньше она заикалась. Видно, в прошлую нашу встречу я ее все-таки напугал.