Бой «быков», стр. 58
Мягко ступая, Олег приблизился к ней и посмотрел вниз. Охранника, который еще минуту назад палил из окна, отвечая на выпад Михайлова, нигде не было видно. Олег осторожно спустился на несколько ступеней вниз. В темноте он не заметил висевшую на стене саблю из коллекции хозяина дома и слегка задел ее прикладом. Раздался звон. Олег замер. Прислушался. Никаких подозрительных звуков снизу не доносилось.
Спецназовец двинулся дальше. Ему приходилось двигаться медленно, на ощупь ориентируясь в незнакомом помещении. Когда до конца лестницы оставалось не больше пяти ступеней, из-за двери на первом этаже выскочил вооруженный человек. Олег отпрянул назад, но оступился. Резкая боль заставила его осесть на ступеньку. Автоматы противников в унисон грянули короткими очередями. Спецназовец почувствовал, как свинец у него над головой со свистом резанул воздух.
Посыпались на пол осколки люстры. Олег не мог двинуться с места. Острая боль в щиколотке не позволяла ему сделать ни шага. Когда пальба прекратилась, Олег смог разглядеть в темноте распластанное на полу тело охранника. В это мгновение лязгнул замок входной двери, и в помещение ворвался Михайлов, окруженный группой спецназовцев в составе пяти человек. Бойцы мгновенно заняли позиции внутри помещения.
– Ты в порядке, Олег? – Виктор на ощупь отыскал на стене выключатель света.
– Да.
Олег с трудом поднялся. Прихрамывая, спустился по ступеням вниз.
– Ты осмотрел второй этаж? Где Безбородов? – проговорил Михайлов.
– Я его не видел.
Спецназовцы разделились. Трое, грохоча тяжелыми сапогами, поднялись на второй этаж.
Виктор и Олег в сопровождении оставшихся бойцов направились по длинному, уходящему влево от основного холла коридору. Предпоследняя из пяти имеющихся в наличии дверей была закрыта на замок.
– Откройте! – Михайлов подал знак парням в бронежилетах.
Те незамедлительно отреагировали на приказ командира. Через несколько секунд дверь отворилась под натиском плеч двоих бойцов.
Безбородов стоял напротив входа. В руках он сжимал автоматический «ОЦ Пернач».
– Назад! – прорычал полковник, целясь в спецназовцев.
– У нас приказ... – твердо и безапелляционно произнес Михайлов, но полковник не дал ему закончить фразу.
– Назад! – снова рявкнул он.
– Выйдите все, – приказал Михайлов. – Обыщите дом. Олег! Ты останься, – окликнул он своего напарника.
Когда бойцы вышли из помещения, Михайлов сделал еще один шаг в направлении полковника.
– Опустите оружие, Михаил Борисович! – распорядился он. – В вашем положении это ничего не изменит. Вы только усугубите ситуацию.
– Я буду стрелять, – рука Безбородова дрожала. – Прикажите, чтобы ваши люди вышли из дома!
– Михаил Борисович, вы усложняете свое положение... – начал Михайлов.
– Назад! – снова выкрикнул полковник.
Но командир отряда продолжал наступать на него.
– Вы все равно будете арестованы. Ваша игра окончена. Карты уже открыты, Михаил Борисович. Вам незачем больше скрываться. Органам уже все известно, – Михайлов опустил свое оружие и протянул раскрытую ладонь Безбородову. – Просто отдайте мне ваш пистолет, и мы доставим вас...
– Вы ошибаетесь. Вам не удастся меня арестовать.
– Верпаховский уже дал показания.
Михайлов заметил, как лицо полковника исказилось в гримасе ярости.
– Верпаховский дал ложные показания. Ему еще придется ответить перед судом.
Полковник все еще целился в спецназовцев из пистолета, но несложно было заметить, что рука Михаила Борисовича продолжала подрагивать.
– Я стал жертвой клеветы...
– Это нас не касается, Михаил Борисович, – оборвал полковника Михайлов. – Сдайте пистолет. И пройдите с нами в машину. Остальное установит следствие. Любой ваш шаг сейчас повлияет на решение суда.
Безбородов бросил в его сторону испепеляющий взгляд.
– Суда не будет! – выкрикнул он. – Вы, капитан, не имеете права мною командовать!
– У меня приказ, – повторил Михайлов.
– Ничего вы не понимаете...
Олег, который все время разговора капитана с Безбородовым стоял за спиной командира, выступил вперед. Вопросительно посмотрел на Михайлова. Тот отрицательно качнул головой.
– Михаил Борисович сейчас отдаст мне пистолет сам.
Михайлов еще на один шаг приблизился к полковнику. Тот отступил к окну. Еще один шаг, и Безбородов задел бы ногой оконную раму.
– Вы не имеете права, капитан!
– Считаю до трех! – сухо бросил Михайлов. Его автомат по– прежнему свободно болтался у него на плече. – Раз!.. Два!..
Безбородов не стал ждать, когда прозвучит «три». Сделав последний шаг назад, он молниеносно развернул пистолет дулом к себе, а в следующую секунду грянул выстрел. Спецназовцы застыли на месте. Тело полковника с размозженной головой грузно рухнуло на пол.
Четверг. 19 часов 33 минуты
– О чем ты говоришь, Витек? – Лебедев не сводил с Храпа глаз. – Хочешь сказать, что у тебя реакция быстрее, чем у меня?
Они по-прежнему стояли, нацелив оружие друг на друга. Дмитрий лишь спустился на пару ступеней вниз, а Храп так и остался стоять рядом с телом добитого им Звонарева. Он кровожадно осклабился.
– Хочешь испытать меня, Диман? Нам давно с тобой уже стоило это выяснить. Один на один...
– Ну, давай.
Указательный палец Лебедева плотнее обхватил спусковой крючок.
– Нет, не так. Выясним это без волын. Если ты, конечно, не боишься.
С этими словами он первым опустил ствол, а через секунду и вовсе бросил оружие себе под ноги. Отшвырнул его подальше носком ботинка. Гостеприимно распахнул руки. Лебедев поколебался мгновение, а затем тоже швырнул пистолет за лестничные перила.
– Другое дело.
Храп начал подниматься вверх. Лебедев не стал дожидаться, когда противник первым нападет на него, и выбросил ногу вперед, целясь Виктору в голову. Храп успешно ушел от этого выпада, нырнул вниз, и его тяжелый кулак впечатался в бедро Дмитрия. Последний с трудом удержал равновесие, но Храп на этом не остановился. Мгновенно сблизившись с неприятелем, он нанес ему сразу два точечных удара. В живот и в шею. Лебедев сложился пополам. Храп схватил его за волосы и шмякнул лицом об колено. На брюках Виктора остались следы крови. Лебедев покатился вниз по лестнице и растянулся рядом с нижней ступенькой по соседству со Звонаревым и Децалом.
Храп легко перемахнул через перила и приземлился на кафельный пол холла. Дмитрий с трудом приподнимался на локтях. Храп приблизился к нему.
– Я полагаю, вопрос о том, кто из нас чего стоит, снят? – на губах у Виктора по-прежнему играла злорадная усмешка.
Он поддел Лебедева носком ботинка, заставив того перевернуться на спину. Затем шагнул вперед и поставил подошву на кадык поверженного противника. Надавил. Дмитрий захрипел и двумя руками ухватил Храпа за щиколотку. Однако оторвать ногу от своего горла оказалось не так просто.
– Я так клопов давил в своей общаге после увольнения, – поделился Храп. – Скажи мне, что они чувствовали, Диман.
Давление подошвы на горло усиливалось с каждой секундой. Дмитрий чувствовал, что слабеет. Однако ему удалось изловчиться. Перенеся вес тела на плечи, он вскинул обе ноги вверх и ударил Виктора в грудь. Храп отшатнулся. Лебедев тут же откатился в сторону и поднялся с колен. Усилием воли заставил восстановиться собственное дыхание.
– Прытко, – прокомментировал его действия Храп и вновь двинулся на противника.
Лебедев принял боевую стойку. Первый удар Храпа, нацеленный ему в лицо, он успешно блокировал. Затем с такой же легкостью отвел и взвившуюся в воздух ногу неприятеля. Когда же Виктор слегка сгруппировался, а затем предпринял попытку подцепить Дмитрия мощным апперкотом, Лебедев жестко перехватил его руку и взял ее на излом. Выброшенное вверх колено врезалось Храпу в грудь. Затем носком ботинка Лебедев добавил ему в голову. Храп не удержался на ногах и рухнул на пол лицом вниз. Моментально перевернулся. В руке у него блеснула остро отточенная сталь армейского ножа. Дмитрий не мог сказать, откуда Храп выудил холодное оружие, но теперь это уже не имело значение.