Дикая Охота, стр. 40

Думать над применением Развития и Усиления в хорошей компании со слегка измененным алкоголем сознанием — не лучший вариант. Я решил оставить это на десерт, благо нам вскоре предстоял долгий перелет.

А пока — отдыхаем! «Виски» гудел, играла земная музыка, фригольдеры веселились, пили, танцевали, и я ощущал себя маленькой, но важной частью этого Дикого Запада в невероятном мире Единства. Я стал для этих людей своим, а они — моим Народом и моим домом.

И это было хорошо.

Чуть позже, закончив дела и приведя себя в порядок, к компании присоединилась Травинка. Она тоже скучала по ребятам, к которым успела привязаться за время нашей совместной службы. Да уж, нам было что вспомнить, истории лились рекой, и надо было видеть глаза новичков, когда мы рассказывали о Старом Огнезубе, тинге у Великого Древа или битве с изгоями в Шторме…

Сидели мы долго и перепробовали, наверное, половину ассортимента напитков Витольда. А затем Травинка настойчиво потянула меня домой, и мы с ней ушли, далеко за полночь, оставив ребят догуливать. И я не пожалел — эта ночь была прекрасной. Немного разгоряченные атмосферой и алкоголем, а также кратким расставанием, мы почти до самого утра страстно занимались любовью, вытворяя вещи, которых ранее никогда не делали, и заснули совершенно измученные, но счастливые.

А на следующий день я, Винсент, Эйрик и часть моей группы улетели в Море Трав к Пылающему Рогу — искать союза с Народом Трав.

Глава 14

Путь к Пылающему Рогу был знаком. Несложный маршрут — знай себе держи курс на золотую звездочку, вскоре загоревшуюся в зеленой бесконечности Моря Трав. Я даже отключил когитор, перевел «Грифон» в режим ручного управления и заставил Фьюри рулить, постоянно меняя высоту. Пусть привыкает — мое «Искусство Пилотирования» от такой обыденности не росло, замерев на трех серебряных звездах, а вот ей будет очень полезно «чувствовать» летательный аппарат. Восходящая неплохо проявила себя в битве с Прыгунами — экстремальное обучение приносило свои плоды, второго пилота уже можно было самостоятельно выпускать в простые рейсы…

С момента прошлого путешествия к Народу Трав изменилось кое-что важное. За нашей кормой над удаляющейся горной цепью тоже появилось золотистое свечение. Пока слабое, почти незаметное, но я знал, что все, кто могут его увидеть, на рассвете и закате поворачивают головы в сторону фригольда Небо. Новый Росток — надежда нашего Круга, а для ближайших земель — великое благо уже через несколько циклов. Все зависит от того, сможем ли мы защитить его.

Я знал, что Винсент оставил Копье Адаманту — под Клятву, разумеется, хотя старшим во фригольде формально считался Минос. Первый знаменосец, Серена, распоряжалась сейчас на Южном Посту, самой напряженной точке наших границ, а второй, Вероника Максвелл, отправилась к Народу Трав вместе с нами. Помимо нее и Винсента Кассиди, на борту присутствовали Эйрик, его жена Людмила, а также, сюрприз, Райан Максвелл. Если присутствие Милы можно было объяснить желанием навестить сына Ярослава, который с начала цикла жил у Людей Трав, то рыжий отпрыск Вероники явно предназначался для обмена заложниками. Впрочем, самого Райана это совершенно не расстраивало — он уже провел у Народа Трав прошлый цикл и сам не хотел возвращаться.

В общем, рикс, знаменосец, бывший рикс — почти вся верхушка фригольда; и мы с Фьюри — надо полагать, на подхвате. Остальных ребят моего копья оставили в колонии, временно раскидав на дозорные посты, что, собственно, можно было расценивать как небольшой отдых.

В Море Трав было… неспокойно. Мы шли на приличной высоте, но даже отсюда виднелись дымные шлейфы пожаров и пыльные следы многочисленных табунов. Тавры действительно мигрировали с мест постоянного обитания, и они не оставляли ничего живого на своем пути. Эти твари, насколько я знал, были всеядными, питаясь как подножным кормом, так и животной пищей, поэтому орда дикарей мгновенно опустошила окрестности Одинокого Пика, а затем и распугала всю живность на сотни километров вокруг. Не позавидуешь небольшим родам Народа Трав или Народа Камней, обитавшим неподалеку, — им стоило уйти в более защищенные места, как это сделал Эйрик. Сейчас уже было абсолютно ясно, что рыжебородый рикс не зря отказался от Титула — фермеры не продержались бы под напором все прибывающих тварей.

Что же за вождь собирал их?

Винсент, Эйрик и Вероника разговаривали на эту тему во время полета, и у меня создалось впечатление, что они уверены — у Народа Трав есть ответы на наши вопросы. Таинственный Пожиратель, похороненный под печатями, находился в их бывших владениях — которые аборигены охотно уступили землянам много циклов назад. Они что-то знали — но сейчас тварь вырвалась на свободу, она представляла угрозу для всех, и значит, мы должны получить ответы!

Вскоре звездочка превратилась в купол, а затем — в плащ золотого света, окутывающий силуэт Пылающего Рога. И внизу мы увидели явные следы сражений: огромные проплешины в Море Трав, которые могли оставить только мощные Руны, сожженные стойбища и шрамы больших пожаров. Народ Трав явно вел войну, истребляя тавров в своих владениях. Еще дальше мы пересекли свежую неровную линию земляных валов, нечто вроде засечной черты, которая могла возводиться только против них. За ней уже виднелись укрепленные лагеря Людей Трав, и это могло означать лишь одно — тавры стали нашей общей проблемой.

Винсент приказал сесть возле третьего лагеря по счету, увидев знакомые сигны с лучистым солнцем. Там палили из земного оружия — но не в нас, а в воздух, явно подавая винтокрылу знак. И не ошибся — здесь расположился родной клан Ветра Равнин, и в нем были наши друзья.

— Кано! — меня тепло обнял Лэндо Солнечное Крыло. — Мой кано Сигурд! Восходящий! И серебро! Тот-Кто-Посадил-новое-Древо!

Сам принц был уже бронзой — и он возмужал еще больше, из стройного юноши превратившись в молодого мужчину, лицом похожего на мать, а статью пошедшего в отца. Наши Титулы тоже были равны — Лэндо стал хейром, и он с гордостью рассказал, что уже водит в бой копье молодых воинов. Я был рад видеть его — несмотря на то, что принц был рожден в Единстве, мы очень хорошо понимали друг друга.

— Спасибо за то, что сказал на тинге, — поблагодарил я. — Я этого не забуду.

— Как иначе быть? Ведь ты мой кано. И я знать, что ты быть сильный Восходящий, — сказал Лэндо, улыбаясь во весь рот. — Незримый и Тот-Кто-Сражается вместе смотреть на тебя. И ты стать серебряный хейр, кано! Ты взять в жены Травинку-на-Ветру?

— Да, Лэндо, — улыбнулся я в ответ. — Она теперь моя… А ты? Нашел себе невесту?

— Многие девушки Трав хотеть от меня даров, — гордо приосанился принц. — Я быть второй сын кинга! Я быть молод и красив, и Слава моя уже быть высока. Но я хотеть красивых детей от девушки с желтыми волосами, чье имя ты знать… Ей никто не принес даров?

— Насколько я знаю, нет, — пассия моего товарища, Келли Флоу, одна из первых красавиц фригольда, отнюдь не была обделена поклонниками, но после гибели отца ее, по-моему, больше волновало Восхождение, чем молодые люди.

— Я знать. Она ждет моих! На тинге она улыбаться мне!

— Может, и увидишь ее, когда дороги вновь станут свободны… Что у вас тут происходит?

— Мой отец-кинг поднимать знамя войны! Дикая Охота быть. Тавры идти по нашей земле. От Шипов. От Костей. От самих Холодных Берегов! Много их быть! Все кланы эль встать у Пылающий Рог, а воины и Восходящие выходить в Море Трав, чтобы не дать таврам забирать наши земли!

Из его слов следовало, что бродячие табуны быколюдей покинули места своего постоянного проживания и наводнили Море Трав, мигрируя к Одинокому Пику. Нашествие задело и сородичей Лэндо, потому что дикари шли через их земли, попутно разоряя брошенные поселения и нападая на огромные стада тауро, которые Люди Трав считали своими. Ветер Равнин вывел боевые отряды, чтобы отбросить и истребить врагов, не давая им приблизиться к Пылающему Рогу; было уже несколько столкновений, после чего Люди Трав перешли к тактике удержания рубежей, возводя земляные насыпи на опасных направлениях. Как правило, быколюди их не штурмовали, а тупо пытались обойти, постепенно отклоняясь, либо попадали в расставленные ловушки. Гоняться за летучими табунами в огромном Море Трав было абсолютно бессмысленно, хоть соплеменники Лэндо и не уступали им в мобильности.