Госпожа "Нет". Измена Альянсу (СИ), стр. 13

Эдвард моргнул и едва не потер руки, поймал себя в самый последний момент и улыбнулся, на этот раз абсолютно искренне. Госпожа Дарра предлагает переложить ответственность на отца девчонки и примерно его наказать? Да с удовольствием!

— Барон? — голосу императора позавидовали бы даже арктические льды.

Эмбер невольно вздрогнула, когда некогда любимый, а теперь ненавистный бывший муж шагнул из нестройных рядов аристократов и стал рядом с ней. Сердце тревожно забилось. Понадобилась вся выдержка, чтобы не закричать, не вцепиться в лицо этого человека, который вот так просто, не моргнув глазом, готов отдать своего собственного ребенка в заложники.

— Алексия — моя дочь, — спокойно заявил он. — Мой старший ребенок. Согласно законам Империи, я обязан предоставить её в качестве гаранта мира.

— В качестве гаранта мира? А если ее убьют?! — глаза Эмбер вспыхнули опасным огнем.

Представители службы безопасности храбро шагнули вперед, закрывая императора, готовые кинуться на госпожу адвоката и вытащить ее из зала.

Уже понимая, что скандала не избежать, Эдвард Пятый махнул рукой, останавливая охрану. Заметил, что стоящая у трона причина этого безобразия с любопытством смотрит на него своими огромными, как у матери, изумрудно-зелеными глазами. Вздохнул. Конфликт между родителями этого ангельского создания грозил вылиться в международный скандал с очень неприятными последствиями для всех миров.

«Все. Сегодня я точно отправлю в отставку. Всех. А потом напьюсь. Как сапожник. После всего этого позора сниму чертову корону, подпишу документы, дойду до моих покоев — и напьюсь. И перебью все стекла и зеркала. Буду стулья выкидывать из окон. И… все, что под руку попадется!»

— Моя дочь — гражданка Альянса, — зло отчеканила госпожа «Нет». — На нее не распространяются законы империи. И барону Макленбурскому это прекрасно известно.

Эдвард постучал пальцами по подлокотнику. Под мантией было безумно жарко, жесткий воротник нового мундира врезался в шею, от неподвижного сидения спина затекла, а голова, сжатая золотым обручем, гудела.

— У вас есть доказательства? — резко спросил он у адвоката.

— Конечно, — усмехнулась та, протягивая пластиковую карточку. — Вот идентификационное удостоверение моей дочери, в которое вписан ее генетический профайл. Если желаете, можете провести экспертизу.

Эдвард покачал головой. Ему самому хватило зеленых глаз, одинаковых что у матери, что у дочери.

— Но ваше величество, — зашептал министр юстиции, подбираясь к трону. — Необходимо проверить…

— Нет. — Эдвард вновь посмотрел сначала на дочь, потом на мать. — Госпожа Дарра, от имени империи я приношу вам извинения за доставленные… неудобства.

Император слегка запнулся на последнем слове, с одной стороны не желая превращать все в трагедию, с другой… с другой от него не укрылись темные круги под глазами адвоката и припухшие от слез веки. Даже его безалаберная мать любила своих детей, хоть и вынуждена была их оставить на Альвионе, что же говорить об этой хрупкой блондинки буквально сунувшей голову в логово льва?

Эмбер стояла, с трудом борясь с внутренней дрожью. Она до конца была уверена, что ее авантюра сорвется. Или ее развернут на пограничном контроле. Или ее не пропустят во дворец. Или Эшли ошибся — и Алекс где-то в другом месте…

Но все получилось. И пока император, этот прекрасный мужчина, и почему она приняла его за куклу, говорил правильные слова — Господи всемогущий, как же она хотела их слышать, Эмбер переводила взгляд то на Алекс — дочь выглядит странно довольной, то на бывшего мужа — а вот тот просто идет пятнами, что не может не радовать!

— Мы вас больше не задерживаем, — звучно проговорил император. — Документы на выезд будут доставлены в посольство Альянса.

Да она просто влюбиться в него готова!

Едва сдерживая улыбку Эмбер поклонилась императору — просто склонила голову, реверансов делать и не умела, да и что-то ей подсказывало, что в узкой юбке смотреться это будет коряво.

— Благодарю! Алекс, — кивнула адвокат дочери и направилась к выходу.

Алекс упрямо сжала губы.

— Мама, постой!

Все вновь замерли.

— Насколько я понимаю, мой отец не лишен родительских прав? — поинтересовалась это ангельское создание в белом.

Эмбер криво улыбнулась:

— Алекс, думаю, мы обсудим это наедине.

— Нет. Здесь и сейчас. Ведь если барон Макленбургский не лишен родительских прав, я являюсь и его дочерью тоже?

Госпожа Дарра выдохнула и виновато взглянула на императора, тот махнул рукой, словно говоря: «Продолжайте, чего уж там?»

— Алекс, много лет назад он отказался от тебя, — Эмбер вновь покосилась на окружающих людей, вытягивающих шеи, чтобы не пропустить ни единого слова. Еще бы! Скучная многовековая церемония вдруг обернулась шикарным скандалом, отголоски которого еще долго будут сотрясать инфосайты всех сорока шести миров.

— Он не отказался. Иначе вчера я бы не смогла получить двойное гражданство! — возразила девчонка.

— Я не думала… я… — охнула Эмбер, понимая, куда клонит дочь, но откуда она знала об очень древнем законе Альвиона?

Алекс вдоволь полюбовалась ошеломленным выражением лица матери и продолжила, наслаждаясь всеобщим вниманием:

— Согласно биллю о правах тысячелетней давности, император Альвиона является опекуном всех детей, чьи родители — граждане империи. В случае разногласий или смерти родителей, ребенок вправе обратиться к его величеству и просить официальной опеки.

— Алекс! — Эмбер побледнела, но дочь сделала вид, что не услышала:

— Таким образом, я, Алексия Дарра, дочь барона Макленбургского официально передаю себя под опеку его императорского величества Эдварда Пятого…

— Алекс, что ты делаешь? — прошептала Эмбер мгновенно ставшими непослушными губами.

Дочь упрямо вздернула голову:

— Мама, я не хочу возвращаться!

Эдвард скрипнул зубами и резко обернулся к министру юстиции. Корона едва не свалилась с головы, но это было уже не важно:

— Лорд Болленброк, проверьте обоснованность притязаний этой юной особы!

Адвокат покачала головой:

— Не надо. Она абсолютно права.

— Твою ж мать!.. — не сдержавшись, выругался Эдвард.

В абсолютной тишине это ругательство прозвучало громче, чем набат. Император виновато взглянул на Эмбер. Та горько усмехнулась.

— Вы абсолютно правы… простите… я…

Самый дорогой адвокат, до сегодняшнего дня не проигравший ни одного процесса, на негнущихся ногах шла к выходу из парадного зала императорского дворца. Лица присутствующих сливались в какую-то непонятную массу, а перед глазами то и дело мелькали золотистые искры.

Выйдя в галерею, Эмбер с трудом сообразила, что вибрирующий монотонный звук это всего лишь ее смартфон.

— Да… — просипела она в трубку.

— Эмбер! — голос Эшли срывался от ярости. — Что ты творишь!!!

— Я? — она попыталась улыбнуться, не вышло. — Это… тактика…

— Тактика?

— У меня все под контролем, Эш… — прошептала она непослушными губами.

Почему-то вокруг все плыло.

— Ты проиграла. Немедленно возвращайся!

— Нет. Я просто… У меня все под контролем… — упрямо повторила Эмбер. — Я обязательно разберусь…

Дыхание перехватило. Рука разжалась и телефон полетел на пол.

— Эмбер, Эмбер, что происходит? — требовательно вопрошал министр юстиции Межмирового Альянса, но его собеседница уже ничего не слышала, упав в глубокий обморок.

Глава 7

Его императорское величество Эдвард Пятый, уже сняв и передав хранителю императорские регалии, сидел за столом в своем кабинете и мрачно рассматривал стоявших перед ним тройку министров.

Сейчас, как никогда император был рад той традиции, что запрещала остальным садиться в его присутствии без особого приглашения. Уж этих людей приглашать он точно не стал.

Министр юстиции, начальник службы безопасности и премьер-министр стояли, словно провинившиеся школьники в кабинете директора. Все трое были по меньшей мере, лет на двадцать старше самого Эдварда и когда-то были друзьями его отца.