Я есть Жрец! (СИ), стр. 26

У Вара получилось создать не род, но сообщество, где людям получается выживать. Вот только надолго ли? Рыбы в озере стало очень мало, зверье сместилось дальше от охотников, птиц переловили. Коней есть не будут даже будучи при смерти. Даже камень для орудий труда и охоты приходится чуть ли не воровать, организовывая экспедиции к реке. Там, чтобы не нарваться на других людей быстро набирали кремень и уходили в лес.

Так что выживали люди Вара, но жили более скромно, чем многие другие, на грани. Приходилось скрываться, потому как изверга должен убить любой, если встретит. Нельзя возвращаться после изгнания.

Подбежав к стоянке изгоев-извергов, Никей остановился, чтобы осмотреться. Он выговорит Вару за то, что плохо организована служба дозора. Любой может подкрасться к селению и всех вырезать так быстро, что воины не успеют схватиться за оружие.

Причина того, почему все воины, и не только, столпились у главной хижины, скоро стала понятна для наставника. Люди Вара поймали шестерых чужаков. Никей выкрикнул звуки, о которых он когда-то договорился с Варом. Уже скоро воин был в селении и разговаривал с лидером и мужем сестры.

— Никей, я рад тебя видеть в эти сложные времена, — сообщил Вар, как только они с наставником молодых воинов племени Рысей отошли в сторону.

— Тяжелые времена требуют забывать ссоры с друзьями и объединяться против врагов, — обозначил свою позицию Никей.

— Ты знаешь, друг, что я не делал того, в чем меня обвинили. Но со мной обошлись бесчестно, не оценили то, что я делал для племя, — говорил Вар.

В это время к мужчинам подошла необычайной красоты женщина с уже чуть выпирающим животиком. Беременность Гавеле шла только в плюс. Ранее девчонка, после рождения первенца полтора года назад она все равно выглядела, словно девочка, но нынче, наконец, стала красивой женщиной. Столь красивой, что и Никей немного терялся в ее присутствии, не веря, что это его сестра превратилась в такую женщину. Он то помнил ее соплячкой, дразнил, издевался, как это часто делают братья.

— Гавела, рад, что боги даруют вам возможность зародить новую жизнь, — сказал Никей, погладив живот женщины.

— Говорите дальше! — сказала Гавела и отошла, чтобы не мешать мужчинам решать вопросы.

Наступила небольшая пауза. Вар провожал свою женщину, с которой, конечно же, сошелся сразу, как только вышел из племени, и с которой живет не по завету, так как у извергов не было своего жреца, чтобы совершить обряд. Вару было все равно, но Гавела сильно переживала по этому поводу, но не соглашаясь на то, чтобы обряд провел кто-нибудь, кто не жрец.

— Кто эти люди, которых ты поймал? — спросил Никей, посматривая в сторону сидящих на земле, спиной к воину, людей.

— Рыси вместе с огневиками. Звезда рода Морвага, а еще одна звезда племени Огня. Это они охотились на воинов Рысей. Воины Морвага пользовались тем, что их все знали и подходили к соплеменникам быстро, а после убивали воинов вместе с огневиками, — рассказывал Вар.

— Что? Еще и Морваг предатель? Я догадывался, но не хотел в это верить, — сокрушался Никей. — Племя обречено.

— Тем, что я убил и пленил охотников на людей племени Рысей, я подарил своему бывшему племени немного время. Решай, Никей, что сделаешь! — сказал Вар, жестом показывая гостю идти к главной хижине. — Мое предложение, чтобы ты был с нами все еще в силе.

— Ты умный человек и должен понимать, что твои люди скоро начнут умирать с голода. Орудий труда нет, зверя мало… — Никей замолчал, так как он знал, что Вар все понимает, но пока не выработал решения.

Потому Никей и здесь, что он нашел решение всех, или почти всех проблем. Можно создать свое племя, ну или возродить племя Рысей, когда его уничтожит Динокл. Воин был уверен, что Глеб не станет противится. Чужаку нравится Севия и можно привязать его через девчонку. Он должен понимать, что без людей ничего не получится и его просто сделают рабом. Глеб с характером, может стать неплохим воином и без своих божественных вещей, которые скоро будут бесполезны. Никею хватило ума понять это.

Остро станет вопрос о том, кому быть лексом. На эту роль Норей пока не подходит. Сам Никей не хочет быть вождем, он привык к своей роли, ну а стать главным воином — это потолок желаний мужчины. Вар — вот вождь. Но можно договариваться и решать. Никей не даст в обиду Глеба, без него придется сложно, но он и не может вести за собой людей. Жрец — хорошее решение для чужака, тем более, что можно представить Глеба, как посланника богов.

— Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой завтра? — с сомнением спрашивал Вар, когда Никей сказал о необходимости отправится к реке.

— Да, ты должен увидеть и понять, что выход из сложной ситуации есть, — настаивал Никей.

— Нет решений. Динокл силен, но не только он. У меня есть люди, которые бежали издалека. Сверху Реки идут воины, много, — сокрушенно говорил Вар.

Никей подумал, что появление чужака может быть связано с тем, людям на Реке угрожает большая опасность и Глеб сможет повлиять на это. Хотя… он не достаточно умелый воин, пусть и с потенциалом и большой силой.

— Ты мне не доверяешь? — догадался Никей главную причину нежелания Вара идти с наставником воинов.

Установилась пауза. В хижину вошла Гавела и стала ставить на землю еду. Это были с десяток яиц какой-то птицы и похлебка из рыбы с разваренными зернами ячменя.

«А ведь это лучшая еда, которую подают главному человеку в селении» — подумал Никей, сравнивая яства с вкуснейшим пловом, который приготовил Глеб.

— Вот! — сказал Никей и достал из своей кожаной сумки кусок соленого сала.

Гавела сглотнула слюну, а Вар уставился на гостя, ожидая объяснений.

Такое сало, с палец толщиной и аппетитной мясной прослойкой никто и никогда не видел, даже когда в племени Рысей были в загоне свиньи и их резали. Чтобы выкормить такую свинью, нужно много еды. Ну а дикие свиньи, которых тут было много, почти и не имеют сальной прослойки, а их мясо жесткое и требует долгой варки.

— Ты меня зовешь сходить туда, где есть такая еда? — спросил Вар.

— Что либо я могу рассказать только тогда, как ты согласишься и пойдешь со мной. Доверься Вар, твоя женщина должна есть сытно, чтобы родить здорового ребенка. И твой сын должен хорошо питаться, чтобы стать воином и меньше болеть, — давил на больной мозоль Никей.

Вар не ответил, но взял свой кремневый нож и отрезал кусочек от сала, презентуя его жене. После в хижину пришел маленький человечек меньше трех лет отроду — сын Вара. И ему досталось сало. От остального куска Вар отрезал половину и отдал Гавеле.

— Детям! — сказал мужчина своей женщине.

Никей сожалел, что взял так мало еды. У Глеба очень много еды, он прокормит этих людей, а люди отработают для общего блага. У Вара не осталось бездельников, они были лентяи и скверные люди принесены в жертву богам, а потом… да, съедены. Вера в богов это позволяла: если боги не берут жертву, на второй день можно ее есть. Вар прекрасно знал, что это зло, но зима унесла жизни шести детям и трем взрослым людям — это только те, кто умер от голода. Но мясо людей никому не нравилось. А кто и призывал резать слабых и умирающих, чтобы съесть, того самого убивали.

Вторую половину дня Никей пытался охотиться, но вокруг селения не было ни зверя, ни птицы, всех съели за почти четыре года жизни в этих местах, а кто и ушел. Все же река давала людям сильно многое и те, кто жил на берегу не так часто голодали. Если уже голод подступал, то не брезговали и раками с речными мидиями. А у озера Вара ни одной лягушки не осталось.

Ночью Никей не выспался. К нему пришла безмужняя женщина, которая пожелала иметь потомство от сильного воина. Этот воин не был против. Плечо уже почти не тревожило и Никей заставил женщину кричать от удовольствия.

— Просыпайся! До вечера мы должны дойти. В лесу ночевать нельзя. Там зверь появляется, но мало охотников возвращались с тех мест. Волков много, лютые медведи, кабаны. С нашим оружием, только с двумя луками, сложно охотится в тех местах. Как тебе вообще удалось пройти? — сегодня утром Вар был более разговорчив.