Любовь на осколках измены, стр. 3

– Лариса Денисовна, вы не опоздаете в театр? – смело встретила я ее взгляд, тогда как раньше всегда старалась не смотреть ей в глаза. Делать это было всегда неприятно.

– Ты похами мне еще! – вспыхнула женщина и возмущенно засопела. – Лучше вспомни, что ты жена и мать… А Стасику я позвоню. Если тут его не кормят, то в доме матери он всегда найдет что-то вкусненькое. И Глебушка тоже…

Она пулей вылетела из кухни, а я как сидела, так и продолжила сидеть, понимая, что впервые слова свекрови даже не достигли цели, что голова моя занята совсем другим – более ужасным.

Я слышала, как ушла Лариса Денисовна. С трудом нашла в себе силы разогреть сыну вчерашнее рагу и накрыть стол.

– Мам, у тебя всё в порядке? – задал Глеб правомерный вопрос, когда я села напротив него.

А что же мне ему ответить? Что да, всё в моей жизни просто замечательно? Не смогу же, язык не повернется.

– Глеб, хочу спросить тебя… – я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова.

– О чем, мам? – отвлекся от рагу сын. – Да что с тобой?! – уже с толикой раздражения повторил.

– Если нам с твоим… папой придется расстаться, с кем ты захочешь жить? – буквально выдавила я из себя. Но именно сейчас мне жизненно необходимо было выяснить этот вопрос.

– Что? Вы разводитесь?! – выкрикнул сын и бросил на стол вилку. Та подскочила и упала на пол. Как в замедленном кадре я всё это наблюдала, уже отчаянно сожалея, что завела разговор на эту тему. Но слово не воробей, как говорится… – Это ты так захотела? Вечно ты чем-то недовольна!

– Сынок…

– Мам, если тебе так хочется, разводись на здоровье, но я останусь с папой, поняла?!

Сын вскочил со стула и выбежал из кухни. Я даже ответить ничего не успела.

– Даже не поел… – пробормотала себе под нос, глядя в почти полную тарелку.

И тут из глаз полились слезы, которые я так долго ждала, а они отказывались появляться.

– Что же мне делать? – закрыла я лицо руками, стараясь заглушить рыдания.

Глава 4

Машинально убрала на кухне. Из комнаты Глеба неслась нарочито громкая музыка.

Идиотский не то рэп, не то что-то в этом духе. Он знает, что мне она не нравится. Но сына можно понять. Для него известие о разводе стало ударом. Надо было как-то подготовить его к этому. Но я не контролировала себя. И в душе надеялась, что он примет мою сторону.

Слезы текли и тепли по щекам, сердце щемило. На душе пустота. Что делать, как жить дальше? Я полностью завишу от мужа. Вышвырнет меня как собачонку на улицу. И что тогда? Он и правда может превратить меня в бомжиху.

Нет, нельзя было вываливать все свои проблемы на голову сына. Он еще ребенок. А я поставила его перед таким сложным выбором. Говорить с ним сейчас бесполезно. Он не станет слушать. В лучшем случае тоже хлопнет дверью и уйдет.

Руки машинально расставляли посуду, убирали продукты в холодильник. Вот и все. На кухне привычный порядок и чистота. То, что так любит Стас.

Потом сидела в зале. Музыка долбила по голове как дятел по дереву. Скажи я сыну хоть слово сейчас – взорвется как порох. И вдруг наступила тишина. Еще более оглушительная, чем рэп.

– Что случилось, мам? – в зал вошел сын с сумкой через плечо. Похоже, собрался гулять.

Взгляд колючий, встревоженный.

– Немного поссорились с папой, – попыталась соврать я. – Да, я сама виновата, ты прав.

– И из-за этого ты хочешь с ним развестись? – зло усмехнулся Глеб. – Да уж, нашла повод.

– Я не хочу. Но так может получиться. Твой папа может захотеть.

– Не думаю. Ты вечно из мухи делаешь слона. Вот и с бабушкой поссорилась на ровном месте.

Что можно на это ответить? Сын видит все по-другому. Не могу я ему сказать, чем занимался его папаша с секретаршей. Это будет травма на всю жизнь. Он вообще потеряет веру в людей. Можно, конечно, объяснить, что отец другую полюбил. Но это же ложь. Стас меня предал. От бессильной злости сжались кулаки.

Глеб молча вышел из зала. Хлопнула входная дверь. Спрашивать, куда он пошел бесполезно. Только еще больше замкнется в себе. Он уже и так не раз говорил, что я контролирую его во всем.

Я почти физически ощутила, как любовь уходит из моей души. И ее место занимает злость и ненависть. Неужели вот так просто? Любила мужа, теперь ненавижу. Не могу понять, как можно так цинично предать того, кто тебя любит.

Пусть я больше ему не интересна как женщина. Но можно же было поговорить со мной, развестись, а уж потом прыгать на секретаршу. Стас вел себя так, словно я не застукала его за изменой. Словно ничего особенного не произошло. Похоже, ему так проще. Не надо ничего объяснять, не надо подбирать слова. Мол, сама все видела. Если не дура, то поняла.

Мысли одна печальнее другой теснились в голове. Как жить дальше? Как объяснить Глебу, что я люблю его и не смогу без него? Он – моя кровиночка, мой сынок. Сынок, начинающий взрослеть. Как быстро бежит время. Еще недавно мы с ним гуляли за руку по парку. Он обещал защищать меня от всех разбойников и хулиганов. И вот он совсем взрослый. И уверен, что все проблемы в семье от меня, от моих придирок.

Как, как достучаться до него? Измена Стаса вызывала отвращение до тошноты, а непонимание Глеба ранило в самое сердце. И я понятия не имела, как мне правильно поступить, как сохранить доверие сына. Ведь последнее время я старалась показать ему, что у нас дружная любящая семья. Нет, лжи во благо не бывает. Может быть, если бы он видел, как ведет себя со мной его отец, он не оттолкнул бы меня сегодня? Но свекровь при Глебе наговорила мне гадостей. А она для него по-прежнему бабушка. А я злая мать.

Шли часы. Стас наверняка сегодня домой не вернется. Проведет бурную ночь со своей Вероникой. Странно, но это волновало меня мало.

А вот если Глеб не придет, где мне искать его? Он наверняка не ответит на мой звонок. Он стал такой упрямый. Настоящий подросток, для которого нет полутонов, есть только черное и белое. Есть добрый папа и истеричная мама, вечно всем недовольная. Неужели в его глазах я такая? Тревога за сына сжимала сердце.

Я подошла к окну. Совсем стемнело. Зажглись фонари, двор заполнился автомобилями.

Все-таки решила написать сыну СМС. «Пожалуйста, напиши, когда вернешься». Он ответил сразу. «Ок, когда вернусь, напишу». Вот так…

Время тянулось медленно, как улитка. В квартире звенящая тишина. Мне было холодно. Я завернулась в плед, но все равно продолжала мерзнуть. Это от нервов. Если так пойдет дальше, я и правда превращусь в истеричку. Но я не могла успокоиться. Слезы снова потекли по щекам. Скоро полночь. Глеба нет.

Звякнула СМС. «Я вернулся» и тут же щелкнул замок. У меня отлегло на душе. Слава Богу, Глеб дома.

Заглянул в зал:

– Что ты в темноте сидишь? – и зажег люстру. Свет больно ударил по глазам. – Мама, что у тебя с лицом? Ты что, плакала?

– Немного, – я опустила голову. – Так, расстроилась.

– Из-за папы?

– Из-за себя, – попыталась улыбнуться я. – Все уже хорошо.

– Что же у вас случилось? Это ведь не просто ссора, правда?

– Нет, нет, все уже нормально, – замотала я головой. – Все будет хорошо.

– А папа где?

– Он придет. Позже. Он тоже расстроен.

Глеб сел рядом со мной на диван.

– Мама, вы и правда разойдетесь? – испуганно спросил сын.

– Не знаю, – вздохнула я. – Все будет зависеть от твоего отца.

Мне идти некуда, так что придется терпеть. И если Стас захочет от меня избавиться, он сделает это. Мне надо выиграть время, решить, как жить без него, самостоятельно. Я так давно разучилась это делать…

Глава 5

Ночь прошла без сна. Стас домой так и не вернулся. На утро я чувствовала себя даже не разбитой, а больной. Когда забрезжил рассвет, и сил ворочаться в кровати не осталось, я вышла на кухню и принялась готовить завтрак. Да и скоро уже нужно было будить сына.

Вот вроде все как обычно. Поджариваю тосты, взбиваю яйца… Руки машинально выполняют привычную работу, в то время как душу разрывают кошки. И так там мерзко, что хочется всё разом прекратить. Перестать видеть, дышать, слышать… существовать. Но разве я могу? Разве ради себя я живу вот уже столько лет?