Живые и мертвые. Часть II (СИ), стр. 48

— У вас ещё сохранилось электричество? — присвистнул. — Неплохо…

— Конечно, это же трейлер и… — чернокожая обернулась к машинам и её глаза гневно сощурились. — Ирен, успокой дочь, — требовательно кивнула на красивую женщину, порядка тридцати лет, которая дружелюбно улыбнулась в ответ.

— Конечно, Вирджиния, — уважительно произнесла она, направляясь в сторону трейлера. Вслед за ней тут же отправился спасённый мною темноволосый мужчина, по дороге негромко что-то ей сказав. Та нахмурилась и ответила. Но я не слышал что и о чём.

— Сын, — мать привела себя в порядок, попытавшись стряхнуть с блузки кровь, но лишь размазав её. — Ты должен дождаться отца. Уэсли с группой Таубера, вернётся завтра или послезавтра, он будет так рад!

— Гляжу, у вас тут своя атмосфера, — киваю на продолжающийся скандал, где старика всё-таки положили на спешно вытащенный стол и сняли рубашку. Сейчас тот самый «Артур», врач, которого называли наркоманом, деловито накладывал шов. Взгляд доктора ни капли не изменился. По прежнему выражая не больше эмоций, чем в куске камня.

— Поверь, всё не так плохо, — улыбнулась она. — Да и подобные проблемы происходят лишь сейчас. Когда вернётся Брюс, то он всё наладит. Это великий человек.

— Что же, — оглянулся на своих ребят. — Мы согласны подождать.

Глава 7

Возвращение в свой лагерь прошло уже в темноте. Ни черта, сука, не видно!

— Эйд, мы отклонились влево, — гундел Тим. — Я вот поклясться готов!

Покосился на него исподлобья, но сокомандник ничего не заметил. Ещё бы, хоть глаз выколи!

— Надо было взять Барни, — хмыкнул Лэнс. — Вот кто бы быстро нашёл нужный путь. Запах колбасок, небось, ещё не выветрился…

— Хорош ныть, — затыкаю лишние рты, — мы бежали более километра, а сейчас идём пешком. Потому немудрено, что обратная дорога кажется вам не такой. Это как раз-таки нормально.

Перевожу взгляд на брата, который напросился со мной. Мать вначале не хотела отпускать его, но как почти и всегда, в конце концов, поддавалась его просьбам, а мой уверенный вид и вовсе позволил ей почти не переживать. Во всяком случае, я так думаю.

— Рассказывай, Кевин, как вы выживали это время? — прищурился, посмотрев вдаль, но человекоподобная фигура, ожидаемо, оказалась лишь игрой света и тени. Деревом, если быть точным.

— Тут целая история, — довольно улыбнулся брат, — в общем, всё было так… — он почесал затылок. — Ну, буду рассказывать то, что уже после твоего звонка происходило.

— Давай, время у тебя есть, нам ещё минут десять-пятнадцать идти, — я едва заметно улыбнулся. Успел соскучиться по его пустой болтовне.

— Ха, так это кратенько, значит, — ухмыльнулся парень, поправляя успевшие отрасти волосы. Он вообще постоянно стремился хорошо выглядеть и заботиться о внешности. Это, пожалуй, правильно… пока не переходит черту разумного. — Хотя, наверное, придётся повторно рассказать её на бис, уже в вашем лагере? Кто ещё с вами?

— Майкл, — хмуро бросил ему Лэнс. — Из «старичков» лишь мы трое и он.

Кевин присвистнул.

— Значит и баба твоя тоже? — хлопнул меня по плечу. — Сочувствую, братишка.

— Жизнь преподносит сюрпризы, — острый взгляд даже в темноте различает чёткий отпечаток обуви Тома, на который я и указываю. — Все видят? — демонстративно тыкаю в него пальцем и Чапмана, и Левиса.

— Э-э… — пожимает плечами Тим. — Ладно.

— Отличное извинение, — фыркаю в ответ. — Кто из вас, оболтусов, требовал свернуть, потому что мы отклонились?

— Это он, — Лэнс ехидно кивает на Левиса, который тут же замахал руками.

— Ну простите, сделайте милость! Я вам тут не следопыт! Уверен был, что отклонились, вот и решил помочь. Кто знал, что за желание подсказать правильный путь, в ответ получу лишь презрение и насмешки?

— Хорош чушь нести, — снисходительно на него посмотрел. — Перед кем невинность разыгрываешь? Передо мной? Томом? Лэнсом? Может Кевином?

— О, да, особенно перед ним! — засмеялся Тим.

— Вы слушать будете или как? — нахмурился брат, недовольный потерей внимания. — Том, — посмотрел на великана, — а ты что скажешь?

— Ничего, — ответил тот, грузно топая.

Приглядевшись к великану, замечаю, что он, словно маленький ребёнок, старался наступать на свои же собственные следы, которые оставил ранее.

— Не тяни кота за яйца, — бросаю Кевину, ускоряя шаг. — Давайте поспешим, ещё дел куча.

— Сегодня ведь поедем? — уточнил Чапман.

— У нас уже лагерь собран, — хмыкаю я, — выбора нет. Не будем же обратно его раскладывать, особенно ночью? Тем более, есть проводник.

— Так-то да, — брат гордо задрал нос. — В общем, собрали мы вещи… — видимо поняв, что всеобщего внимания не добьётся, Кевин начал рассказ. — Точнее — я собрал. Отец забрал мать, приехал обратно, а у тачки вся лобовуха в кровище, — он взмахнул руками, а потом вытер их о собственную толстовку. — Ты бы видел, Эйд! Он её потом, уже здесь, возле озера, часа четыре отмывал, но следы так и остались! Хах, я тебе покажу потом. Завтра или как будет…

— Боже, Кевин, за то время, что мы не общались, ты стал ещё более лучшим рассказчиком, чем был ранее, — ехидно бросил Лэнс.

— Правда? — нагнул он голову. — Пошёл в жопу!

Парни рассмеялись. И было с чего, братец всегда умудрялся начать с одного, а закончить чем-то совершенно другим. Из-за этого обсуждать с ним какие-либо темы становилось физически больно.

— Короче… — Кевин запнулся о корягу, едва не растянувшись, но всё-таки удержал равновесие, хоть и знатно выругавшись, — перетащили мы вещи, а тут вылет этот, труп, в общем, — брат приподнял руки, изображая силуэт, раза в полтора больший, чем даже Том. — И тут батя достаёт ствол и ка-а-ак выстрелит ему прямо в морду!

Его глаза аж блеснули в неярком свете луны, которого оказалось достаточно, дабы уловить подобное даже в темноте. По инерции брат снова поправил длинные волосы, которые лезли в глаза.

Дурацкая чёлка! Я бы отрезал её, наплевав на возможный глупый вид. Она же жутко мешается!

— У него мозги — бам! На асфальте! Ну, падает, в общем, но продолжает шевелиться, а мы такие быстро в тачку прыгаем и через дворы, — он засмеялся. — Жесть, конечно, что с городом… — Кевин прервался и даже несколько секунд тупо молчал. — Да конец ему, чего уж там, — дополнил парень. — В Атланте, небось, ещё хлеще было, да? — толкнул он меня плечом. — А то слишком спокойно воспринимаешь всё.

— Кевин, — вздохнул, — надо будет заняться тобою более плотно. В последние пару месяцев подзабросил это дело, всё время тратил на подготовку к матчу. Но считаю, что сейчас смогу уделить этому…

— Гонишь? — аж дёрнулся брат, прерывая меня. — Чего опять не так?

— Твоя тупая привычка нести херню, вот чего, — замечаю знакомые места, мы приближались. — Уже проходили ведь это с тобой? Помню, ты начал говорить чётко и по делу.

Смешно, только что ведь думал, что соскучился по нему и этой манере общения, как спустя несколько минут уже снова хочу отвесить ему подзатыльник.

— Ага, как курсант в армии! «Да, сэр!», «Нет, сэр!», «Есть, чистить сортиры, сэр!»

— Будь ты в армии, то в первом же сортире тебя бы и утопили, — едва слышно дополнил я.

— Дерьмо, ведь просто рассказываю, что было, пока мы добирались до убежища! — Кевин, в очередной раз взмахнул руками, задев молчаливого Тома, но тот не обратил на него внимание.

— И что мы узнали за время дороги? — киваю на просвет в деревьях, — вот тут уже лагерь наш, а ты выдал лишь то, что отец выпустил пулю в зомби и не добил его, — всё-таки отвешиваю ему смачный подзатыльник, на что парень злобно зашипел. Получил ещё один, после чего выпрямился и посмотрел на меня. На миг останавливаюсь и пристально смотрю в глаза брата. Тот, привычно, не выдержал и пяти секунд.

— Посмотрел, сука, в глаза мне, — положил руку ему на голову, возле лба, силой разворачивая в свою сторону.

Он послушно повернулся.

— Чётко, по делу, без херни. Так, как мы с тобой уже ранее делали. Ибо сейчас я, мать твою, не в настроении разбирать словесный понос. Понял?