Живые и мертвые. Часть II (СИ), стр. 40

А вот я эти секунды не терял.

Стремительный удар поразил затылок упавшего, попадая в «точку смерти». Минус два.

Прыжок третьего зомби едва не прозевал, лишь в последнюю секунду успел немного развернуться. Тварь пролетела мимо, но успела ухватиться за рукав, цепляя меня следом за собой.

Неприятная неожиданность, но я давно отучился теряться от подобного зрелища, так что наношу быстрый удар кулаком левой руки по морде трупа. Знаю, что не поможет, но хоть собьёт на мгновение его обзор.

Сука, ненавижу переход в партер! У меня резко исчезают преимущества!

Пока бил зомби с левой, правой уже отбросил ставший бесполезным топор и вытащил короткий нож.

Зубы заражённого щёлкнули в паре сантиметров от моего носа. Осознаю, что при жизни это был достаточно рыхлый человек, который, кажется, носил очки, ибо на висках остались едва заметные, светлые полосы, будто бы он неравномерно загорел вокруг.

Обе руки трупа надёжно держались за мои плечи. Он с весьма приличной силой, как по мне — даже превышающей среднестатистические возможности организма обычного человека, начал тянуть меня ближе, стремясь получить возможность совершить укус. Но разве я лежал без дела?

Левая рука ухватила зомби за шею, удерживая подальше, а правая нанесла удар ножом по затылку. Бил вслепую, но кажется задел. Если не «точку», то где-то рядом. Мертвец сильно ослабел, но ещё подавал признаки жизни.

Напрягаю ноги, отталкивая ими рыхлое, мёртвое тело, а потом наношу добивающий удар, от которого заражённый окончательно затих.

Всё, дело сделано.

Поднимаюсь и отряхиваюсь. Подавляю в себе желание пнуть труп. Будь выше этого, Эйд! Это как злиться на дождь, что он начал лить. Или на оползень, который скатился с горы. Природное явление, мать твою… Так и зомби. Они, можно сказать, запрограммированы на пожирание людей.

Подбираю топор и осматриваюсь. Но вокруг было тихо. Ещё бы… окажись рядом ещё хоть один, меня бы сожрали и пришлось использовать второй из трёх откатов. Жалко…

— У пчёлки, — хмыкнул самому себе и покачал головой. Пора идти дальше и спасать своё имущество. — Боже, надеюсь что их там не более десяти!

Глава 6

— Не зря говорят — «жидкое золото», — Чапман застегнул ширинку.

— Заткнись, — устало прикрываю глаза.

— Кста-ати, — усмехнулся он. — Я рассказывал тебе, чем отличается «свинцовый дождь» от «золотого»?

— Господи, Лэнс, эта шутка слишком ужасна даже для тебя, — но против воли всё равно улыбнулся. — В следующий раз пойду вместе с Майклом.

— Поймаешь комплекс, от вида его чёрного истребителя, — засмеялся парень.

— Чтобы не чувствовать себя неполноценным, достаточно лишь одного, — негромко хмыкаю, — не рассматривать чужие члены. Неплохо помогает.

— Очень смешно! — насупился Чапман. — Намекаешь, что я рассматриваю?

— И ещё, — закончив, по инерции оглядываюсь, пока застёгиваю штаны и ремень, оставляя его вопрос без ответа, — с чего ты решил, что у афроамериканцев обязательно должен быть большим?

— Чува-ак, — протянул он. — Это же статистика! У азиатов маленький пиструн, у белых — обычный размер, а у чёрных — здоровая дубина.

— «Статистика»? — усмехнулся я, направляясь в сторону нашей стоянки. — Что-то не припомню такого в научных журналах. А я ведь их посматривал, время от времени.

— Это было признано расизмом, вот и не вошло в официальные источники. Но факт от этого не изменился, как показатель измерения ай кью, который, опять же, отображал обратную прогрессию, типа: азиаты умнее всех, белые — средне, а чёрные — хуже всех. Хах, за размер члена они расплачиваются собственным умом!

— А вот тут ты не прав, — решительно качаю головой. — Подобное исследование проводил, например, некий Ганс Айзенк, немец, кстати говоря, — лукаво улыбаюсь. — В своей книге «Раса, интеллект и образование», он указал, что средний ай кью представителей негроидной расы на пятнадцать пунктов ниже. Что позднее с успехом было опровергнуто, но слухи оказалось уже не остановить. Между прочим, этот же «учёный», — делаю пальцами характерные кавычки, — позднее утверждал, что курение не вызывает рак. Гений, ха-ха, непонятый поколением!

— Ну вот, сбил мою теорию! — фыркнул Лэнс. — Какого хрена ты всё это знаешь?

— А ты вот прямо так берёшь и во всём мне веришь? — засмеялся в ответ. — Может, всё это только что было мною выдумано, просто за тем, чтобы почувствовать себя более важным, чем есть на самом деле?

— Фигня, — пожимает он плечами. — Я же тебя знаю.

— Ага, прямо как отличие «свинцового дождя» от «золотого».

— Ну-ну, — покосился на меня парень, — смотри, как-нибудь твоя баба предложит тебе испробовать подобный опыт.

— Какая из двух? — различаю наш импровизированный лагерь, который показался впереди.

— Надеешься вызвать зависть? — Чапман пожал плечами. — Я умею признавать поражение. Забирай хоть всех, — он закинул руки за голову. — А касательно вопроса, — хитро прищурился, — любая. Думаешь, извращения придумали парни? Тёлки обожают их куда больше. А знаешь почему? — Лэнс пакостливо улыбнулся. — Потому что чтобы кончить, им нужно приложить куда больше усилий. От этого все ноги растут.

— Хрень, — качаю головой. — Чтобы девушка кончала, надо просто приложить капельку усилий, а не отстреливаться за пять минут, разворачиваясь на другой бок. Касательно же фетишей — у мужиков их намного больше, причём куда более разнообразных.

— Аха-ха! — словно конь, заржал Чапман. — Это такие выводы ты делаешь из-за просмотра порно? Просто индустрия, — постучал себя по виску, — делает на нас, мужчинах, акцент. Заставляет платить за секс, что было испокон веков. Не даром говорят, что проституция — самая древняя профессия. Бабы почти фригидны. Не получают от порева и доли того удовольствия, которое может получить мужик. Оттого и продают себя, не понимая, как кто-то вообще может покупать себе оргазм.

— И как это сочетается с фетишами? — с интересом на него посмотрел. — Давай, друг, твоя теория звучит смешнее, чем рассказы Бадда Хопкинса о похищении пришельцами.

— Просто ты не слышал её целиком, — откашлялся парень.

Но у меня так и не получилось насладиться откровениями юного «гения».

— Эйд, — едва заметив, как я вышел из перелеска, подбежала Констанция, — Арлин совсем расклеилась, уже не истерит, но просто льёт слёзы сидя в машине. Я… — она резко чешет волосы, растеряно отводя взгляд, — не знаю, что ещё сделать? Может, ты сумеешь?

— Лэнс, иди помоги ребятам с костром, готовкой и инвентаризацией вещей, — указываю парню, на что он лишь проворчал про баб, которые вертят миром.

— Если бы так сильно не переживала за подругу, то точно пожелала гомику сдохнуть в какой-нибудь грязной норе, — неприязненно прошипела блондинка. — Ему не привыкать иметь дело с говном.

— Он простой придурок, безобидный и даже полезный, — плавно притягиваю девушку к себе. — М-м, когда это ты успела ополоснуться?

Стоит сменить тему и немного подразнить её. Надо поднять настроение хоть у одной красавицы. Впрочем, аромат чистого женского тела пьянил похлеще элитных духов.

— Когда вы, мальчишки, уходили за дровами, а также разведывали область вокруг, — улыбнулась она. — Правильно ведь понимаю, мы, — голос становится томным и низким, — тут немного задержимся? На день-другой? — её губы были близки и очень желанны, отчего не сдерживаю нахлынувший порыв, страстно их целуя.

— Значит, минус одна двадцатилитровая бутыль воды, — правая рука охватывает упругую попку блондинки, а взгляд быстро проходит по лагерю, но в нашу сторону никто не смотрел. Благо, что находились на краю, возле деревьев.

— Всего одна из семи, — дыхание Конни отдавало мятой. Подготовилась! Честно сказать, уже давно хотелось просто взять и завалить девчонку, как следует оттрахав, но смущало полное отсутствие места. Где, мать вашу, предаться интиму? В машине? В палатке? Всё у всех на виду! И тем более — на слуху.