Лич на стажировке. Часть 3 (СИ), стр. 7

Недовольно переговариваясь, люди в темноте перемещались от одной кучи тел к другой. Кирт слышал, как под их сапогами хрустит подмерзающая грязь. Они пытались понять, каким образом была убита та или иная тварь, гадая по не до конца разложившимся останкам. Молодняк… Какая разница, если важен результат? Из их отряда наиболее опытными являлись он и Сидда. Узнав о прорыве, комендант поспешила вернуть должок за случившееся среди Дрожащих Холмов и отправила всех, кто на тот момент был на заставе. Формально задача была выполнена, хоть и не их силами, но…

Мага земли беспокоило состояние супруги, сосредоточенным взглядом сверлившей место, где находились личи. Застывшая в воздухе хрупкая фигурка Сидды бледным серебром мерцала на фоне сгустившихся осенних сумерек и, зная ее легкий нрав, Кирт понимал, что волшебницу что-то не на шутку встревожило.

— Ты узнал их? — спросила она. Настолько тихо, что маг земли не сразу понял — вопрос прозвучал вслух или по мыслесвязи.

— Личей?

— Да.

— Я не присматривался, расчищал выход и уплотнял землю, чтобы молодняк не затянула трясина.

При этих словах Кирт почему-то почувствовал себя виноватым, хотя причин для этого не видел. Да и тон супруги был совершенно ровным. Обычный вопрос. Он делал то, что требовалось для безопасности группы, глазеть по сторонам было некогда.

— Мне показалось, что там была Шиз, — задумчиво протянула волшебница.

— В какой-то степени это логично, ее же территория, насколько я понимаю.

— И Килир.

— Хм, — Кирт почесал подбородок и поравнялся с супругой. — А он что тут забыл?

— Вот и мне интересно… Как и то, куда он ее забрал. Если это действительно была Шиз.

Сидда тряхнула головой. Маг земли знал этот жест, им волшебница всегда сопровождала непростое для себя решение — подумать чуть попозже над тем, в чем разобраться сходу не получалось.

— Ладно, — вздохнула она и устало улыбнулась. — Давай тоже осмотримся, и домой. Не хочется по ночи шататься по болотам.

— Согласен, — Кирт кивнул и окинул взглядом окружавшие их топи. — Навскидку я здесь никого не чувствую. Но молодняку не помешает поглазеть на бледных, пока те не до конца разложились.

— Портал через полчаса, — громко сообщила Сидда, чтобы услышали все присутствовавшие, а затем поднялась повыше в воздух, чтобы обеспечить себе обзор.

Маг земли вздохнул и, попинывая попадавшиеся под ноги кости, направился к особенно мерзко выглядящей куче недоразложившихся тел. Они лежали неправильным полукольцом вокруг лужи черной слизи, выделявшейся на фоне буро-серой болотной жижи. Рядом обнаружились осколки стекла и кусок ткани. Стараясь дышать через раз, Кирт присел, присматриваясь к своей находке. Ткань оказалась испачканным все той же слизью платком, а стеклянные осколки, судя по уцелевшему горлышку с пробкой, при жизни были мелкой склянкой, о содержимом которой можно было лишь догадываться. Преодолев отвращение, маг принюхался. Пару мгновений пришлось потратить на то, чтобы подавить тошноту.

— Плохая идея, — буркнул Кирт. — Так будет вернее.

Он погрузил пальцы в подмерзающую грязь. Но и земля мало что смогла ему сообщить. Кроме того, что это действительно были Килир и Шиз. Платок принадлежал ему, а склянка каким-то образом была связана с ней. Ничего не понятно, но очень интересно.

Пожав плечами, маг земли отряхнул руку и направился обратно к относительно сухому участку. Там Сидда уже готовилась к открытию портала.

По возвращении стоило связаться с Линс и узнать, что у них случилось. И все ли в порядке с Шиз.

Глава 3. Туда и обратно

Даже с закрытыми глазами я сразу поняла, куда попала. Надо мной снова перешептывались с ветром листья, а откуда-то издалека доносились трели сверчков. Запах сырости, прелых листьев и влажной земли прилагались. Но в этот раз мое тело во внутреннем убежище вело себя куда послушнее, и увидеть над собой звездное небо я смогла примерно через десять минут. Надо мной, как я и ожидала, порхали ярко-зеленые бабочки.

А следом увидела Альда.

Скрестив руки на груди, он прислонился к необъятному древесному стволу слева от меня. И выражение лица подселенца не предвещало ничего хорошего. А если точнее, то это была гремучая смесь состояний «я же тебе говорил» и «убью, воскрешу и убью снова».

Прям вылитая моя матушка в те времена, когда я пыталась ставить свои первые эксперименты по некромагии дома на кухне. Ну кто же знал, что случайно поднятая крыса решит по старой памяти поискать что-нибудь съестное на обеденном столе?

Осторожно пошевелив языком, я убедилась, что могу говорить. Ну… почти.

Слушая мое виноватое похрипывание, Альд скептически поднял одну бровь, поджал губы и слегка склонил голову к плечу, но, к моему облегчению, промолчал. Вот только судя по тому, насколько потемнели и без того не слишком светлые дымчато-синие глаза подселенца, ему явно было, что мне сказать. И, очевидно, ничего лестного в его словах я не услышу. Поэтому мне нужно было его опередить и повиниться первой.

— Я… дура.

Идея начать с конца и сразу озвучить очевидный вердикт показалась мне удачной. Вдруг это позволит хотя бы частично сократить перечисление моих промахов. На то, чтобы полностью избежать нагоняя, я даже не надеялась. Если в реальном мире еще как-то можно было бы потребовать от него молчания, то тут я — на его территории. И он меня как-то не слишком рад видеть, похоже. В общем, заслужила — так заслужила, что уж говорить.

Эти мысли вихрем пронеслись в моей голове при виде того, как подселенец скептически поднял и вторую бровь. И снова промолчал. Ощущение надвигающейся бури стало практически осязаемым.

Когда я, кряхтя и похрипывая, попыталась сесть, он даже не шелохнулся. И лишь когда у меня таки получилось усесться, оперевшись о бортик лежанки, выражение его лица изменилось. Теперь оно означало что-то вроде «ну давай, расскажи мне еще что-нибудь». А за этой маской явственно скрывалось желание причинить мне профилактическую насильственную смерть. Желательно, как можно более мучительную.

А что мне было еще рассказывать? Нечего. По крайней мере, ничего такого, чего бы подселенец сам обо мне не думал. Он и так был в курсе моих мыслей на момент принятия этого судьбоносного в своей идиотичности решения.

Поэтому мы молча играли в гляделки.

Я проиграла и отвела взгляд. Но первым заговорил Альд. Началось.

— То, что ты сделала очевидный вывод, похвально, конечно, — от его ледяного тона мне захотелось втянуть голову в плечи. — Лучше поздно, чем никогда.

Подселенец медленно втянул носом воздух. Я осторожно покосилась и тут же отвела глаза, боясь снова встретиться с ним взглядом.

— Как ты думаешь, почему я злюсь? — обжигающий лед язвительности ощерился тонкими лезвиями вкрадчивых ноток. Почему-то именно сейчас голос Альда вызывал скорее не эмоции, а ощущения и образы, причем довольно бредовые.

А чувство самосохранения тем временем надрывалось, пытаясь докричаться и сообщить мне, что все очень-очень плохо. Я чувствовала страх, и вместе с тем он казался мне каким-то странным, невозможным. Ну что подселенец мог мне здесь сделать? Вышвырнуть отсюда обратно в тело? Да с радостью, быстрее в себя приду!

Но одно дело — спорить с голосом в своей голове, а другое — видеть своими глазами его обладателя, глядящего на тебя сверху вниз с высоты своего внушительного роста. И эта горделивая осанка, высокомерная посадка головы… Мои внутренности медленно и мучительно сворачивались в тяжелый комок где-то в глубине живота. В таком состоянии я очень даже верила, что при жизни Альд был могущественным и опасным некромагом. Который прямо сейчас, похоже, очень хотел меня убить.

— Что я… допустила перегрузку? — наконец, мне удалось выдать робкое предположение.

— Не-е-ет, — последовал зловещий ответ. — Попробуй еще раз.

Волосы на загривке стали дыбом от этих слов. Я не боюсь. Я не боюсь… Кости Суртаза, как же страшно.