Не отпускаю…, стр. 12

– Не сдерживайся, мы одни, – напоминаю ей, что сына нет дома. Сжимаю ее сосок, начиная движение пальцев внутри ее горячего лона. Вынимаю пальцы, распределяя влагу по ее складочкам, массирую пульсирующий клитор. Моя солнечная девочка содрогается, выгибается, съезжая с подоконника, подаваясь ко мне, предлагая мне взять ее. Начинаю интенсивнее ласкать ее клитор, смотря, как по ее шее стекают капельки пота. Вновь вхожу в нее двумя пальцами, но уже глубже до конца, чувствуя как мышцы лона сжимаются. Пара движений и я вынимаю пальцы, снова растирая клитор. Повторяю это действие снова и снова, дразня ее, доводя до исступления, вынуждая громко стонать, кусать губы и шептать мне «пожалуйста».

– Что «пожалуйста», моя хорошая? – спрашиваю я, перекатывая сосочки между пальцев, наклоняюсь, проводя языком по губам.

– Пожалуйста, – повторяет она, и сама всасывает мои губы. Вновь вхожу в нее пальцами, имитируя грубые толчки, слыша характерный звук мокрого лона, в которое я быстро вхожу пальцами.

– Пожалуйста! – уже кричит она. Я знаю, чего она просит. Полина остро и быстро кончает, когда я массирую сразу две ее сладкие точки. Нащупываю внутри ее лона заветную точку, начиная ее растирать, слегка надавливая, а большим пальцем массирую клитор. Дышу ей в губы, но не целую, продолжая вдыхать в себя ее удовольствие.

– Давай, солнышко, кричи, – шепчу ей, ускоряя стимуляцию пальцами.

– О Боже, Вадим! – хватая воздух, произносит она. – Дааааа! – уже не стонет. Протяжно кричит, начиная извиваться, впивает ноготки в мои плечи, кусает мою нижнюю губу, содрогаясь, сжимая мои пальцы спазмами оргазма. Ее оргазм всегда такой красивый и сильный. Раньше, когда я только учил ее наслаждаться сексом, она стеснялась своего удовольствия, боясь показывать его мне. Но я приучил ее отдаваться мне, полностью теряя стыд. В моменты близости не должно быть никаких приличий и рамок, моя женщина должна быть настоящей.

– Люблю тебя, – глухо шепчет она, утыкаясь в мою шею, продолжая дрожать.

– Ну, нет моя хорошая, не время расслабляться, мы еще не закончили, – усмехаюсь я, снимаю ее с подоконника. Хватаюсь за широкую юбку платья, снимаю его с нее, отшвыривая в сторону. Сдергиваю ее порванные мной колготки вместе с трусиками вниз. Полина помогает мне избавить ее от остатков одежды, дергается в сторону кровати, но я останавливаю ее, поворачивая к себе спиной, надавливаю на спину, вынуждая лечь грудью на широкий подоконник. Расстегиваю ремень брюк, стягиваю их вниз вместе с боксерами, обхватываю ноющий член, который жаждет оказаться внутри ее горячего тела. Поля сама приподнимает попку и разводит ноги, царапая подоконник в предвкушении. Сжимаю член, прикасаюсь головкой к ее мокрым складочкам, вхожу в нее немного, совсем чуть-чуть. Втягиваю воздух, обхватываю ее бедра, тяну на себя, и резко вхожу до упора, слыша, как Полина окончательно теряется и громко кричит. Снова замираю на мгновение, давая ей привыкнуть ко мне, а потом выхожу из нее и вновь вбиваюсь до конца. Начинаю двигаться быстрее, резче, сильнее сжимаю ее бедра, чувствуя, как по телу разливается кайф, который концентрируется в паху и скоро разорвется острым удовольствием, внутри ее горячего сжимающего лона. Останавливаюсь, замедляя свой оргазм, беру ее руку и веду к ее лону, нажимая ее пальчиками на клитор.

– Давай солнце, ласкай себя, – повторять и объяснять не приходится, Полина хватается за край подоконника, чтобы не упасть, подается попкой ко мне, вынуждая меня войти в нее до конца, и сама растирает свою сладкую вершинку, задыхаясь от стонов. И это возбуждает до предела, до точки невозврата. Прекращаю сдерживаться, начиная безудержно трахать ее быстрыми мощными толчками. В очередном оргазме ее мышцы до сладкой боли сжимают мой член, унося меня за собой. Издаю гортанный стон, в унисон с ее протяжным криком, мощно кончаю внутри нее. Изливаюсь до последней капли, наваливаясь сверху, прижимая грудью к подоконнику, покусывая от удовольствия ее затылок.

– Вадим, – еще задыхаясь, произносит она.

– Что, солнышко?

– Так хорошо, что я не могу пошевелиться, – усмехается она.

– И не надо, – тяну ее на себя, поднимаюсь, подхватываю на руки и несу на кровать. Опускаю жену на постель, стягиваю с себя штаны и боксеры, ложась рядом с ней, притягивая к себе за плечи.

– Нужно в душ, а у меня нет сил, – водя пальчиком по моей влажной груди, произносит она.

– И не надо, утром сходим в душ. Мне нравится засыпать с тобой, когда пахнет нашим сексом, – шепчу ей, целуя ее волосы.

– Засыпай, моя хорошая.

– Завтра нам надо поговорить, – сонно шепчет она, ложась на мою грудь.

– Поля, по-моему, мы уже все решили, – напрягаюсь я, начиная злиться.

– Успокойся, Покровский. Я не об этом. А совсем о другом. Обо мне, – целуя горячими нежными губками мою грудь, произносит она.

– Хорошо, – отвечаю я, начиная поглаживать ее затылок, зная, что моя девочка млеет от этих ласк, расслабляется и быстро засыпает. Через несколько минут Полина погружается в сон, и размеренно дышит, прижимаясь ко мне. Сам начинаю засыпать, выкинув из головы все мысли, но меня будит вибрация телефона. Тяну руку к прикроватной тумбе, на которой лежит телефон. Провожу по дисплею, видя входящее сообщение от Валерии, с приложенным видео и текстом «Пока ты трахаешь свою жену, я трахаю сама себя. Не находишь это несправедливым?» – Чертова сука! Удаляю ее сообщение, выключая аппарат. Когда Лера поймет, что она для меня лишь развлечение, где-то между вкусной едой и занятиями боксом, очередная утеха не более? Как бы ни было, моя жена всегда на первом месте. Справедливости она захотела. Похоже, нужно поставить ее на место, и вбить в голову, что это не про нее.

Глава 4

Полина

Мое утро вновь начинается с нежности. Но сегодня нежность дарила я, будя Вадика поцелуями. Вчера я сдалась. Впрочем, как и всегда. Но раньше наши ссоры были больше бытовыми и не несли столько обиды и разочарования. А вчера я просто устала от напряжения, подозрений и молчаливой войны. Хотелось вернуть все в привычное русло. Возможно, Вадим прав, и в моей голове, полный бред, который я сама себе придумываю от безделья. Поэтому вчерашнее сладкое и будоражащее примирение было даже мне выгодно. Сегодня я решительно настроена поговорить с Вадиком о моей работе. Зная характер мужа, и подозревая, что ему не понравится моя идея, я решила действовать его же методами, брать нежностью и лаской, чтобы он нормально воспринял мое рвение работать и, хотя бы выслушал меня, не зарубив идею на корню. Мне просто необходимо выбраться из этого бытового плена, сменить обстановку и прекратить придумывать от скуки невесть что. Подруга определенно права, возможно, тогда наши отношения станут ярче.

– Ну не притворяйся, – шепчу я Вадику, целуя его щеки, скулы, плавно переходя на шею. – Я знаю, что ты уже не спишь, – Вадик мимолетно улыбается, но глаза так и не открывает. Нагло сдергиваю с него одеяло и сажусь на него сверху. Его густые ресницы немного подрагивают, тело заметно напрягается, реагируя на то, как я немного потираюсь об его тело. Но Вадим не сдается. И мне становится легко и весело, весь бред из головы испаряется, потому что я уже не помню, когда мы в последний раз так дурачились по утрам. Обычно день начинался в какой-то спешке, будильник, быстрый завтрак, немного нежности от Вадика за принятием совместного душа, сборы Вадика на работу и спешка с сыном в садик. Но сегодня свекровь ведет Кирюшу в сад, и Вадик видно никуда не торопится.

– Что мой котик хочет на завтрак? – наклоняюсь к его лицу, создавая вокруг наших лиц завесу из моих волос.

– Полина, – усмехается Вадим. – Ну, просил же не называть меня «котиком». – Так и не открывая глаза, говорит он, но хватает меня за талию.

– Вот ты и попался, – смеюсь ему в губы. – Я помню, ты мой тигр, – кусаю его за нижнюю губу, слегка оттягивая.