Чёрный лёд (СИ), стр. 28

— У нас есть какой-то план? — заговорил Моа. Тишина вблизи такого места пугала его. В голосе предка он искал успокоения.

— Смотри внимательно и скоро все увидишь.

— Куда смотреть? — непонятливо переспросил Моа.

Вскоре он понял, о чем говорил Ксаф. От верхнего края скалы оторвались с два десятка мелких точек, которые увеличивались в размерах на глазах. Пропустить такое зрелище он не смог бы при всем желании. В то же мгновение острое желание развернуться и побежать изо всех сил накрыло его. И он почти было поддался инстинкту, когда ровный голос предка в его голове приказал ему успокоиться и не делать никаких резких движений.

«Мы должны встретить кхроков с достоинством и показать, что настроены невраждебно. Веди себя спокойно и не поддавайся панике. Если все сделаешь правильно, ничего не случится. Я гарантирую», — прозвучал голос предка прямо в сознании.

Кхроки опускались все ниже. В первой фазе полета они сворачивались в трубки, что позволяло им развивать высокую скорость пикирования. Когда до льда оставалось метров сто, они распрямляли свои большие дископодобные тела и медленно планировали, опускаясь так до самого льда. Лучше всего они себя чувствовали в воздухе. С посадкой и перемещением по льду у них были явные проблемы.

Моа смотрел во все глаза. Если бежать ему воспрещалось, то смотреть никто не запрещал. Вся его мыслительная энергия была сосредоточена в обработке зрительной информации. Он улавливал каждое небольшое движение кхроков, каждое покачивание в порывах ветра, он видел их всех и сразу, и мог рассмотреть каждое колыхание на их переливчатых зеркальных животах. Он видел, как в маленьких чешуйках отражается изогнутый горизонт. Это было завораживающе. Была в этом какая-то особая красота. Близость предполагаемой смерти наполняла реальность повышенной значимостью.

Кхроки упали все разом и размазались по льду. Звук их приземления был похож на громкий шлепок. Они медленно поднялись на непропорционально тонких лапах, выглядящих не слишком надежно. Бежать стало некуда. Плотная стена из кхроков окружила Моа с предком.

«Не волнуйся и просто смотри» — где-то в тумане сознания прорезался голос Ксафа.

Кхрок приближался. Он неловко протягивал одну лапу вперед, потом другую, потом подтягивал свое округлое тело. Двигался он медленно, но уверенно. Бояться ему было нечего. Все обстоятельства были на его стороне.

Подобравшись на расстояние в несколько метров, он остановился. Тело его стало разделяться на две половины. Моа слышал об этом раньше и знал, что за этим должно последовать. Все его существо кричало ему «Беги, спасайся, выживи, во что бы то ни стало!!!».

«Не нужно» — заглушал голос разума предок.

Из прорези в теле кхрока показалась белая костяная игла. Она смотрела прямо на Моа. Он ощутил зудящее напряжение в промежутке меж четырех своих глаз. Одно попадание — одна смерть. Однако игла опустилась ниже и после совсем выпала на лед. Она была длинная и острая, но без своего хозяина-орудия она не представляла опасности.

Кхрок, лишившийся своего единственного оружия, весь дрожал. Прорезь в его теле вибрировала. Рваные ее края сходились и расходились друг с другом. Казалось, что он выдыхает воздух через плотно сжатые губы. При этом от него не исходило ни единого звука.

— «Что он делает?» — спросил мысленно Моа у Ксафа.

— «Пытается нам что-то сказать» — спокойно ответил тот.

— «Но я ничего не слышу».

— «Ты и не сможешь, пока он не настроится на твою частоту. Зато я слышу. Кажется, он пытается сказать, как его зовут. Дай мне минуту».

Моа переключил внимание на остальных кхроков. Все они обнажили стрелы в своих телах и направили их в сторону незваных гостей. Очевидно, их вожак сделался уязвимым, лишив себя оружия, и все остальные были нужны там, чтобы его прикрывать. Под прицелом двух десятков заостренных игл Моа чувствовал себя крайне некомфортно. Он не знал, чем занимается предок, но надеялся, что он разберется с этим поскорее.

— «Понятно, да, да, хорошо, ясно, мне тоже, я тоже, да, мир, Моа», — сознание предка транслировало разные слова в общее инфаполе, но они не были адресованы непосредственно Моа. Неужели он говорил их кхроку?

Минуту спустя предводитель кхроков опустился до самого льда и подхватил свою иглу. Она спряталась в его теле, словно никогда не покидала его, и они начали готовиться к отлету. Для взлета им требовалось пространство. Медленно они растягивались по льду, набирая дистанцию меж собой. Когда условия для взлета стали подходящими, они быстро и мощно замахали крайними складками своих тел. В воздух поднялась снежно-ледяная взвесь, Моа прищурил глаза и старался не дышать. Когда кхроки уже были высоко в небе, снежная пыль, наконец, осела и можно было увидеть, как два десятка летающих дисков, делая размеренные симметричные взмахи, удалялись в направлении верхушки скалы.

— «Что это было? Вы разговаривали?» — Моа спешил узнать, что происходит.

— «Да. Он сказал что его зовут Сииэ. А меня он назвал Ууукутуком. Я не уверен, что это значит. Но мы получили приглашение войти»

Войти? Куда войти? Что это вообще все значит? У Моа было множество вопросов, но он стеснялся задавать их предку. Ксаф постоянно говорил таким тоном, как будто сама суть вопроса ему не понятна, ведь все и так было предельно ясно. Моа не хотел перебарщивать с вопросами, чтобы предок не счел его несмышленым и не пожалел о том, что именно его взял с собой.

Что-то появилось у самого основания скалы. Несколько блестящих точек отразили солнечные лучи и двигались прямо на них, наращивая скорость с каждым пройденным десятком метров. Моа не верил своим глазам. Только они избавились каким-то чудом от кхроков, как теперь груки торопились встретиться с ними. Они тоже хотят поговорить или что им нужно?

«Они проводят нас внутрь» — Ксаф прочитал мысли Моа и ответил на его вопрос до того, как он его сформулировал.

Их было пятеро. Они разогнались до предельной скорости, а теперь изо всех сил пытались ее сбросить. Моа инстинктивно стал поглядывать в сторону, готовясь сделать решительный рывок на уклонение. Но этого не потребовалось. Отряд груков, построенный по принципу клина, остановился в нескольких метрах от них.

Моа просто наблюдал и не вмешивался со своими пустыми вопросами. Он впервые видел, как груки действовали в группе и впервые слышал, как грук общается. Не то постанывая, не то издавая какой-то свист, он явно обращался к ним с предком.

Череда слов снова пронеслась в голове Моа. Судя по всему, предок и с ним смог найти общий язык. Продолжался диалог между расами не более двух минут. После чего груки развернулись в обратную сторону и медленно стали набирать скорость.

— «И что теперь?»

— «Мы должны проследовать за ними. Они покажут нам свой дом»

— «Я не понимаю, груки что теперь выполняют указания кхроков?»

— «Ты и правда не понимаешь. Нет никаких «кхроков» и «груков» по отдельности. Есть только «кхроки» или только «груки», как тебе больше нравится. Они принадлежат к одному виду. Скоро ты все и сам увидишь».

Моа пребывал в легком шоке, но решил, что задавать вопросы себе дороже и пока лучше взять тактическую паузу, чтобы все обдумать. К тому же груки двигались стремительно и совсем не собирались притормаживать. Ему приходилось вкладывать все силы в бег, чтобы не отставать от них.

Они приблизились к скале. Вблизи она выглядела еще более внушительно. Казалось, что она вот-вот упадет кому-нибудь на голову, и его больше никто не вспомнит. Но она стояла ровно, как и миллионы лет до этого.

Груки выстроились в колонну. Двое зашли за спину, чтобы не дать никому передумать, трое остались впереди. Через узкий проход в скале они могли пройти только таким строем. Цепочка вытянулась вперед и проскочила расщелину в скале за минуту. Она была узкой, но не очень длинной. Перед ними открылась поляна, застланная снежным ковром.

«Неужели та самая, где многие поколения назад кхроки безжалостно убивали гурров?», — думал про себя Моа. Предок слышал его мысли, но не торопился как-либо это комментировать.