Секретарь (СИ), стр. 5
Иногда я скучаю по тем временам, когда чулан был для меня самым загадочным местом, а высшим наказанием – остаться дома на неделю. Тогда все еще было хорошо. Во что превратилась моя жизнь потом? В одиночество с примесью равнодушия. Это когда тебе уже все равно один ты или рядом кто-то есть. А иногда присутствие людей начинает раздражать просто по факту. Вне зависимости от того кто эти люди. Это пугает.
С другой стороны я не сделал в этой жизни ничего. Кто я? Просто единица населения. Таких миллионы. Миллиарды. И каждый считает себя особенным.
- Привет! Ну, что пошли? – спрашивает у меня Леша.
Наш конфетно-букетный период закончился через двенадцать дней после того вечера. А потом была его дача, много объятий и поцелуев, прикосновений, ласк, безумно эротичного шепота и секса почти до утра.
Только после того как он уснул, я вышел на улицу и, глядя на рассвет, вдруг понял, что все это серьезно. Что я не могу вот так просто уйти. Теперь не могу. Слишком все ярко, необычно, хорошо. И это пугало. Раньше такого не было. Я всегда был очень недоверчив, и мне было плевать на количество друзей. Важно было их качество. А сейчас что-то подсказывало мне, что это надолго.
- Пошли, – отвечаю я со вздохом.
- Да не бойся ты.
- Леш, тебе не кажется, что ты торопишься? Мы и месяца еще не встречаемся!
- Ну, через восемь дней будет уже месяц.
- И все же…
- Ты им понравишься! – уверял меня Лешка, затаскивая меня в подъезд.
- Твои родители таких широких взглядов или ты не сказал им о наших отношениях?
- Сказал… – он нажал на кнопку звонка.
Я чувствовал себя виноватым. Нет, правда. По сути дела, я сейчас лишаю его родителей возможности иметь внуков. Они наверняка из вежливости станут улыбаться, а по ночам его мать будет рыдать в подушку и проклинать меня. Когда дверь открылась, я увидел девочку лет шести и потерял дар речи. Она была совершенно не похожа на Лешку, но у нее была его… энергетика. Большие светло-голубые глазищи и русые волосы… Неужели она его дочь?
- Анютка, ты чего не спрашиваешь, кто идет?
- А мы вас в окно видели.
- Шпионите?..
Мы вошли в небольшую прихожую.
- Мам, – позвал Леша, и из гостиной вышла женщина средних лет. – Это Кирилл.
- Здравствуйте, – негромко сказал я, опустив глаза в пол.
- А это Мария Федоровна, но можно просто тетя Маша.
- А это моя сестренка Анютка.
Я слабо улыбнулся девочке, чувствуя себя совершенно лишним в этом доме. О чем я только думал. Вот в такие моменты и начинаешь жалеть о своей ориентации. И что мне с Костиком не сиделось?
- Ну, чего в прихожей топчетесь? Пошлите обедать.
* *
У Лешки оказались просто потрясающие родители. Они восприняли меня без упреков. А его мама, задержав меня однажды на кухне, развеяла последние сомнения, сказав, что она доверяет выбору своего сына.
- Я так боялась, что ты будешь одним из истеричных манерных мальчиков, которых показывают по телевизору. А ты ведь нормальный парень.
- Не совсем…
- Зато вы любите друг друга и его вечные похождения прекратились. Я уж думала, он мне девчонку беременную не сегодня, так завтра приведет.
Мы быстро подружились с Анюткой. Вообще, я люблю детей, но не всегда знаю, как с ними обращаться. Девочка оказалась очень активным и любознательным ребенком. Меня спасла начитанность и сданный на «отлично» экзамен по устному народному творчеству, куда входили и сказки тоже.
Уже через пару дней я почувствовал себя частью этой семьи. Это было просто непередаваемо приятно. Особенно если учесть, что со своими родителями я в вечной ссоре. Наша семья это скорее три человека, которые вынуждены жить под одной крышей. С отцом я не общаюсь совсем. Думаю, не сложно догадаться по какой причине. А мать пытается наставить на путь истинный. Во всяком случае, именно этим она маскирует то, что почти каждый раз срывается на меня.
А по вечерам мы сматывались на дачу, где могли долго дразнить друг друга, постепенно избавляясь от такой ненужной одежды. Мы изучали друг друга, пытаясь найти самые чувствительные места. Или бесились как малые дети, устраивая бой подушками и не удержавшись на диване падали на пол, где могли начать заниматься сексом.
Это было наше маленькое гнездышко. Я был безумно рад тому, что мы вместе. Не смотря на то, что мы жили в соседних городах, виделись почти каждый день. Я приезжал к нему на выходные, он ко мне в будни.
- Кир, – позвал меня Леша, когда мы валялись в постели, даря друг другу невинные, но такие нужные после секса ласки.
- Что?
- У меня отпуск через две недели.
- Ммм… Чем планируешь заняться? – спросил я, проводя пальцами по его губам.
- Хочу съездить куда-нибудь к морю… поехали со мной?
- Леш, ты с ума сошел. Торговцев меня не отпустит в середине учебного года. У нас дел полно.
- Ну, ты попробуй.
- Хорошо, я спрошу. Но не обещаю.
- Я тебя люблю.
- Я тоже тебя люблю.
====== Глава 7 «Ангел...» ======
Вы когда-нибудь замечали, какая у нас красивая страна? Большинство людей не видят этого. Они могут любоваться картинами с изображением природы в галереях, лисами и медведями в зоопарках, но ни разу не увидеть их в дикой природе. А ведь это не сложно. Только представьте, КАК нам повезло! Мы живем в стране, которая сочетает в себе огромное множество разных растений и животных. Иногда хочется крикнуть: «Люди, оглянитесь вокруг! Мир прекрасен!»
Вот только в большинстве своем они все так же слепы. А те, кто увидит даже просто красивый цветок, тут же стремятся его сорвать. И это ужасно. Мы губим все, к чему прикасаемся вместо того, чтобы разводить сады и строить мосты вместо стен в душах друг друга.
Когда вы в последний раз кормили птиц с руки? Когда вы вообще в последний раз кормили птиц? В детстве я очень любил приходить к бабушке. У них был серый полосатый кот с именем Айсик, для которого дед каждый день устраивал зрелище. Он прорезал в бутылке из-под лимонада две круглые дырки близко к донышку и, насыпав туда семечек, вывешивал на улицу через форточку. Поэтому зимой у нашего окна собиралось много воробьев и синиц, а к февралю на рябине, растущей под окном, можно было увидеть снегирей. Так вот, за много лет такой подкормки птицы настолько привыкли к деду, что не боялись садиться на его руки. Он насыпал мне в ладошку немного семечек и просил вытянуть перед собой. Синички долго приглядывались, а потом, когда рука уже уставала, одна самая смелая слетала с ветки и садилась на нее. Птица делала это очень быстро, как воровка, хватая добычу и тут же улетая. Но это было сигналом и для всех остальных. Тогда они начинали слетаться к корму сначала по одной, а потом и мелкими стайками, пытаясь первыми урвать добычу. И это было потрясающе! Это было круче интернета и компьютерных игр. Это отдавалось приятным теплом где-то внутри и уже не забывалось.
- Нам направо, – говорю я, всматриваясь в атлас дорог.
- Уверен?
- Да.
Мы поехали в Ялту. На восемь дней не считая пути. Именно там я понял, как давно не просыпался с улыбкой. И что теперь я, наверное, зависим от этого парня.
Я стал реагировать на любую смену его настроения. Если он был зол, я делал все, чтобы это исправить. Если он недоверчиво хмыкал на мои слова, то это задевало. Я перестал контролировать себя. Меня, как старый приемник, будто настроили на радиостанцию «Леша». Я больше не видел никого вокруг.
Где-то на четвертый день нашего пребывания там, проснувшись в его объятиях, я снова улыбнулся и, открыв глаза, встретился с его серьезным взглядом.
- Доброе утро, – хрипло произнес я.
- Тсс... Не говори ничего.
Я вопросительно посмотрел на него продолжая улыбаться и чувствуя себя как-то странно.
- Знаешь, на кого ты сейчас похож? – спросил он, но поняв, что сам запретил мне говорить, продолжил: – На ангела.
- Да? Почему?
- Белокурый, голубоглазый. И улыбка такая невинная.
- Невинная? – начинаю его дразнить, проводя кончиками пальцев по груди и ниже.