Сердце воина (СИ), стр. 43
Зато к моей большой досаде, Синай сидевший на противоположной стороне стола, встрепенулся и, встав с места, начал подливать мне в чашку чай.
—Спасибо – поблагодарила турка, обхватывая горячую чашку ладонями, почти обжигая пальцы. Отдёрнув их, взяла столовую ложечку, окунула ее в маленькую прозрачную пиалу с мёдом и облизнула тонкую янтарную ниточку, что потянулась следом.
Тут же вспыхнула, когда наткнулась на острый взгляд Армана. Мужчина расстегнул две верхние пуговицы и сделал ленивый глоток из кофейной чашки, завораживая меня своими глазами, что в точности по цвету напоминали сладкий янтарный мёд на моей ложке.
—Все же правильно говорят; « Где родился, там сгодился», – неожиданно громко сказала Наргиз.
Она пригубила кофейный напиток и следом отправила в рот конфету.
—Что ты имеешь виду?- озадаченно спросил ее брат.
Сегодня как всегда Синай нарядился словно франт. Белый пиджак, синяя рубашка, в завершение образа белоснежные брюки и лаковые ботинки.
—Ну, вот даже взять, например ... - Наргиз сделала вид, будто что-то обдумывает, затем щелкнув пальцами, произнесла, впиваясь в меня взглядом: Вику! Ей все здесь чуждо, я вижу даже за столом, не можешь поддержать компанию за чашечкой кофе. У тебя всегда либо вода, или же чай.
Я ошарашено уставилась на турчанку.
Но прежде чем успела ответить, вмешался Арман.
— Какая чушь! – бесцеремонно заявил он. — Надо выбирать то, что тебе по душе, а не подстраиваться под других, - сделав паузу, добавил, глядя мне в глаза – я всегда ценил искренность.
Наргиз переведя взгляд полный яда на Армана ,сжала губы, прежде чем проговорить:
—Экзотика это не плохо, но всегда ближе то, что родное и привычное.
В ее словах был явный подтекст. Без сомнений она намекала на то, что я для Армана всего лишь временное увлечение. Мысли по поводу того кто меня запер в кладовке были отброшены за ненадобностью.
—Ты ошибаешься - повторил шатен - никто не в праве решать, что «хорошо», а что «плохо» для конкретного человека.
Наргиз опустила глаза, судорожно комкая пальцами салфетку, не желая признавать свой проигрыш. Я буквально чувствовала, как от нее исходят волны гнева и неприязни.
Мать Наргиз не сообразившая, что произошло, заискивающе улыбнулась Арману.
—Ой, Наргиз, девочка моя, пусть каждый пьёт то, что хочет - Фидан должно быть решила, что произошёл спор из-за несчастной чашки чая. Да и поддержала она Армана, скорее всего из - за того чтобы подмазаться к хозяину дома, а не для того чтобы меня защитить.
—Наргиз - строгий голос Юсуфа прогремел за столом, заставляя замереть девушку словно кролика перед удавом - после завтрака я хотел бы поговорить с тобой наедине.
Наргиз, должно быть, почувствовала, что ее ожидает нелёгкий разговор, поэтому затаилась словно мышка. Все оставшееся время за завтраком, она не поднимая глаз, пила, небольшими глотками кофе и больше не притрагивалась к своим любимым шоколадным конфетам, чтобы не шелестеть обёрткой.
Окончив трапезу, все разошлись по своим делам, в помещении остались лишь только мы с Газем. Какое- то время Наргиз крутилась вокруг хозяйки дома, стараясь помочь с приборкой, но стоило Фидан позвать девушку, как ту ветром сдуло.
—Вика! Иди тоже, девочка моя, отдохни! Прогуляйся.- Газем ласково улыбнулась и поправила мои волосы лежащие каскадом на плече, — нечего тебе в душной кухне …
Женщина замолчана, так и не закончив, ее пальцы дрогнули у меня на волосах.
Газем отодвинула длинный локон, и в каком - то ступоре посмотрела на медальон.
Ее большие карие глаза метнулись вверх к моему лицу.
В них стояли удивление и не высказанный вопрос.
—Откуда? – наконец просипела турчанка.
Женщина прижала пальцы к губам и я увидела, как они мелко задрожали.
—Ма? - послышалось на входе в кухню. — Ты чего?
Арман обеспокоено вошёл внутрь, не сводя глаз
с матери.
Но женщина нашла в себе силы улыбнуться и махнуть полотенцем.
—Да все хорошо, сынок! Что-то в глаз попало, ничего страшного, проморгаюсь и пройдёт.
—Я хотел Вику украсть на пару слов — нисколько не смущаясь сказал Арман- не обращая внимание на то как я делаю большие умоляющие глаза.
—Идите, конечно, а то я ее никак выгнать с кухни не могу,- женщина аккуратно подтолкнула меня вперёд - иди уже труженица, отдохни.
Не обращая больше на нас никакого внимания, Газем сделала громче радио и принялась складывать посуду в раковину.
Уже в коридоре я накинулась с упреками на Армана.
—Ну что ты не мог подождать, когда я выйду?
Но наткнулась лишь на его сияющую улыбку. « Ну как тут злиться?!» - застонала я мыслено про себя.
Хохотнув мужчина стиснул меня. Не в силах сопротивляться, я расслабилась в крепких медвежьих объятиях. Кажется я начинаю привыкать ...
—А чего ждать? – удивился шатен, его карие глаза словно ощупывая, прошлись по моей груди под тонким муслиновым платьем.
Я инстинктивно поднесла руку к груди и тут же взволновано ее отдёрнула. Подвеска!
—Подвеска! - озвучила я то, что меня взволновало - твоя мама увидела ее на мне и очень удивилась!
Арман к моей досаде лишь пожал широкими плечами, будто удивлюсь тому, зачем я так переживаю.
—Ну и что? Мне нечего скрывать, не знаю, что ты там надумала в своей хорошенькой головке, но лично я готов прямо сейчас сказать, что ты моя.
Мужчина ухватил меня цепко за кисть и потянул в сторону кухни, где хозяйничала Гезем.
Охнув, я уперлась свободной рукой в его предплечье.
—Ты что творишь! – возмутилась, упираясь пятками в пол— нет, Арман! Давай подождём, скажем, когда уедет Наргиз.
Арман нахмурил брови, словно силясь что-то понять.
—Я, конечно, ещё тот чурбан по всяким интеллигентным штучкам, но я думаю, Наргиз никак не касается, то, что происходит между нами.
Я замотала головой, не соглашаясь с его доводами.
— Она и правда влюблена в тебя, и для нее в отличии от тебя это было не просто договорённость между родителями. Она мечтала… ты бы слышал, как она о тебе говорит!
Мужчина сдвинул брови и ворчливо произнёс:
—Ну, это же смешно, мы с ней ни разу не общались так много, как сегодня утром за завтраком, когда спорили.
От его слов к своему стыду я почувствовала облегчение, значит эти чистая правда, Наргиз витает лишь в своих мечтах, придумывая того чего и в помине нет.
—Но в любом случае это не красиво, дорогой. – Я нежно провела ладонью по широкой груди, спускаясь ниже по стальному прессу.
Под моими пальцами быстро и хаотично забилось сердце. Сердце моего воина.
—Как ты меня назвала?- переспросил шатен, явно находясь в восторге от услышанного.
Я чуть помедлила, прежде чем повторить:
—Дорогой.
Продольные ямочки у шатена на щеках подтвердили мои догадки, Арман доволен таким обращением. Кто бы мог подумать, что у такого бугая такая нежная ласковая душа.
Чуть ли не мурлыча, как большой кот, он прижал меня крепче к себе, водя большими руками по узкой спине.
– Мне нравится как это звучит...
Еще мгновение и совсем рядом с нами послышался крик Наргиз. Девушка выбежала из гостиной, как ошпаренная.
У брюнетки был почти безумный взгляд, волосы всклокочены, щеки покрыты красными пятнами.
– Это правда?! – закричала она, обращаясь к Арману. – Правда, что ты разорвал нашу помолвку?
Арман,что секунду назад был мягче глины в моих руках, резко стал твердым словно гранит.
– По какому праву ты шумишь в моем доме, Наргиз? – мужчина выпрямился, взгляд стал пронзительным, ничего хорошего не предвещая возмущенной девушке. – Если ты хотела спросить, согласился ли я на помолвку с тобой, то мой ответ «нет».
Брюнетка дернулась, как от удара. Сжимая и, разжимая кулаки, она перевела взгляд на того, кто виноват во всех бедах в жизни по ее мнению. Меня словно резануло острым концом осколка разбитого сердца турчанки.