Бродяга (СИ), стр. 34

Но Ровер не стал больше тратить времени на разбирательства и разговоры.

С отчаяньем разглядывая в зеркале своё тату, Кьяра вдруг увидела в отражении Ровера, застывшего в дверном проёме, и наблюдавшего за ней.

— Это ужасно, да? — упавшим и растерянным голосом произнесла она, оборачиваясь к нему. — Прежде чем ты что-то скажешь, я бы хотела выступить в свою защиту. Пожалуйста, не перебивай, я уже несколько раз мысленно разговаривала с тобой. …Той девушки, которой я была раньше больше нет, прошлая я никогда бы не флиртовала с парнем, которого буквально ещё час назад на дух не переносила, а нынешняя я, несущаяся в этом хаосе, оказывается может! Может напиваться и целоваться с тем, кто готов с ней играть! Вы все решили, что почему-то можете играть со мной. Я нахожусь среди вас на правах мягкой игрушки, но у меня нет перед тобой обязательств Ровер, потому что ты не мой парень, а я не твоя девушка, у нас с тобой нет отношений. Только это дурацкое пари! Я теперь изгой, я не могу вернуться домой, мой любимый оказался пустышкой, я убила человека, а парень, который мне на самом деле нравится — навещает своих бывших подружек. Я не знаю, как со всем этим справиться, я не умею жить одним днём, я не хочу играть Ровер! Я понятия не имею кто я теперь такая. Посмотри на этот кошмар моими глазами! — Кьяра ткнула себя в шею.

Подойдя ближе, Ровер начал внимательно разглядывать выведенные символы, погладив кончиками пальцев её разукрашенную кожу:

— Яр был ещё к тебе благосклонен. Я ожидал худшего, — тихо произнес он, прочтя вслух то, что гласила прихоть Яра, — «Империя падет, потому что я оставила её ряды, а всякий враг коалиции теперь навеки мой брат и союзник».

- Скажи ещё, что тебе это нравится! — возмутилась Кьяра. — Хорошо только то, что символ сделан на скворанском, его мало кто знает! — она подняла на него глаза, и увидела, что Ровер улыбается. — Теперь тебя всё это веселит? Больше нет желания меня убить, как вчера? Даже сквозь пары алкоголя меня ужаснуло твоё выражение лица… Скай … Ровер…

И чтобы она замолчала, он прижал свои пальцы к её губам:

— Кьяра, вчера я чуть с ума не сошел. Между нами есть отношения, и ты для меня не игрушка. Я хочу, чтобы ты всегда это помнила, — прошептал он.

Слова больше были не нужны. Снова вспыхнул этот взгляд, и она уже попала в поле его притяжения, сопротивляться которому было всё труднее. Его скворанская загадочная суть беспощадно манила её к себе. Но Кьяра даже не догадывалась, как она сама действовала на Ровера — её зеленоватый волнующий взгляд, распахнутых по-детски глаз — пленял его, гася отрицательные вспышки эмоций и вызывая лишь одну — страсть.

И именно с этим чувством Ровер откровенно поцеловал девушку, заменяя передаваемыми ощущениями невысказанные слова. На этот раз Кьяра снова ответила, но уже высвобождая из себя всю свою тягу к этому странному парню.

— Тогда пусть это будут отношения, — выдохнула она. — Я хочу почувствовать тебя, как своего парня. Я хочу быть твоей.

Почувствовав её готовность, не сдерживался больше и Ровер.

Как она избавилась от одежды, и как оказалась на кровати — Кьяра даже не заметила. Она видела над собой лишь его, чувствовала его тело и тонула в восторженных ощущениях забвенья. Занятие любовью с Ровером взорвало её мир, а весь её предыдущий сексуальный опыт показался ей в сравнении с этим — упражнениями на симуляторе.

После первой сбившей их с ног волны Ровер перестал спешить, и новые для неё переживания стали повторяться. Время перестало иметь значение, лишь эти ощущения ласки, касания, взгляды и проникновение.

Но не только Кьяра, в равной степени и Ровер был охвачен этим чувством восторга. Возможно, потому что этой девушки он гораздо дольше добивался, и она казалась ему более желанней, чем другие, а возможно, существовали и иные скрытые причины, но с Кьярой он испытал то, что казалось не испытывал со своими бывшими подругами. Кроме физического наслаждения, его природную скворанскую суть заполнило умиротворение, что само по себе могло случаться крайне редко и могло быть смело приравнено к духовному экстазу. Что-то происходило с его сердцем, вот с чем Скай не сталкивался раньше.

Глава 16

— Где Ровер?! Сначала он договаривается о встрече, я откладываю все дела и как дура попусту его жду! — тайфуном влетев в дом, крикнула с порога Астра, обращаясь к скворанам.

Яр даже глазом не моргнул, сразу найдясь, что ей ответить:

— Если ты на счёт наших договоренностей, то ты смело можешь решать все вопросы со мной или с Таном, мы ведь одна команда, даже можно сказать семья. Кстати, и тебе привет, Астра. Ровера сейчас, к сожалению, для нас нет, ему пришлось срочно отлучиться ненадолго. …Знаешь, произошли кое-какие внезапные изменения планов, но он всё перепоручил нам.

— Не обижайся, Ярос, но свои дела я предпочитаю вести только с Ровером, а не с вами, — высокомерно заявила Астра. — Поэтому я буду здесь через час, у меня заседание совета в магистериуме. И если ровно через час его здесь не будет, ни о каких договорах не может быть и речи!

— Разукрашенная стерва! — прошипел Яр, когда за Астрой закрылась дверь. — Никогда мне не нравилась! Куда он смотрел? С такой можно только с угара и в абсолютной темноте.

— В отличие от Кьяры, да? — поддел его с усмешкой Тан.

— А ты всё наблюдаешь за мной змей, подхихикиваешь и ждешь, что же я скажу, когда, наконец, выдам себя. Ладно, скажем так, … есть в этой Кьяре что-то, — нехотя выдавил Яр. — И это что-то внутри неё, оно вызывает желание овладеть им и оберегать, преклониться и покоряя сделать своим. Мелкая, вредная, занудная, с этими жуткими волосами и внимательными глазищами — но она заводит, хочется доказать ей, что ты сверху. Понимаешь? И что ужасно, вчера меня бы даже не остановил тот факт, что она бывший солдат коалиции! Признаюсь, я её хотел. Доволен?

— А как же Ровер?

— Ну, вчера она ещё не принадлежала ему, он лишь имел на неё виды, — пожал плечами Яр. — Хотя я допускаю, что-то пошло не так, где-то меня переклинило, я не должен был с ним так поступать.

— Просто тебе нужно сбросить напряжение, … с кем-нибудь, — осторожно заметил Тан.

— Возможно, ты прав, — кивнул Яр, думая в это время о своём. — А ещё, как назло, Скай возьмет и влюбиться в неё. Полюбит по-настоящему. Вот увидишь. … Она не примет правила круга, не тот человек. У нас будут проблемы покучерявее, если Кьяра в него войдёт.

— Ты хочешь сказать, у тебя будут с ней проблемы? — поправил его Тан.

— У меня и так уже с ней проблемы. … Хм, тот день, когда Скай привёл её на корабль стал переломным в нашей истории. Я пытался спрятаться за своей ненавистью к имперцам, но есть что-то ещё, я не знаю, некая химия. Это нечто постоянно подстрекает меня к действию, а я не хочу бороться с лучшим другом. Поэтому мне лучше оставаться сволочью для неё. Только как мне скворанину остаться устойчивым в этом намерении?

— Я однозначно перестал вас узнавать, — протянул Тан. — Ваша межличностная микросхема для меня вообще полный мрак.

Время, отведённое Астрой, подходило к концу, а Ровер ни сном, ни духом о её визите всё ещё не спускался. Тан несколько раз тактично подходил к двери спальни, и улавливая определенные звуки возвращался ни с чем, не решаясь беспокоить друга.

— Я могу кое в чём тебе признаться, — проговорила Кьяра, улыбнувшись, оторвав голову от его груди. Её глаза искрились, во взгляде появилось нечто новое — словно больше не было разделяющей их грани, барьера, который она выстраивала раньше. Так девушка могла смотреть лишь на мужчину, с которым была очень близка. И эта перемена льстила скворанину.

— Уже? Так скоро, а я думал ты ещё потянешь время, — с мягкой иронией пробормотал Ровер.

— Не о том, это ещё не любовь, просто секс, … или страсть. Так бывает. … Без любви. Инстинкт, — Кьяра словно оправдываясь, стала упрямо отрицать проявление между ними каких-либо чувств. — Я о другом. Я хотела сказать, что теперь жалею, что этого не случилось тогда, под звездопадом на острове. Мы могли бы как-нибудь заглянуть туда снова?