Сводная Чужая (СИ), стр. 16

  Но для такой, как Нина, это важно. Не знаю почему, но ощущаю, что это так. И её можно понять, что она хотела сохранить целомудрие и не спит с кем попало. Там ещё и папочка постарался, я уверен, ведь у неё просто нет даже друзей. Но в голове совсем не укладывался её разворот на сто восемьдесят и просьба лишить её невинности. Ей нужен не я, а сам факт секса. Словно бы она хотела просто перестать быть девственницей и пришла к тому, кто ближе и доступен в данный момент. Как будто бы Нина пыталась меня....использовать.

  Может, это наша компашка её просто... Заклевала? Что она девственница, и все дела...

  Хотя на фоне такого папаши наши глупые издевки до неё просто не долетают. Для неё это просто мелочи, как мы все. В её жизни, очевидно, проблемы куда более серьёзные.

  Тогда ЗАЧЕМ ей это нужно?!

* * *

  Дни потекли своим чередом. Нина стала шарахаться от меня ещё больше. Каждый раз, когда видела меня — краснела и смущалась, вспоминая тот вечер, когда осмелилась предложить мне себя. Да и мне было неловко тоже, между нами словно что-то изменилось, будто мы перешагнули какой-то барьер.

  Я не мог смотреть на неё как раньше. Я увидел в ней... Девчонку. Не заучку, не богатую сучку, не мажорку, а просто девушку, у которой совершенно точно не сахарная жизнь, как можно было решить поначалу, не видя того, что происходит за закрытыми дверями этого дома. Мажорок я не люблю, они мне противны за свой снобизм.

  Но Нина оказалась совершенно не такой, как все другие мажорки, и не такой, как её отец. Как будто бы она не живёт в огромном особняке и не ест с серебряных тарелок с детства. Это очень странно, и ещё один повод задуматься. Её воспитывали не для богатой жизни и роскоши. Но почему? Отец явно с ней очень строг. Когда она идёт к нему в кабинет, она реально вся трясётся, будто ей есть чего бояться кроме упрёков. Вся эта история крайне непонятная и мутная, и даже лучше, что я ничего об этом не знаю.

  В один из вечеров Геннадий удостоил вниманием и меня.

  — Ярослав, есть разговор. Зайди в мой кабинет через десять минут, — попросил он и ушёл наверх.

  Я лишь брови вверх поднял. И чего ему надо от меня? Неужели как-то пронюхал об инциденте с Ниной?

13.

— Присаживайся, — Геннадий указал мне на кресло напротив себя. — Будешь?

  Он поднял вверх бокал с виски.

  — Нет, спасибо, — отказался я. — У меня сегодня ещё планы.

— Как хочешь, — равнодушно пожал он плечами. — Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить. О твоей работе.

— Слушаю вас, — поднял я брови вверх.

  Что ему не так с моей работой?

  — Ты устроился барменом в какую-то забегаловку, Ярослав?

— Не в какую-то, а в очень даже популярный бар. Да, и что?

— Зачем?

— Нужны деньги.

  Странные вопросы задаёт мне Геннадий. Он не знает, для чего люди работают?

  — Почему пошёл работать туда?

— Какую вакансию подходящую нашёл — туда и пошёл, — посмотрел я на него в упор. — А почему ВАС это так интересует? Вы, кажется, меня не усыновляли, да и поздно уже — мне двадцать два.

— И слава богу, потому что ты мне совершенно неинтересен. Но выбранной работой ты позоришь моё имя. Мы теперь одна семья, ты не забыл? Ещё бы поломойщиком в сеть магазинов продуктов питания устроился бы или на автомойку.

— И чем плохи эти должности? Кому-то же надо выполнять и такую работу. Не всем дано, как вам, управлять корпорацией. И вы тоже с чего-то начинали в свое время. Что тут зазорного, не понимаю?

— Это совершенно несерьёзно, — рявкнул раздраженный моим непониманием Геннадий. — Получше не мог ничего выбрать? Я в свое время, если тебе интересно, окончил ВУЗ и сразу устроился в компанию по профилю, ясно? Ничьи стаканы я не мыл, как ты. Завтра придёшь ко мне в офис, найдём тебе работу поприличнее.

— А мне не нужны ваши подачки, — спокойно ответил ему. — Меня вполне устраивает та работа, которую я САМ нашел.

  Геннадий поджал губы, оставшись недовольным моим ответом.

  — Что будут говорить мои партнёры по бизнесу, подумай. Мой пасынок что — посудомойщик?

— Вы знаете, мне совершенно плевать, что скажут ваши партнёры. Это моя жизнь. А вы с мамой сами между собой разбирайтесь.

— Вот так, да? — вперился в меня ледяной взгляд.

— Да, вот так.

— Ну, что ж... Тогда я искренне надеюсь, что ты долго у нас гостить не будешь в таком случае.

— Я сам очень сильно надеюсь, что скоро мы попрощаемся, — елейно улыбнулся ему.

  Геннадий хмыкнул.

  — Что ж... Иди. Я тебя услышал.

  Не задерживаясь больше ни на минуту, встал и вышел вон.

  Проходя мимо гостиной в кухню, заметил Нину, обнимающую кота. Животина мурчала ей, а она его ласково сюскала. Да уж, у девчонки совсем никого нет в этом мире, кроме полосатого котейки. Печально это все. Папаша — явно какой-то самодур, а матери вообще нет. Интересно, что с ней произошло? Ушла от них или... Вообще не в мире живых?

  Впрочем, слишком много я внимания уделил заучке. Какая мне, нафиг, разница, как она живёт? Пусть дальше гладит своего котика, раз больше некого.

  Голубые глаза поднялись на шум моих шагов, и на мгновение мы встретились взглядами. Посетила глупая мысль, что глаза у неё красивые. Чёрт, почему Нина перестала быть мне... Неприятной? Когда я смотрю на её лицо, то уже не вижу замухрышку. Что-то эти метаморфозы мне не нравятся.

  Сморгнул и оборвал контакт. Меня ждёт свидание с действительно красивой малышкой — Линдой. Именно к ней я сейчас и поеду, и она поможет мне выкинуть эти глупости из головы.

* * *

  — Привет, — прижалась девчонка ко мне и потянулась к губам, едва я подошёл ближе.

— Привет, малышка, — ответил я ей на поцелуй. — Идём. А то на сеанс опоздаем.

  Мы находились в многозальном кинотеатре торгового комплекса. Решили развеяться сегодня на новой американской комедии, запаслись поп-корном и колой и направились к кинозалу номер три.

  Возле дверей столкнулись с Алексом и его подругой.

  — Привет! — поздоровалась Линда, прерывая наше напряжённое молчание. — Вы тоже решили премьеру посмотреть?

  Девушка в иные времена обязательно поцеловала бы друга в момент приветствия, но сейчас Линда не двинулась с места. Она на моей стороне, хотя я не просил её об этом.

  — Привет, — ответил он и переключился на меня. — Вместо того, чтобы отдать долг другу, по кино расхаживаешь?

  Он хотел меня пнуть, уколоть. У него вышло. Я нервно сглотнул. Рука Линды на моем предплечье напряглась.

  — Сказал — отдам, значит отдам. Или ты мне теперь предлагаешь на себя совсем ничего не оставлять и даже не есть ничего?

  — Ради дела можно и сэкономить. Сеанс не из дешёвых. Отдай долги – и гуляй куда хочешь.

— Иди ты к чёрту!

  Психанул, бросил ему под ноги ведро с поп-корном. Развернулся и пошел в обратном направлении. Линда бежала следом.

  — Яр. Яр! Ну, Ярик! Стой. Куда ты? — догнала она меня и остановила.

— Ухожу.

— Я поняла, — она обошла меня и встала напротив, заглянув в глаза. — Слушай, ну черт с ним, с этим фильмом. Поехали лучше ко мне?

  Она призывно провела языком по своим губам и подмигнула мне.

  — Я сегодня одна. Поехали, — потянула она меня за руку на парковку.

  Не стал спорить и повез её к ней домой. Линда не отступилась и потащила меня внутрь, хотя настроения на секс после встречи с бывшим другом у меня никакого не было. Уже в коридоре она приникла к моим губам. Да уж, это девичье тело изнывает без секса, все её движения и ласки сквозили желанием.

  И я обычно тоже быстро завожусь с ней, но сегодня что-то пошло не так. Тело отреагировало, джинсы сдавили эрегированный член, но я вдруг чётко осознал, что я совершенно, ни капли не хочу Линду.

  Перед глазами вдруг появился образ обнажённой Нины. Я невольно сравнивал нежную, не тронутую никем грудь Нины и слишком пышную у Линды, невольно сравнивал их фигуры и понимал, что сейчас бы я занялся сексом... С заучкой.