Наследник для жестокого (СИ), стр. 55

— Правда? — моё лицо просияло. — Какая чудесная новость! А как ее малыш, вы не знаете?

— Всё в порядке, — улыбнулся скромно Макс. — Скоро привезу ее к вам, Ясмин. А теперь располагайтесь. Повар и домработница при вас, охрана тоже. Но лучше звонить мне, если понадобится что-то. Вот мой номер.

Он протянул мне карточку с цифрами. Я машинально ее забрала, решив обязательно сохранить ее.

— Макс, — подняла я на него глаза. — Но у меня нет телефона. И сим-карты.

— А, вон что, — почесал в затылке парень. — Организуем. Отдыхайте, я вечером привезу продуктов и телефон с сим-картой.

— Только у меня нет денег на это всё.

— Об этом не переживайте, всё под контролем, — снова улыбнулся он и уехал.

Вздохнула и огляделась вокруг себя. Дом знакомый, но словно всё равно другой. Словно теперь всё будет здесь иначе. По-другому. Я успела от него отвыкнуть. Чемоданы наверх, в нашу с мужем спальню, отнесли охранники, а я решила пройтись по особняку, по которому, оказывается, я скучала. Сейчас особенно остро это ощущаю.

Гостиная, в которой мы пили чай. Холл и аквариум. Сейчас он пуст. Видимо, рыбки, на которых я так любила смотреть во время ссор с Горским, умерли, пока дом был опечатан. Жаль их. Стрельба произошла в ресторане, а не в доме, но его почему-то тоже обыскивали, словно Горский не потерпевший, а сам преступник. Впрочем, он замешан в криминале, и я это знала с самого начала, поэтому могло быть и так.

Открыла дверь и вошла в его кабинет. Здесь до сих пор пахнет им. Здесь всё напоминает его. Вещи, папки, письменные принадлежности не тронуты. Прислуга убирается здесь крайне осторожно. Прошла по ковру и села в кресло моего мужа. Массивное, красивое, приятное на ощупь и теплое. Как сам Гор. Взяла в руки его ручку и стала перебирать в пальцах, представляя, как он писал здесь что-то в те дни, когда еще не случился весь этот кошмар.

Спальню оставила напоследок. Именно это место хранило больше всего щемящих душу воспоминаний, от которых снова слёзы градом, да так, что аж не видно ничего. Нашла в шкафу его рубашку, его огромное махровое полотенце и пошла с ними в душ. Вещи уже слабо пахнут мужем после стирки, но всё еще пахнут. Или мне так только кажется… Зато в кабине на полочке я нашла его гель для душа. От души намылилась им и закрыла глаза. Теплые струи смывали пену, но не запах и не воспоминания. Я вспоминала и перебирала в памяти в деталях тот раз, когда мы стояли тут вместе. Он касался меня, ласкал плечи, бедра, соски… Целовал грудь, губы и шею. От воспоминаний стало горячо между бёдер, сладко стало тянуть. Я бы хотела сейчас повторить этот слишком горячий душ с Гором…

После душа насухо вытерлась и надела на голое тело его рубашку. Ткань задевала соски, снова напоминая мне о моих желаниях… Как бы мне хотелось уже, чтобы мой Гор вернулся ко мне. Он жив. Я где-то в глубине души в это хотела верить, и я с радостью приняла новость о том, что он живой. Он не умер. Когда увидела его в доме Самира — испугалась, но уже в больнице испытала огромное счастье и облегчение. Главное, чтобы он не подумал ничего плохого обо мне из-за Самира. Ведь сцена, которую он застал, была просто отвратительной, но в том нет моей вины, и я это ему докажу.

Следующий день прошёл тоже в воспоминаниях. Мне словно было легче жить в прошлом, где я была не одна, со мной был мой Гор. Когда я сидела на диване в гостиной и бесцельно щёлкала пультом телевизора, услышала шум на территории. Въехала машина. Особенного внимания не обратила, решив, что приехал Макс. И оказалась права — через минуту высокий крепкий парень вошёл в холл.

— Привет, — поздоровался он со мной. — А у меня сюрприз. Заходи.

Следом за Максом в холл вошла Зарема.

— О боже! — подскочила я на месте, запуталась в пледе, но, быстро справившись с ним, побежала к сестре. — Милая!

Повисла на ее шее, крепко прижав к себе родное тело. Она прижалась ко мне в ответ.

— Ясминка, — шептала она мне на ухо. — Как я рада… Там так плохо было… Спасибо тебе, что вытащила.

— Это не я, — покачала я головой, вытирая бурный поток слёз пальцами. — Это всё Горский.

— Знаю, — улыбнулась она мне. — Мне Макс всё рассказал. Но раз он твой муж, то можно сказать, что помогла мне и ты.

— Пойдём, — выпустила я ее из объятий и, взяв за руку, потянула в кухню. — Нечего стоять на пороге. Сначала я тебя покормлю. Точнее, вас.

— От этого не откажусь, — голос сестры заметно повеселел.

— Макс, идем с нами, — позвала я и охранника.

Может, это и неправильно, но за эти дни он стал единственным другом, тем, кому можно доверять. А еще Макс — ниточка между мной и Гором, и я могла бы часами расспрашивать его о муже, если бы он не убегал так быстро.

— Да я… Неудобно, — замялся парень.

— Неудобно штаны надевать через голову, — ответила я. — Пошли, говорю.

Всё же послушал и пошёл следом за нами, и выпил чаю. Я накормила Зарему, отправила её в ванну с пеной, а потом, укутав в теплый халат, уложила ее в свою постель. Хочу снова, как в детстве, уснуть с ней рядом. Как же я рада, что этот ад с Самиром кончился, хотя моя малышка будет еще очень долго страдать. Дай бог ей сил это преодолеть…

Дни потекли своим чередом. Зарема почти оправилась от пребывания в СИЗО и шока, щёки ее порозовели, она перестала плакать во сне ночами. Я каждый день ждала мужа, но он всё никак не возвращался. Мы с сестрой ни в чем не нуждались. Дом комфортный, продукты постоянно привозил Макс, охранники возили нас к врачам проверять наших малышей. Мне не хватало только его.

Чтобы хоть немного восполнить эту потерю, я принимала душ с его гелем, а потом часами сидела в его кабинете. Прикасалась к его вещам, сидела за его столом, в его кресле, мечтая однажды вдохнуть этот запах снова с его шеи.

И этот вечер не стал исключением. После душа я снова пошла в его кабинет. Но сегодня всё пошло по другому сценарию. Едва открыла дверь, как желудок рухнул в пятки. Лицом к окну, ко мне спиной стоял высокий широкоплечий мужчина в темном пальто. Волосы черные как смоль, а плечи кажутся необъятными. Сердце на миг замерло, а потом пустилось вскачь. Гор. Мой Гор. Он вернулся.

Мужчина медленно обернулся. Тёмные глаза, которые снились мне все эти ночи, встретились с моими.

— Ясмин, — произнёс он со знакомой до боли хрипотцой.

Глава 64

— Гор… — вытянула я руки ему навстречу и двинулась к нему. Обняла, прижавшись щекой к его крепкому телу. — Ты жив. Жив…

Но вместо того, чтобы обнять меня в ответ, он напрягся, плотно сжал губы, так, что желваки заходили ходуном, и убрал от себя мои руки.

— Не прикасайся.

— Андрей, ты…

— А ты думала, я такой слепой дурак? Хоть и люблю тебя. — Тёмные глаза смотрели зло, почти с ненавистью. — Я не прощу тебя, Ясмин. Только не предательство.

Так и застыла на месте. Что? Какое предательство? Значит, он всё-таки решил, что я была с Самиром. И как теперь доказать, что мне никто не нужен, кроме него — ревнивого дурака?

— Но я ничего не делала, — захлопала я глазами, пытаясь избавиться от слёз обиды. Сколько же я уже их выплакала из-за Горского!

— Ты — может, и нет, — скривил он губы в злой усмешке. — А вот твой женишок, а потом любовник Самир всё сделал за вас двоих. Тебе как самой-то было? Ладно ты мне наставила рога, ты меня никогда не любила. Но сестре? Как ты ей смотришь в глаза после этого?

Его слова били больнее камней. Я этого не заслужила. Сейчас он так зол на меня, что даже не думает о ребёнке. Живот стало потягивать. Мне лучше не продолжать этот разговор, иначе всё может закончиться плохо. Если Гор не думает о ребёнке, то о нём подумаю я. Что бы он ни говорил, я должна держать себя в руках.

Молча развернулась и пошла к выходу.

— Куда ты? — уже на полпути окликнул меня Андрей.