Наследник для жестокого (СИ), стр. 49

— Здравствуй, — ответила я, пытаясь побороть волнение. Очень непривычно видеть его так близко. И знать, что он причастен к нападению на Горского. Но прежде чем кидаться обвинениями, мне нужно понять, что с Андреем, и зачем это всё Самиру.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил мой бывший жених и сел рядом. На почтительном расстоянии, но всё равно слишком близком для мужа сестры.

— Нормально, — ответила я. — А почему Зарема с тобой не приехала?

— Она беременна, — ответил он. — Я не говорил пока ей, что случилось. Ей нельзя волноваться.

— Понятно, — улыбнулась я слабо. — Поздравляю вас. Это прекрасная новость.

— Спасибо, — ответил Самир и остановил взгляд на моём лице.

— Что с Андреем? — не стала я тянуть с главными вопросами.

— Он мёртв, — спокойно отозвался Самир.

— Мёртв? — прошептала я сухими губами.

— Ну да. Там и умер, на диване. Ты же видела, — говорил он, продолжая всматриваться в моё лицо.

В области груди снова стало больно.

— Не может быть…

— Ещё скажи, что ты жалеешь о нём, Ясмин, — сказал с укором Самир. — Сколько плохого он тебе сделал? Разлучил нас с тобой. Ты должна была стать моей женой. А стала… с ним.

Превозмогая боль, посмотрела в его голубые глаза. Он не забыл? Не забыл меня? Он что — питал ко мне какие-то чувства? А как же Зарема?

— Всё это уже неважно, — покачала я головой, чувствуя, как по щекам снова побежали слёзы. Да, жалею о нём, чёрт возьми! Жалею. — Как бы там ни было, но он стал моим мужем. А ты женат на Зареме, что теперь об этом говорить?

— Ну да, — поджал он губы. — Назад не переиграешь.

— И куда я пойду после клиники? Что теперь с домом Андрея?

— Он опечатан, как и все имущество Горского, — ответил Самир. — Ты поедешь к нам с Заремой.

— Почему не к отцу?

— Отец тебя не готов пока простить.

— Он меня? Не готов? — усмехнулась горько я. — Да это я его не готова простить. Продал меня, как барана на рынке… Я не хочу жить в твоём доме, Самир.

— Это не обсуждается, — отрезал он. — Ты тоже теперь моя семья, и я не позволю сестре моей жены бродить по улицам.

— Снимите мне квартиру.

— Никаких квартир, Ясмин, — снова настоял он. — Дом большой, нам всем хватит места.

— Я не хочу!

— Тебя не спрашивают, — твердо сказал он. — Притащу силком, ясно?

Ещё один командир сыскался…

— Я хочу жить дома, в доме моего мужа.

— Ясмин, — вгляделся в моё лицо Самир. — Я не понимаю — ты тоскуешь об этом ублюдке, что ли? О том, кто тебя выкрал, держал в плену, принудил стать его женщиной? Оскорбил меня, оскорбил твоего отца, твою сестру наконец!

— Я ношу ребенка от этого ублюдка. А ты оставил его без отца! — Зло отозвалась я, глядя на узор своего одеяла. А потом вскинула голову, чтобы снова посмотреть в его глаза. — Зачем ты организовал это нападение?

— Хотел тебя спасти. Не хотел, чтобы ты так и была пленницей урода Горского.

— Кто тебя только просил? — повысила я голос. — Кто? Зачем ты влез?

— Я думал, что помогаю тебе, — нахмурился Самир.

— Ошибки быть не могло? — спросила я, пытаясь проглотить противный ком в горле.

Я говорила о смерти мужа. Не получалось это вслух сказать. Я сама всё ещё не верила в то, что его больше нет. Как же я его ненавижу, до сих пор ненавижу, но мне дико, просто невыносимо думать, что мой Гор умер и больше никогда не придет. Не узнает, кто родился — мальчик или девочка. Не подержит на руках своего малыша. Я привыкла к нему, привыкла чувствовать себя под его защитой. А что теперь сделает со мной Самир — я не знала. Мне совершенно точно ясно, что "помог" он из своих личных мотивов. И хорошо, если эти мотивы касаются только денег Горского, а не меня саму или моего ребёнка. Я хотела вернуться домой не только из-за Андрея, но и потому, что боюсь действий Самира.

— Помог, — откинулась я на спинку кровати и зарыдала. — Помог…

Сердце закололо ещё сильнее. Боль стала невыносимой. Всё вокруг поплыло. Вокруг послышались суета и возня. В руку снова воткнули какую-то иглу. В моей же голове билась только одна мысль — я должна сохранить малыша. Обязана.

— Выйдите отсюда немедленно! — говорил строго мужской голос, который я слышала где-то на краю сознания. — Только-только её в чувство привели. Несите новую капельницу!

Глава 57

Ребёнка спасли снова. Меня тоже. Моё состояние стабилизировалось. Больше я не позволяла так сильно брать верх надо мной эмоциям — ради малыша. Я обязана его выносить и быть сильной, как бы ни было трудно. Только от меня зависит его жизнь и здоровье, и мне необходимо взять себя в руки.

Через десять дней меня выписали. Самир не дал мне и шага ступить в сторону, усадил в свою машину и повёз в их с Заремой дом. Мне не нравилось это, но идти больше действительно некуда. Дом Горского пока так и остаётся отпечатанным, мне не разрешают туда возвращаться. Но у меня остался браслет, который дарил Андрей. Если я продам его, то смогу снять квартиру, а дальше как-нибудь разберусь. На какое-то время этих денег хватит, а к тому моменту, когда они кончатся, что-то уже должно решиться с имуществом и активами Горского.

Снова вздохнула, глядя в окно машины на проносящиеся мимо дома и деревья. Не могу никак поверить, что я теперь вдова. Так хотела избавиться от плена Гора, мечтала об этом, а теперь мне больно и одиноко. Больно не только за себя, что теперь мне придётся скитаться, но и за ребенка, который не увидит отца. Бедный малыш еще не знает, что его здесь ждёт только мама. Верно говорят — "бойся своих желаний. Они имеют обыкновение сбываться…". Вот и сбылись. Только кто от этого стал счастливее? Я или мой ребенок? Никто.

— Милая, — кинулась мне на шею Зарема, едва мы переступили с Самиром порог. — Как я рада!

— Привет, Зарема, — искренне улыбнулась я ей. Что бы ни произошло, но ей я всегда буду рада. Рядом с ней мне будет легче, я знаю. Может быть, не так уж это и плохо, что Самир настоял на моём проживании в их доме — я буду видеть сестру столько, сколько захочется. Не думаю, что её муж будет против этого.

— Заходи, — она помогла мне снять пальто и повесила его в шкаф.

— Зарема, покажи Ясмин её комнату. Займись ей, в общем. Мне надо работать, я привёз твою сестру и теперь уезжаю в офис, — обратился к ней Самир, который раздеваться вместе со мной не стал.

Он ушел, а я снова взглянула на сестру. Интересно, она в курсе, что задумал ее муж?

Мы прошли с ней в кухню. Зарема налила нам чая.

— Ты беременна, малышка? — спросила я её.

— Да, — мягко улыбнулась сестра. — Только недавно узнали. Так всё быстро получилось… Ты тоже, милая.

Она взяла мою руку в свои ладони. В глазах растроганной сестры стояли слёзы. Да, момент действительно очень трогательный. Никогда не думала, что мы будем носить своих малышей в одно и то же время. Жаль, правда, что мой брак так тяжело начался и так нелепо закончился… Больше замуж я не выйду.

— Ты рада? — спросила я ее.

— Очень, — ответила она, всё-таки пустив слезу. — Ты ведь знаешь, как я люблю Самира. Он чудесный.

Ну да. Ничего не стала говорить ей о своих подозрениях. Может, я и неправа на его счет, а сестру заставлю волноваться зазря. Сначала надо всё выяснить. И самой не отчаиваться, ведь я отвечаю за жизнь своего ребёнка.

— А ты, Ясмин, как? — спросила она, заглянув мне в лицо. — Ты как вообще? После того, как…

— А ты как думаешь? — устало я спросила ее.

— Ты успела… полюбить мужа? — осторожно задала следующий вопрос она.

Как она так умудряется постоянно спрашивать такие неудобные вещи? Которые, впрочем, отзываются в сердце каждый раз.

— Не знаю, — покачала я головой и опустила её. — Я уже просто запуталась. Но я бы хотела его увидеть снова.

Предательские слёзы упали на ткань платья.