Державы земные, стр. 21

– Расскажи, что известно насчет спутников Гаммы. Мы оба понимаем, что это было лучевое оружие, но что еще удалось выяснить?

– Мы знаем, что выстрелы были произведены с низкой околоземной орбиты, и знаем…

Джон запрокинул голову.

– Откуда знаете?

– Гамма придумал умный ход. Послал свои роверы…

Макс навострил уши – целое правое и поврежденное левое – и повернул их в сторону Дарси.

– Давай угадаю. Он искал оплавленную пыль в тех точках, где ударившие по спутникам лучи попали по поверхности, и нашел?

– Да, и… – начала Дарси.

– И таким образом, зная, в какой точке спутник был в момент поражения, достаточно простой геометрии, чтобы выяснить, откуда сделан выстрел.

Дарси снова кивнула.

– Но это не все. Еще мы думаем, что это был лазер видимого диапазона, поскольку…

– Потому что оплавился кремний. – снова перебил ее Макс. – Более 1600 по Цельсию… но меньше… сколько там? Двух тысяч?

Джон повернулся к Максу. Иисусе, как же быстро соображает Пес! Пугающе быстро.

Как и все они, впрочем.

Удивился не один он. Дарси присвистнула.

– Точно! Гамма передал Майку более подробные данные, Майк отправил поисковую команду, и они доставили образец в селенологическую лабораторию. Всех подробностей я не помню: там что-то было насчет структуры кристаллизации при застывании. В общем, пришли к выводу, что это лазер оптического диапазона.

Джон наклонился вперед.

– Ладно, технических подробностей достаточно. Давай о более важном. Были ли другие удары? Кинетическим оружием? Кибератаки? Высадка?

Дарси мотнула головой.

– Нет, ничего такого.

Джон приподнял брови.

– Тогда какой в этом смысл?

Дарси пожала плечами:

– В сети полно сплетен, но никто не знает.

Джон поднял руки.

– Какого черта? Кстати, кто-нибудь принял на себя ответственность? Были ли какие-то угрозы или требования?

– Давайте поговорим о действительно важном – о гамбургерах! – перебил его Дункан.

Дарси улыбнулась.

– О’кей, Дункан, мой живот уже успокоился. Нам ничто не помешает готовить и говорить одновременно.

Она встала и пошла на камбуз.

Джон пошел следом.

– Так вы знаете, кто птичек сшиб?

Дарси покачала головой:

– Нет. Мы все ждали, когда, как говорится, второй сапог упадет, но ничего не произошло. Никто ничего не знает.

– Я знаю.

Дарси резко повернулась к нему:

– Кто? И откуда?

– Это США.

Дарси скептически приподняла бровь, а затем на мгновение отвернулась, вынимая из холодильника головку сыра и контейнер с говяжьим фаршем.

– Почему ты в этом уверен?

– Страны с бюджетом, позволяющим разработать и развернуть на орбите лазерное оружие, можно пересчитать по пальцам одной руки. Особенно если требуется провернуть это тайно. Но еще важнее политический аспект. Война – продолжение политики иными средствами, как говорил Клаузевиц. У кого еще есть интерес затеять с нами войну? С нами и с Гаммой?

Дарси принялась лепить лепешки из фарша, но тут она снова повернулась к Джону и нахмурилась.

– Не знаю. Какому из государств вообще надо с нами воевать?

– Тут вопрос даже не в государстве. Смотри.

Джон поставил на стол пустую бутылку и развел руки в стороны.

– Все начинают очеловечивать государства, когда о них думают. «США хотят то», «Россия хочет это». Но это бессмыслица. Реальные действующие люди находятся внутри этих государств – политическая партия Икс хочет чего-либо или конкретный политик блока Игрек.

Дарси кивнула, продолжая хмуриться.

– Давай сначала подумаем о фракциях в правительстве Нового ЕС. Ни одна из их партий не получит никаких выгод от такой неспровоцированной атаки. Они заняты тем, что пытаются замедлить демографический спад и удержать Халифат по другую сторону Босфора.

Дарси кинула на раскаленную сковороду шесть лепешек, и они зашкворчали.

– О’кей, значит, это не Новый ЕС. Или, твоими словами, не политики из Нового ЕС. А что насчет европейских военных?

Джон фыркнул.

– Европейские военные – офицеры из французских «гран эколь», командующие неумехами из африканских ополчений.

– И что это означает?

– Это означает, что низшие чины вполне могут нарушить дисциплину и что-то сделать без приказа, но у них на это компетенции не хватит. У офицеров компетенция достаточная, но они подчиняются гражданским правительствам, которые воспитали их в своей идеологии. Так что фракции в Новом ЕС такого сделать не смогут.

– Индийские Штаты?

– Гражданские правительства? А какой у них может быть мотив?

– Ну… это… в Азии все кувырком последнее время.

– В Китае и на Ближнем Востоке – да, но в Индии все о’кей. Их основной момент – сдерживание. Держать беженцев из раздолбанного Пакистана по другую сторону минных полей и не дать хаосу из Китая перекинуться в Индию. Двух фронтов им вполне достаточно, зачем им третий?

– Может, индийские военные…

Джон покачал головой:

– Генералам ставят задачи, которые они в состоянии выполнять, а политики обеспечивают им запрашиваемый бюджет. Им никакой выгоды затевать войну с нами. Нет, это ни кто-то из Нового ЕС, ни из Индийских Штатов. Остаются США.

Стоящий позади него Макс прочистил горло. Джон обернулся. Макс сидел в дверях, внимательно слушая.

– Джон прав. Это США.

Дарси повернулась к нему:

– А у тебя какие доводы?

– Неужели ты не понимаешь? Это же очевидно.

Дарси вздрогнула.

Джон вздохнул. Дарси не привыкла к резкости суждений Макса. Будучи уверен в своей правоте, Макс с легкостью мог просто рявкнуть «Неверно!» или «Глупости!». Возьми гены, дающие высокий интеллект, и получи в нагрузку синдром Аспергера.

Джон повернулся к Максу.

– Тогда расскажи нам то, что очевидно для тебя, – сказал он. И добавил, несколько жестче: – Вежливо.

Макс отвел взгляд. Стайные инстинкты, привычка к иерархии сидели глубже, чем развитый в лабораториях интеллект.

– Джон говорил, что нам нужно искать мотивы и конкретных людей, а не страны в целом, и он прав. Но тут не просто «военные» либо «гражданское правительство». Фракций много и там, и там. Бюро природосберегающих исследований ненавидит ИИ и генетически усовершенствованных…

Джон покачал головой:

– Насчет мотивации ты прав, но БПИ не имеет возможности нанести удар лазерами. Максимум их можно назвать группой влияния, воздействующей на политику. Возможно, Минобороны тоже это поддержит, по крайней мере некоторые из генералов. Война с повстанцами, не платящими налоги, продвигается плохо, кроме того, это обычная война на Земле, которая не оправдывает военные бюджеты. А лазерный удар дает им возможность похвастаться своими игрушками и попросить еще.

Дарси перевернула бургеры.

– Думаешь, за этим стоят Минобороны и БПИ?

Джон пожал плечами:

– Наверняка поддерживают, это да. Как и другие – ФБР, Налоговое Управление, Управление Транспортной Безопасности, все они унижены ситуацией с повстанцами. Как и псевдоинтеллектуалы из Джорджтаунского университета, и люди из дата-центров, которые не могут найти лидеров… этот список можно продолжать долго.

Джон заметил, что к двери подошли Блю и Рекс.

– Они это поддержат, но кто инициатор? – спросил Макс, наклоняя голову.

Дарси сняла сковороду с плиты.

– Но зачем? Разве это не бесполезный удар? – спросила она.

Джон невесело улыбнулся и ответил обоим сразу:

– Именно полнейшая неэффективность этого говорит мне, что инициаторы сидят в Вашингтоне. Готов поставить на это свое левое яйцо.

Дункан шумно принюхался.

– Бургеры готовы?

Макс рыкнул на Дункана, заставляя его замолчать, и повернулся к Дарси:

– Итак, американское правительство напало на Гамму. Что вы там, в Аристилле, собираетесь делать по этому поводу?

Глава 22

2064: ближняя сторона Луны, Аристилл, жилой комплекс «Трентхэм Корт»

Хью сидел в спальне съемной квартиры и слушал маму. Та говорила, говорила и говорила.