В постели с боссом (СИ), стр. 37
Может, он поторопился? Собака в доме - огромная ответственность. И следить за ней неустанно некому. Ну, положим, и он, и Лиза найдут, кого попросить приглядывать за псом, пока они в разъездах, но так ведь будет не всегда. Да, наверное, зря он поторопился.
- Я забыла тебя поблагодарить, - проговорила Лиза, которая нарезала овощи для салата, когда Андрей устроился за столом, так и держа щенка на руках. Последний уже заснул и теперь мирно посапывал, пригревшись и уткнувшись носом в сгиб локтя Меньшикова.
- За что? - поинтересовался Андрей, устраиваясь удобнее.
- За Ламбо. - Она указала на лабрадора, и Меньшиков вскинул брови.
- Ты уже дала ему кличку?
- Именно. Ты против?
- Отнюдь. А почему Ламбо?
- Ну, мне кажется, это имя ему подходит.
- Вполне.
Андрей погладил щенка за ухом и тот проснулся, чтобы фыркнуть и снова заснуть.
- И всё же у тебя есть что-то, о чём ты хочешь мне сказать, - проговорил он, и жена застыла. После чего всё же ссыпала овощи для салата в миску, неспешно заправила всё маслом, посолила и…
- Так что ты хочешь мне сказать? - не выдержал Меньшиков.
- Ну… Если бы ты сегодня приехал без Ламбо, то… Завтра бы точно его не привёз, - расплывчато произнесла Лиза, раскладывая ужин по тарелкам.
А он ни черта не понял. Что она этим самым хочет ему сказать? Что против щенка всеми конечностями? Окей. Если так, он всё же попробует её уговорить, а если не получится - отвезёт завтра обратно заводчику.
- Не совсем пойму, о чём ты, - проговорил Меньшиков, принимаясь за ужин. Лабрадора он так и держал на согнутом локте, потому приходилось орудовать второй рукой.
- О том, что я беременна, - пожала плечами Лиза, с аппетитом нарезая мясо и овощи, которые секундой позже отправила в рот: - Но я не против, чтобы Ламбо остался жить у нас.
Она произнесла эти слова совершенно обыденным тоном, так и продолжая уплетать еду. А Андрей застыл на месте. Лиза беременна? Хотелось заорать от счастья на всю вселенную, а после - схватить жену в объятия и закружить. Что, впрочем, мешало сделать наличие щенка, которого Меньшиков уже мысленно отпустил гулять по квартире. Но Ламбо спал, и тревожить его сон совершенно не хотелось. Тем более, что щенок был «тренировкой» перед появлением детей у Лизы и Андрея.
- Лиза! - шёпотом позвал жену Меньшиков, когда первые эмоции улеглись. И стоило только ей повернуться к Андрею, проговорил одними губами: - Люблю тебя.
И она ответила тем же.
А дальше… Дальше был проснувшийся Ламбо, который потребовал еды. Споры о том, где именно будет спать новоявленный питомец, и планы на жизнь, которые Меньшиковы регулярно обсуждали вместе, учитывая в них даже наличие правнуков.
И оба знали в этот момент цену тому чувству, что однажды поселилось в их душах. Шагнуло в жизни каждого и перевернуло их с ног на голову. И имя ему было одно на все времена.
Любовь.
Мелодичная трель дверного звонка разнеслась по дому, заставляя меня оторваться от ноутбука, где я работала в фотошопе, а Андре – от чертовски-важного-дела, которым он сосредоточенно занимался с таким выражением лица, словно по меньшей мере это была сборка швейцарских часов.
- Опять твоего Сантьяго принесло? – поинтересовался муж, вскидывая голову лишь на мгновение, чтобы секундой позже вновь склониться к столу.
- Не знаю. Во всяком случае, он не говорил, что придет.
- Как будто он всегда предупреждает о своих визитах, - фыркнул Андре.
- Не ворчи, - улыбнулась я, вставая с кресла, когда настойчивый сигнал раздался ещё раз. - Я открою, - добавила следом, и Меньшиков, закусив губу от усердия, с каким трудился над своей задачей, просто молча кивнул мне.
Когда я распахнула дверь, за порогом нашей теперь уже общей квартиры обнаружился вовсе не Сантьяго.
- Лиза, ну-ка помоги мне.
Улыбающаяся мама протягивала мне две огромных сумки, при одном только взгляде на которые не возникало никаких сомнений относительно их содержимого.
- Андре! – позвала я мужа, опытным взглядом оценив, что каждая из этих сумок весит, должно быть, по меньшей мере килограмм двадцать. И как только мама умудрилась дотащить все это к нам в одиночку? Впрочем, ей, всю жизнь лавировавшей с грузом между дачей и домом, было к подобному не привыкать. И ведь не существовало абсолютно никакого способа уговорить ее не надрываться.
Подавив вздох, я оглянулась в сторону зала, чтобы ещё раз позвать на помощь мужа, но в этот самый момент он наконец вышел в прихожую сам.
- Что такое? – поинтересовался Меньшиков и, взглянув на тёщу, насмешливо протянул:
- У-у-у, все ясно, гуманитарная помощь прибыла. Здравствуйте, Анна Никитична.
- Именно, - кивнула я. – Возьми сумки, пожалуйста, а то я знаю – если их возьму я, ты меня отчитаешь.
- Совсем изнежилась тут, - проворчала мама, переключая внимание на зятя. – На-ка, Андрюша, все свое, все натуральное, не эти ваши магазинные химикаты! - и с этими словами она протянула было Андре свою поклажу, но прежде, чем тот успел взять ее в руки, в поле зрения неподготовленной к такому повороту событий мамули появился Ламбо, неловко переваливаясь с лапы на лапу с учётом того, во что был облачён, но дружелюбно махавший хвостом в предвкушении нового знакомства.
- Господи Иисусе, это что за египетская мумия! – воскликнула мама, испуганно глядя на замотанного в пеленку щенка и возмущённо всплеснула руками. К сожалению, при этом она забыла, что они у нее заняты сумками, вследствие чего содержимое последних оказалось на полу. Зажмурившись, я услышала как звякнула, упав, банка огурцов и как с эффектным чпоком слетела с нее крышка, а следом раздался топот – то Принц, расценив шум как сигнал к действию, несся в прихожую с явным намерением проинспектировать место происшествия на предмет того, не найдется ли там чем поживиться.
Впрочем, оказалось, что такие намерения были не только у кота, но и у Ламбо, который, при виде покатившихся по полу огурцов, решил, что это новые игрушки, и, скользя по ламинату, устремился к сумкам. Принц же, верный своим уставам – слопать все, что плохо лежит, в свою очередь направился туда же, в результате чего они столкнулись и развязали борьбу за добычу, что, в общем-то, для этих двоих было совершенно обычным делом. И, надо сказать, многочисленные поражения не останавливали щенка от новых попыток отвоевать себе хоть что-нибудь.
- Мумия дерется с мохнатым чудовищем! – неверяще прокомментировала происходящее мама, глядя на то, как кот и щенок катают по полу огурец.
- Я уже говорил, как мне нравится моя теща? – усмехнулся Андре, явно оценивший по достоинству солидарность с ним мамы относительно характеристики Принца.
- Много раз, - ответила я, наклоняясь, чтобы подхватить на руки Ламбо прежде, чем невинная игра между ним и мейн-куном перешла бы в настоящую драку.
- Ну и что тут происходит? – поинтересовалась мама, подбоченившись, когда Андре поднял с пола пострадавшие сумки и понес их на кухню, а Принц, презрительно понюхав соленый огурец, решил, что тот не заслуживает попадания в его желудок и тоже царственно удалился следом за Меньшиковым.
- Репетиция, - невозмутимо ответила я.
- Репетиция чего? Конца света?
- Не преувеличивай. – Я усмехнулась, начиная освобождать Ламбо от его облачения. – Андре всего лишь пробует, каково это – пеленать ребёнка.
После этих слов мама кинула взгляд в кухню, где Меньшиков разбирал сумки, извлекая из них уцелевшие продукты. Это была на удивление домашняя картина, в реальность которой полгода тому назад я бы, наверное, просто не поверила.
- И как только тебе удалось отхватить такого мужчину, - умиленно вздохнула мама и я, ничуть, впрочем, на это замечание не обидевшись, хмыкнула: