Сила слабости (СИ), стр. 95
Он повесил трубку:
- Мэй! Срочно ко мне, и у твоей компании есть три минуты, чтобы покинуть помещение.
Мэй возмущённо выглянула в коридор:
- Па!?
- Это важно! Через три минуты никого из них не должно быть в моём доме, и ты должна сидеть вот здесь.
Архо был единственным, кто имел на неё влияние. Недаром в книгах по воспитанию неолетанок пишут, что в этом возрасте женщины теряют для эми всякий авторитет. Кэти она почти не слушалась.
Друзья Мэй быстро убежали, а через пять минут к дому подъехала пара лайнеров.
Кроме обычного набора гостей: си Роджер и ами Армариакка, к нам приехала мастер Очарование. Всё те же шёлковые платья, аккуратная причёска, брошка с камушками. Та же элегантность и аккуратность, как и тогда в домике Лии. Я смотрел на неё удивленно, не понимая, что она здесь делает.
Великая представила её:
- Архо, не знаю, слышал ли ты о мастере Нитенице. Она настоятельница монастыря болотного края, лучшей школы тонкого рефреминга и не только.
Нитеница? Но Нитеница известный мастер Ар. Лет сто или более уже, как очень известна. Тогда почему Лия называла её Очарование? Не может же у неё быть два имени Мевы?!
Архо вежливо кивнул, приветствуя гостью:
- И что забыла в наших краях такая особа?
Очарование тоже кивнула, приветствуя его:
- Великий мастер Суани высоко оценила способности твоей дочери. Но богам было угодно не дать ей обучить малышку. Я приехала пригласить Мэй учиться ко мне.
Ответить Архо не успел. Мэй подскочила с места, с громким криком бросилась к Очарованию:
- Ура!!! А то я уже думала, что про меня все забыли, - она прыгала, обнимая изумлённую неолетанку, - Я уже научилась котёнка гладить. Сама! Столько времени...
Мэй болтала нескончаемым потоком. Архо сначала собирался вставить своё слово, а потом махнул рукой.
Тихо в комнате стало лишь тогда, когда Мэй убежала складывать вещи.
Проводив её взглядом, Очарование-Нитеница ещё раз улыбнулась Архо:
- У меня есть ещё одно поручение к тебе, генерал. Я не совсем понимаю его... но мы не во всём понимали замыслы великой Суани.
Архо быстро стал серьёзным, си Роджер и ами Армариакка тоже, все превратились в сплошное внимание.
- Я помогала Морок с некоторыми её ученицами. И у меня в монастыре осталась одна Эми, насчёт которой мастер велела, если что случится, передать малышку тебе. Морок всегда была готова умереть завтра и оставляла соответствующие распоряжения. Да... ещё она просила передать тебе, что извиняется, что не смогла дать этой эми подрасти ещё лет пять.
Архо был бледен. Я ничего не понял из объяснений Очарования, но он увидел в них что-то важное.
- Ты привезла её?
- Да, она ждёт в лайнере.
Аккуратно поправив юбки, Очарование приоткрыла дверь на улицу и махнула, подзывая кого-то.
Скоро на пороге дома стояла тоненькая эми лет 18-19. Худенькая, бледненькая, почти прозрачная. Коротенькая юбка, маечка тонкая и короткая. Всё её тело: худые голые коленки, тоненькие ручки, шею покрывали синяки. На коленке был даже явный след от кнута. А ещё при абсолютно белых волосах у эми были ярко синие глаза, как у амазонки.
Великая выпучила глаза:
- Её?! - Бледненькая эми, до этого с любопытством оглядывавшая Архо, заметив Армариакку, подскочила и спряталась за его спину. Не за спину Очарования, с которой приехала, а за спину даккарца довольно бандитского вида, которого видела первый раз, - Дорогая, ты не можешь оставить ЭТО в Клинках! И уже тем более в командирской деревне. Я понимаю, Морок давно определила Архо своей собственностью и суёт его, кому попало. Но тут много ещё других мужчин. ЕЙ нельзя даже входить в этот город! Как ты её провезла?
Мастера Очарование возмущение Великой не тронуло:
- Я обещала Морок, что привезу Веру генералу Архо и передам просьбу мастера позаботиться о малышке. На этом моя роль закончена. Генерал может оставить её у себя, может выставить за дверь, может хоть со стен города сбросить. Меня это не интересует. Я готова ответить на вопросы, если они есть, и мы с Мэй уезжаем.
Архо вытащил эми из-за своей спины и теперь сосредоточенно рассматривал её.
- Ну, во-первых, на этот раз ей не пять, а все десять лет подрасти не хватило.
Ами Армариакка метнула на него испуганный взгляд.
- Архо...
Он перебил её:
- А во-вторых, объясните мне толком, что в этом кузнечике такого страшного. Что ты её так гонишь, Марика?
Ответила ему Очарование:
- Вера несдержанна в любви. Не может остановиться, даже если понимает, что мужчина чужой и его трогать нельзя. А единственное, что она умеет делать дистанционным Ар, это соблазнять. У неё немалые способности, но некоторые особенности мышления мешают обучению. Морок надёялась, что с возрастом это у неё пройдёт.
- А что она вся побитая такая? Кто её бил?
- Я била, - голос мастера был абсолютно бесстрастным, - Как я уже сказала, она липнет к кому попало. Как видит мужчину, совсем перестаёт соображать.
- А действиями мужчины она управлять не умеет? Иллюзии вызывать, заставить её выпустить, отдать ей ключи, усыплять?
- Нет, с помощью Ар она может вызвать только желание заняться с ней сексом. И то на уровне природного чутья. Её никто не обучал дальше умения сдерживаться.
- А что она молчит? Она немая?
- Нет. Она болтлива не в меру. Даже обладает некоторым талантом красноречия и способна уговаривать на всякий бред практически кого угодно. Просто я обещала, что добавлю ей кнута, если она при мне ещё хоть слово скажет.
Архо замолчал, продолжая рассматривать странную эми - Веру. Ами Армариакка снова заговорила:
- Нитеница, если ты так хочешь сплавить этот самородок, давай её на какую-нибудь маленькую даккарскую базу зашлём. Пусть она там весь отряд имеет.
- Не думаю. Она там лет через десять вырастет, и мы получим сильную необузданную Суани с верной охраной из целого отряда даккарцев. У Архо хотя бы есть шанс на неё повлиять.
- М-да... - Армариакка задумалась, - Вероань, тебя проще придушить, чем воспитать.
Си Роджер, до этого молча наблюдавший за происходящим, усмехнулся:
- Если она такая неудобная для вас, где ваш хвалёный рефрейминг?
Очарование пожала плечами:
- Как я уже сказала, у Веры большие способности, а следовательно, и иммунитет. Возможно, Морок и могла бы ей вправить мозги, но великий мастер верила, что малышка повзрослеет и исправится.
Архо встал:
- Так, закончили дебаты. Я принимаю подарок Морок, - ами Армариакка хотела что-то сказать, но Архо опять её перебил, - Её подарили мне, и я позабочусь, чтобы она вела себя хорошо. Всё, разговор окончен!
- Архо, у тебя не получится.
- Марика, вот когда не получится, тогда и поговорим. А пока это мой кузнечик.
И он задвинул Веру обратно себе за спину. Очарование широко улыбнулась:
- Тогда, генерал, взгляните на эти бумаги, - она положила на стол толстую папку, - Её мать, готова платить вам за воспитание дочери. Единственное условие, ребёнок должен быть жив и не покалечен. При применении телесных наказаний обязательно оказывать медицинскую помощь. И вы можете в любой момент отказаться от контракта, сообщив о своём желании за неделю по указанному адресу.
Архо открыл папку:
- Её мать амазонка?
- Да. Но Вере въезд в САП закрыт уже пять лет. Она там тоже немного несдержанна была.
На лестнице показалась Мэй, одетая и с собранным рюкзаком:
- Ну вот и я! - она осмотрела Веру. Рядом с маленькой, но крепкой Мэй высокая и худенькая Вера ещё больше походила на тростиночку, - А это кто?
Ей никто не ответил. Очарование обняла её за плечи, увлекая с собой на улицу. Ами Армариакка и си Роджер тоже встали. Великая ещё раз оглянулась у самой двери, но, погрозив Вере кулаком, всё-таки вышла. Си Роджер похлопал Архо по плечу, шепнул что-то на ухо, от чего гигант расхохотался, и тоже вышел. А Вера осталась стоять довольная, где стояла, немного испуганно улыбаясь Архо.