Дети Подземелья (СИ), стр. 45

— Мы должны покинуть станцию! — девушка словно не слышала его и продолжала кричать. — Нужно идти к солдатам. Они нас защитят!

— Солдаты не помогут. Нужно найти «процветающего».

— Какого «процветающего», доктор? — Оля едва не завыла от отчаяния. — Выбираться надо! Оно здесь, понимаете? ОНО ЗДЕСЬ!

— Я знаю, не кричите! Оно услышит! — Вайнштейн безуспешно пытался успокоить девушку, но его слова произвели лишь противоположный эффект. Услышав, что Альберт собирается искать какого-то там «процветающего», у нее началась истерика.

— Мы умрем! МЫ ВСЕ ЗДЕСЬ УМРЕМ! ГОСПОДИ! — выла она, в отчаянии комкая рукав халата Вайнштейна.

И в тот же миг неожиданно для себя Альберт влепил девушке хлесткую пощечину. От удивления и боли девушка перестала кричать и растерянно уставилась на врача. Ее пухлые губы обиженно подрагивали, но больше не произносили ни звука. Лишь и так уже заплаканные глаза затянулись новой поволокой слез.

— Нельзя кричать, — ласково, но в то же время твердо произнес Вайнштейн. — Они услышат, и тогда нам конец… Оленька, надо успокоиться! Я проведу вас там, где их нет. Только доверьтесь мне. И, главное, не зовите их больше своими криками!

С этими словами мужчина на миг привлек испуганную девушку к себе и виновато погладил ее по волосам, точно маленькую девочку. Та жалобно всхлипнула, прижимаясь к его груди, но вот Альберт поспешно отстранился, вновь прислушиваясь к энергетике здания. Самое страшное сейчас творилось в общих палатах. Два крупных хищника устроили кровавую игру с тяжело ранеными, которые не могли подняться с постелей и убежать. Люди в отчаянии звали на помощь, но Вайнштейн прекрасно понимал, что им уже не помочь. Оставалось только использовать «занятость» чудовищ и попытаться выбраться из госпиталя.

«Ну же, Лесков, примени свои способности, и я смогу тебя найти!» — подумал врач. Затем его взгляд снова остановился на испуганном лице Ольги.

— Простите, что ударил, — смутившись, добавил он, после чего взял лаборантку за запястье и быстро повел за собой. Оля безмолвно подчинилась, все еще потрясенная всем произошедшим. Ее щека горела, страх по-прежнему не отпускал, но теперь девушка хотя бы не чувствовала себя брошенной.

В памяти еще было свежо воспоминание, как Гриша, парень, который ухаживал за ней последние две недели, сбежал, оставив ее одну наедине с убитым Владом и терзающим его хищником.

В отличие от Вайнштейна Дмитрий, Юрий и Эрика не могли знать, где сейчас находятся «костяные». Им приходилось идти наугад, оглушенным пронзительным воем сирены. Бледный, как полотно, Юрий судорожно стискивал в руках автомат, все еще не в силах осознать тот факт, что против «костяных» его оружие бесполезно. На его глазах хищники растерзали несколько солдат, в то время как ни одна пуля не оставила на прочных панцирях даже царапины. В каком-то смысле сейчас он был даже рад, что ненавистный «процветающий» идет рядом с его сестрой. О Дмитрии говорили, будто он способен сдержать этих тварей. Именно поэтому Кирилл Матвеевич Ермаков первым делом пытался разыскать Лескова, мысленно проклиная его за то, что тот не оказался к казармах. Не оказалось на месте и дружков «процветающего», а Никита, который знал, где Дмитрий мог находиться, уже не способен был поделиться этой информацией.

— Доберемся до связующих тоннелей, и на Спасскую, — успокаивал Юрий сестру. — Они примут нас. Людей не выделят, но они хотя бы согласились открыть шестой тоннель! Придется пешком идти. Поезд остается для раненых… Многие еще живы, хоть и потеряли много крови.

Единственное, что Юрий предпочел не озвучивать, так это то, что он и Дмитрий еще задержатся. Он решил доставить Лескова в самую опасную зону, где «костяных» собралось больше всего, а именно — в жилую часть города. Если этот «процветающий» действительно мог усмирить своих псов, он покинет станцию последним.

В свою очередь Эрику сейчас больше всего беспокоил ее отец, который находился вместе с Ермаковым-старшим в жилой части. Она как никто другой знала характер полковника и боялась, как бы «капитан» действительно не пожелал покинуть тонущий корабль последним. Юрия он отправил за ней, в то время как сам бросился на помощь отчаявшимся людям. Новость о том, что «костяные» расползлись по станции, ужаснула ее, и сейчас она из последних сил старалась держать себя в руках. Наличие рядом Дмитрия не сильно ее успокаивало, потому что Эрика была склонна верить его словам, мол, не удержу я такое количество «костяных». Он говорил, что, будучи в стае, эти твари ведут себя гораздо увереннее, поэтому не то, что подчиняться, даже бояться не будут.

— Альберт еще оставался в лаборатории, — внезапно вспомнила она, бросив мимолетный взгляд на висевший на стене коридора план здания.

— Мне велели не задерживаться здесь, — ответил Юрий. — Если кого-то встретим, возьмем с собой, но мы не должны специально искать кого-то. Риск встретить «костяного» слишком велик. Особенно в общих палатах.

Лесков словно не услышал последних слов Юрия. Имя врача вырвало его из водоворота ужасающих мыслей, в которых все его друзья погибли. Сейчас его даже не занимал вопрос, как проклятые «костяные» проникли на станцию. Все концентрировалось вокруг Ромы, Ивана и его маленькой дочери. Шансы на то, что эти трое были еще живы, сводились к нулю. Наверняка, Иван и Рома бросились к жилую часть за Викой, как раз туда, где, если верить словам Юрия, и произошли первые нападения. Георгий наверняка последовал за ними, чтобы найти своего сына, и тоже погиб.

Но упоминание об Альберте несколько отрезвило Дмитрия. Желание немедленно броситься на поиски друзей сменилось более трезвым, а именно — найти в первую очередь того, у кого были хотя бы какие-то шансы остаться в живых. Если Альберт до сих пор здесь, то Дмитрий не собирался оставлять его на произвол судьбы.

— Покажите, где его найти! — обратился он к Эрике. Промелькнула слабая надежда, что, быть может, Альберту еще и удастся с помощью энергетики определить местонахождение остальных его друзей.

— Этажом ниже, — ответила Эрика, чем вызвала негодование у своего брата. Он же ясно сказал, чтобы они не задерживались.

Однако выразить свой протест Юрий не успел. В коридоре появился «костяной» и, прежде чем все трое успели среагировать, существо бросилось на ближайшего к нему Лескова. От неожиданности Дмитрий даже не успел применить свои способности. Тварь сбила его с ног, и острые когти передней лапы глубоко полоснули левый бок парня. Лесков вскрикнул от боли, но, прежде чем «костяной» успел вонзить клыки в тело своей жертвы, что-то остановило его. Существо вздрогнуло, словно увидело перед собой что-что опасное, а затем медленно попятилось назад. Запах крови раненого все еще пьянил его, но страх оказался сильнее. И вместо того, чтобы добить свою жертву, «костяной» прижался к полу и пронзительно завизжал. Юрий открыл по хищнику огонь, однако пули по-прежнему отлетали в стороны, не причиняя ему никакого вреда.

— Не стреляй! Разозлишь! — Дмитрий попытался перекричать визжащее существо, а затем начал осторожно подниматься с пола. Он прижал ладонь к раненому боку, чувствуя теплоту собственной крови. Но, к его облегчению, чешуя уже начала покрывать поврежденную зону. Эрика, сбросив оцепенение, поспешила к раненому и помогла ему подняться, в то время как Юрий все еще держал «костяного» на мушке.

— Я не могу ему навредить! — вырвалось у Воронцова. — Оружие его не берет!

Дмитрий не ответил. Его глаза встретились с горчично-желтыми глазами «костяного», и тварь наконец умолкла. Все еще прижимаясь к полу, она смотрела на Лескова, теперь уже не смея даже оскалиться.

— Идем за Вайнштейном, — произнес Дмитрий, обратившись к своим спутникам. Юрий растерянно посмотрел на Эрику, и девушка молча кивнула, не желая, чтобы брат оспаривал это решение. Однако, когда Лесков направился к «костяному», Воронцов все же не выдержал:

— Куда ты идешь? Оно же убьет тебя!

«Оно» не убило. Напротив, едва Лесков поравнялся с «костяным», существо поднялось с места и побежало впереди него, напоминая охотничью собаку.