Как соблазнить некроманта (СИ), стр. 16

— Дела идут довольно хорошо, но все же для высокой прибыли лучше, когда в продаже появляются новинки, которых у конкурентов не достать. Эксклюзивный ассортимент повышает интерес, а с ним покупатели чаще заходят, и продажи растут, — пояснял Дэррил, азартно блестя глазами — похоже, ему и в самом деле нравилось то, чем он занимается. — Если еще первое время предлагать бесплатно попробовать… Простите, Эванжелина, я так увлекся! Должно быть, Вам это совсем неинтересно.

— Что Вы, Вы очень интересно рассказываете, — я улыбнулась.

Мы пили уже по третьей чашке чая. Астра, принеся фирменный шоколадный кекс, незаметно подмигнула мне. Я, кажется, слегка покраснела и уткнулась в свою чашку.

К приятному голосу и потрясающе синим глазам Дэррила прилагалось открытое, располагающее лицо с ямочкой на подбородке, широкие плечи, подтянутая, хоть и плотная фигура, гармонично сочетавшая с высоким ростом. О том, что дела на семейном предприятии, шли хорошо, можно было догадаться и без его слов, по золотым часам, инкрустированным, похоже, бриллиантами, золотому же зажиму для галстука и запонкам с сапфирами. Одежда тоже выглядела довольно дорого, хоть и неброско. От мужчины будто исходили волны дружелюбия, и с ним было очень легко разговаривать.

— Обожаю выпечку и сладкое, — признался он, с удовольствием уплетая кекс — Но часто стараюсь этим не увлекаться: помимо умения разбираться в винах и удачливости в торговых делах, отец наградил меня и склонностью к излишне плотному телосложению. Так что моя кухарка может готовить десерты только в мое отсутствие. Но эта чайная оказалась единственным отрытым так рано заведением, и все здесь выглядит так аппетитно! Такого даже в столичных кондитерских нет. Похоже, этот город оказался богат на таланты и приятные сюрпризы, — он чуть дольше задержал на мне взгляд синих глаз — Я очень рад, что встретил Вас, леди Стонтон.

Я снова улыбнулась. Помимо того, что на мой вкус Дэррил был внешне очень привлекательным мужчиной, мне действительно по-настоящему нравилось с ним общаться. Он был весь наполнен какой-то радостью, легким отношением к жизни, открытостью к людям, смешно шутил, в том числе и над собой. А еще мне нравилось, как он на меня смотрел: не с привычным мне до зубовного скрежета вожделением, а с искренним восхищением, будто я была редким произведением искусства, которое не каждому доводится увидеть, а Дэррил внезапно попал в число счастливчиков.

— Мне тоже приятно познакомиться с Вами, господин Свенгорт, — искренне сказала я.

— О, прошу Вас, называйте меня по имени. Если, конечно, Вам это удобно.

Ну ведь есть же воспитанные мужчины!

— С удовольствием, Дэррил. Думаю, мы можем обойтись и без "леди Стонтон".

— Эванжелина, — мужчина заметно смутился. — Я бы очень хотел встретиться с Вами еще раз. Могу я пригласить Вас завтра на обед?

Скорее всего, я буду разбираться с одним не особо приятным некромантом. Я вспомнила, что так и не получила амулет, не разобралась с количеством прислуги и выполняемыми обязанностями, не решила вопрос покупки продуктов — таскать их на себе явно был не вариант, а Белла ясно дала понять, что помогать не намерена… Список моих невыполненных задач был поистине впечатляющим.

Дэррил, похоже, отнес мое помрачневшее лицо на свой счет.

— Если Вы не можете завтра, можно послезавтра или через день, и не обед, а ужин, завтрак, прогулка, что хотите, — выпалил он и уставился мне в лицо с надеждой в глазах.

— Я вовсе не отказываю Вам, Дэррил, я просто пока не определилась со своим свободным временем, — немного виновато сказала я.

— Давайте определимся вместе, — просиял мужчина. — Итак, где Вы обедаете завтра?

— С некромантом проклятущим, — раздался скрипучий голос за моей спиной.

Мы оба вздрогнули от неожиданности.

— Простите, леди, с кем? — не понял Дэррил.

— С любовником ейным, — радостно просветила его подошедшая к нам Йена, одна из главных сплетниц нашего городка.

Я мысленно застонала.

Помните историю с моим несостоявшимся женихом и его матерью, жаждавшей от меня избавиться? Одной из ее близких подруг в нашем городе как раз стала госпожа Йена — почтенная одинокая вдова. Должно быть, отсутствие своих детей привело к ее довольно активному участию в жизни окружающих вне зависимости от их согласия. Отчего-то уверившись в своем абсолютно верном и единственно правильном пониманием брачных уз, счастливых браков и всего связанного с семейной жизнью, своим священным долгом она искренне считала следить за моральным обликом юного (а иногда и не очень) поколения, раздавая соответствующие советы направо и налево.

На мой взгляд, в счастливых браках мужья не умирают в сорок лет (при том, что муж госпожи Йены отличался довольно неплохим здоровьем, не употребляя ни различных настоек, коими славились наши местные ресторации, ни пробуя модных ныне табачных сигарилл), но кого интересовало мое мнение?

Особенно ее возмущали девицы, которые только и ждали подходящего момента, чтобы заморочить голову достойному юноше, заставив того произнести в храме обеты, в потом всячески избегали выполнения исконно женских обязанностей, чем обрекали новообретенного супруга на большие траты и всяческими иными способами причиняли семейному же бюджету невосполнимый ущерб.

— Представляете, дорогая, они заказывают почти всю еду в ресторациях, даже для гостей, его жена ни разу даже домашним обедом не озаботилась! — возмущалась как-то госпожа Йена после свадьбы сына нашего мельника с дочкой купца, поселившейся здесь совсем недавно — Это просто неслыханно! Бедный мальчик скоро все размотает на прихоти этой девицы и по миру пойдет!

При этом ее совершенно не смущало, что бедный мальчик был бедным в самом прямом смысле-перед своей кончиной вполне разумный и рассудительный господин Жеркант, наш мельник, вполне преуспевавший в своем деле, съездив в столицу на ежегодную ярмарку и наслушавшись речей какого-то мошенника, отчего-то решил вложить почти все состояние в довольно сомнительное предприятие, обещавшее, впрочем, огромный барыш, если все выгорит. Не выгорело. Деньги пропали, а господин Жеркант умер от сердечной болезни, так и не оправившись от такого удара. Так что брак с Селиной случился у его сына по исключительно большой и чистой любви, при этом за девушкой дали большое приданое, так что, по мне, она имела полное право тратить свои деньги, как пожелает — будь моя воля, я тоже и пальцем бы по дому не пошевелила, просто отца с деньгами, как у Селины, у меня не было.

Однако госпожа Йена была другого мнения.

— Это же чистый срам! — возмущалась она — Такое неуважение даже к своей собственной семье, вырастили избалованную невестку-белоручку и неумеху!

Родители Селины, имея, кроме нее, троих женатых сыновей, и, как следствие, трех невесток, как раз-таки полностью соответствовавших представлениям госпожи Наны об обязанностях замужней женщины, домашними обедами были сыты по горло и попросту радовались за нашедшую свою любовь младшую дочку.

Мама негодование госпожи Наны тоже не разделяла, поэтому вымученно улыбалась и стоически терпела.

— У ее ведь совсем никого нет! — говорила она. — Это так ужасно — не иметь возможности даже выговориться!

По мне, так эту возможность госпожа Нена никогда не упускала. Ввиду наличия у моей матери незаконнорожденного ребенка, она, а потом собственно и сам ребенок, то есть я, числились у госпожи Нены в первых рядах заблудших душ, которым необходимы ее наставления на путь истинный. Я это хорошенько прочувствовала еще до моего неудачного романа, когда она полагала меня хоть и пропащей ввиду моего происхождения, но еще имеющей шанс исправиться-разумеется, при должном усердии, коего я никогда не проявляла, чем ввергала ее в состояние искренней печали.

— Дура ты, Эванжелина, — говорила она мне, грустно качая головой. — Тебе надо думать не о том, как платья выбирать, перед мужчинами красоваться и глазками стрелять, а о будущем своем подумать! Шла бы в работный дом при монастыре каком-обута, одета, накормлена, мать содержание получает, а ты еще и при деле, мысли непутевые думать некогда, да и сама обстановка благостная, к смирению и послушанию располагает. А потом тебя бы замуж выдали за почтенного господина, который бы и не посмотрел, что ты отцом не признанная.