Дочь кучера. Мезальянс (СИ), стр. 105
– Сэгхарт? – переспросила она удивленно. – Граф Дельвиг?
– Да, милочка. Ваш муж. Пойдемте!
Глава 59
– Вы уверены?
Растерянную Лиру повели обратно, взяв в плотные объятия санитаров. Несмотря на увещевательный тон, каким обычно обращаются к детям и дурачкам, руки помощников Эрба держали ее крепко, отрезая возможные попытки к бегству.
– Да. Милочка. Сэгхарт оставил вас на мое попечение. Надо бы дать ему отдохнуть. Эти ваши выходки довели бы любого.
– Какие выходки? Я ничего не делала.
– Ну как же?
Эрб шел впереди, размахивая рукой с зажатым в ней шприцем. То, что в нем успокоительное Лира даже не сомневалась. Почему? Так ведь она бросилась бежать, а ему понадобилось срочно успокоить ее и предупредить следующие попытки.
– А как же подожженный особняк? Вставший на несколько часов вокзал? Потерянный дирижабль?
Лира не верила своим ушам. Марта, если судить по рассказам очевидцев была неловкой и очень шумной девицей, но поджог, вставший вокзал, отпущенный в небо дирижабль… Это все не было похоже на нее.
– Я этого не делала.
– Конечно же, не делали, – согласился тот. – Но разве кто-то теперь поверит вам?
Лекарь обернулся к ней, сверкнул стеклышками очков и одним коварным движением всадил иглу в ее предплечье.
– Место нужно обработать, идиот!
Ноги Лиры подкосились. Все тело разом обмякло, потяжелев и потянув ее к земле. От падения ее спасли помощники Эрба.
– Что… что это значит?
Губы Лиры заплетались, в голове сначала зашумело, а потом стало пусто. Она даже не сразу поняла, о чем твердит ей лекарь, слыша лишь отдаленное эхо своих мыслей: «сначала превратить… дура… сначала превратить!»
– А то и значит, что теперь это неважно, ваша светлость.
Дальше Эрб принялся разговаривать со своими помощниками. В голове у Лиры зашумело, она замотала ей, пытаясь отогнать завладевающее ей наваждение, вдобавок ко всему в желудке у Лиры заурчало и благодаря этому стало понятно почему так быстро подействовало седативное.
– Запеленайте ее и подготовьте для отбытия.
– Сэгхарт сказал!..
– Я сказал! Здесь сказал я и только я!
Раздался звук звонких пощечин. Лира попыталась поднять голову и посмотреть на происходящее. Хорош мужик! Даже дерется, как девчонка!
– Подготовьте ее к отбытию на Боз, что при взгляде на нее каждый думал, что графиня…
Он заглянул ей в лицо, присев на мгновение.
– …не в себе.
Лира закрыла глаза, собираясь с силами. Губы отказывались слушать ее, а тело неуклонно стремилось к земле. В голове так и стучало: «сначала превратить!.. потом разговаривать!.. сначала… превратить!» Но было поздно. Эрб ушел, оставив ее на попечение своих подчиненных. Ей только и оставалось, что терпеть прикосновения незнакомых ей людей, быть спелёнатой, да ждать, когда ее отпустит местное успокоительное.
– Что ты делаешь? Увидит кто!
Похожий на хорька помощник Эрба вдруг прекратил связывать ее и нет, он не одумался! Он запустил свою пятерню Лире под рубашку, пытаясь протиснуть пальцы и добраться до ее груди.
– А ты смотри! Глаза есть у тебя?
Лира дернулась, замычала, постаралась лягнуть ценителя прекрасного, а в итоге завалилась навзничь.
– Ослабь!
– Ты спятил? Зайдет сэгхарт и лучше бы не знать, что он предпримет.
Дружок хорька оказался умнее, но Лира молилась, чтобы он был еще и убедительным. Помощь пришла неожиданно и откуда не ждали.
– Положение просто удручающее, ваша светлость.
Пропало ощущение рук, тяжесть в груди и резкий запах редьки, но зато появился сэгхарт, собственной персоной. К ее большому сожалению, «хорек» успел отпрянуть раньше, прежде чем Эверт заметил хоть что-то.
– Не знаю, как вы справлялись…
Санитары пятились от нее все дальше и дальше, пока не пропали из ее поля зрения окончательно.
Лира не перепутала бы этот голос ни с чьим другим, особенно те его интонации, которые выдавали злость и раздражение.
– Я наслышан о ваших злоключениях и…
Докторишка вдруг замолчал, а потом весьма знакомо, то есть заикающеся продолжил:
– Я хотел сказать «проблемах» в семье.
– Вам показалось.
Эверт показался в поле ее зрения, а потом присел рядом. Но вот беда – Лира не могла сказать ему ни слова. Язык не слушался ее, вместо слов вырывались хрипы, да мычания.
– Что произошло на этот раз?
Эверт смотрел на нее с тревогой, но вот что могла сказать чересчур спокойная Лира – она еще никогда не видела таких печальных глаз. Не замечала она, чтобы Эверт грустил. Да и сказать правде: разве было у него время для подобных эмоций?
– Может вы уберете своих?.. Людей!
Она бы тоже затруднилась найти определение их должности. Судя по речи, выходкам и манерам помощники доктора Эрба были выходцами из простого народа. Лира не представляла, чтобы кто-то из знати, да даже из магов пошел на нечто подобное.
– Да-да! Конечно! Уйдите! Вон я сказал!
– Так что случилось на этот раз?
Эверт улыбнулся ей, едва заметным движением губ, провел пальцами по щеке, скользнул ими на лоб, да так и оставил их там.
– Почему она в рубашке?
– Пыталась бежать сразу же после вашего ухода. Мы сделали все, чтобы остановить ее, но сами понимаете графиня. Тут так просто не схватишь. Вы видите, во что превратилась моя вотчина.
Тело отказывалось слушаться, превратившись в какое-то подобие киселя. Лира смотрела на Эверта и понимала, что не может удержать взгляд на его лице. Ни глаза, ни язык не желали подчиняться ей.
– Хо… хо…
Она облизнула губы и ужаснулась тому, что просто не в состоянии закрыть свой рот. Не хватало только начать пускать слюни в подушку будучи при этом в своем уме и твердой памяти.
– Она рухнула с лошади и ударилась головой. Все обошлось без крови и рассечения. Я позволил себе сделать ей укол лаваниума, как видите это немного успокоило ее.
Лира злилась на себя и на собственную дурость. Она дитя двадцать первого века, выросшая на блокбастерах полных хитроумных и таких наивных злодеев, не смогла сначала превратить уродов, а уж потом только начать говорить с ними. Теперь же, пока он здесь, у нее не получается выговорить одно единственное слово «хорек», которое показало бы Эверту, что она – это она и никто больше.
– Милорд, пора сделать что-то. Графиня, как и Гвен Мелау, Смефт, Крогер демонстрирует все признаки деградации личности.
Сердце Лиры громко стукнулось где-то в районе горла и вновь забилось в прежнем ритме. Доктор Эрб говорил о других попаданцах. Он говорит правду или с ними он сделал что-то?
– Что вы предлагаете?
Лира дернулась, попытавшись стукнуть Эверта, а в итоге чуть было не свалилась с койки, перевернувшись на левый бок.
– Советую морской и влажный воздух Южного Боза. Уверен, что покой, морской и влажный воздух лавандовых лесов пойдет ей на пользу, дарует покой и быть может вернет ее разум.
– Считаете, что ей станет лучше?
Лира проговорила «Эверт!», но на деле получилось что-то маловразумительное. Он действительно поверил этому мерзкому скунсу и сейчас собственноручно отправит ее на этот пресловутый Боз! Она была наслышана о нем. Когда-то там располагался санаторий для влиятельных и богатых господ, но после появления тьмы и сокращения численности этой самой знати он пришел в упадок и оказался большей частью заброшен.
– Соглашайтесь, милорд. Неужели вы хотите допустить, что графиня напала на короля как этот Гвен? Принялась истязать себя и позорить честь семьи подобно Оливеру Крогеру? Вы не можете быть с ней постоянно. Никто не может. Я в курсе что случилось с вашим домом и это... Это все печально!
Лира закрыла глаза, не веря, что это происходит с ней. Она позаботилась о Марте, а сама угодила в самое пекло, но сейчас ее волновало другое: все ли в порядке с Карлдом, Кики и Севериком, а еще кто помогает этому чмошнику вытворять все это?
– Хорошо, но об этом не должен знать никто.