Шелест алой травы (СИ), стр. 39

— Ну что, девчонки! — весело сказала одна из Буншин-чан. — Распределяем цели?

Пусть мы использовали Хенге чаще любого другого дзюцу, но всё равно, знать, что перед тобой ты — но при этом слышать непримечательный мужской голос было непривычно.

Мы расселись на расчищенном участке пола и расстелили тут же созданную с помощью Хенге грубую карту Северной Крепости. Пусть на чердаке было темным-темно, но для дзюцу это не было помехой — карта светилась, хоть окружающее пространство не освещала. На ней уже были нанесены обнаруженные Кагура Шинган отметки тех, кто вёл по отношению ко мне как подонок, а помимо этого — все более-менее сильные шиноби, чунины и старше. После того как мы по-быстрому разобрали будущих подопытных, одна из Буншин-чан заговорила.

— Пора нам учиться мыслить не тактически, а стратегически. Девчонки, вам не кажется, что опыты с чакрой — это не всё?

— Что ты имеешь в виду? — спросила её подруга.

До меня потихоньку стало доходить. И, судя по приглушенным возгласам, остальные не отставали.

— Ты имеешь в виду…

— Именно! Мы сегодня совершим самое тяжёлое преступление. Так почему бы не совместить его с чем-то менее тяжёлым?

— Например, найти побольше сейфов и тайников с деньгами!

— Среди стольких шиноби должен найтись хоть один свиток с дзюцу!

— Да и кунаи им уж точно не понадобятся!

— Можно найти заготовки под нормальные утяжелители!

Мои сёстры приглушённо гудели до тех пор, пока я на них не прикрикнула.

— Итак! Наша миссия имеет две цели — основную и второстепенную. Основная — проверка каждого из наших умений на добровольцах…

— Ах да, они ведь сами вызвались, загубив маму и обращаясь с нами как с дерьмом!

— После того, как все подопытные прилягут отдохнуть, приступаем к исполнению второстепенной цели. Ищем всё. Оружие, деньги, кибакуфуды, свитки с техниками и книги — в них могут быть важные знания. Также присматриваем пустые свитки и принадлежности для фуиндзюцу — всё добро нужно будет запечатать. Если кого-то обнаруживают, или кто-то замечает повышенную активность сигнатур чакры — незаметно развеивается, чтобы предупредить остальных. Точка сбора — здесь, тут же сгружаем все припасы. И да, рационы нам тоже пригодятся, их тоже тащите.

— Но ведь они отвратительные! — раздался недовольный гул. — У нас в свитках полно мяса!

— Вы сами знаете, что мясо может испортиться, ну а рационы хранятся бесконечно! — отрезала я.

— Ладно, тогда нечего ждать! — сказала одна из Аме-буншин-чан! — Помчались!

Мы вскочили и по одной, чтобы не столкнуться друг с другом, стали подходить к скату крыши и просачиваться сквозь него. Я присоединилась к компании.

— Эй, сестрёнка! — вновь раздался голос. — А разве ты не собираешься остаться здесь?

Ну да, клон всегда знает, кто оригинал.

— Что-то мне сегодня тоже захотелось развеяться! — криво усмехнулась я.

Несомненно, я поступаю нерационально. Возможно, позже я назову это вопиющей глупостью и безрассудством. Но сидеть в темноте, изнывая от мучительного ожидания, было выше моих сил. Дождавшись своей очереди, я сформировала чакру Дотона и канула в темноту безлунной ночи. Сегодня у меня было очень много дел.

Глава 16

Мне нельзя было идти к какому-нибудь сильному шиноби — если клон может в любой удобный момент развеяться, у меня подобный фокус не пройдёт. Пусть я и могла удерживать Хенге сколько угодно, но может так случиться, что мне понадобится вся чакра, весь контроль, и заботиться о ещё одном дзюцу будет просто невозможно. Это значило одно — мне нужен кто-то из слабаков. И таких кандидатур было две. Симпатяжка-ирьёнин, отправившая меня на верную смерть и тот ублюдок, что так старательно исполнял её распоряжения. Я решила начать с самого простого — с той, кто очень мало отличалась от гражданского. Ну и к тому же она очень удобно располагалась в отдельной комнате, ничьей чакры рядом не ощущалось.

Добраться до госпиталя по ночной деревне для той, кто, даже не активируя сенсорное дзюцу, ощущала пространство на сотни метров вокруг, оказалось занятием несложным. Несколько прыжков по крышам, пара коротких перебежек по улицам, взойти по стволу чудом уцелевшего в этом посёлке дерева, а затем, спрыгнув на деревянную черепицу госпиталя, подойти туда, где ощущалась такая знакомая чакра, удостовериться, что мой расчудесный подопытный экземпляр всё-таки спит, просочиться сквозь потолок в её комнату. Детские игрушки.

Там я неторопливо осмотрелась, с удовлетворением заметив, что сучка не доверяла своим пациентам — окно закрывали тяжёлые ставни, а дверь запирал тяжёлый деревянный засов. Нет, я всё понимаю, но ведь подобное не будет преградой даже для генина!

— Кеккайдзюцу: Теши Кеккай! — тихо сказала я, далеко вытянув руки и коснувшись противоположных стен.

Интересно, если бы она сейчас проснулась и увидела шиноби в маске и пижаме, чьи руки в пару раз длиннее его тела, как бы отреагировала? Да ладно, мне же всё равно! С любопытством осмотревшись в её комнате, я увидела в шкафу не слишком длинный ряд книг явно медицинского предназначения, а также на дальней полке лежала парочка свитков. Подождите дорогие, мамочка закончит дела и придёт к вам!

Как никогда хотелось разбудить сучку и поглумиться над её беспомощностью, но я быстро взяла себя в руки: подобное поведение — быстрый путь в могилу. Это делать можно только в одном случае — если ты теневой клон. Я мысленно пожелала девчонкам хорошо развлечься — их руки развязаны.

Не став мешкать, я склонилась над сучкой и, сосредоточившись на её каналах, впрыснула в тенкецу преобразованную чакру, с интересом наблюдая, как она мгновенно распространяется по телу. Тренировки на лесной живности были не напрасными — пусть приходилось прикладывать больше усилий, но вместе с тем, результат был настолько же хороший. Тщательно контролируя чакру, чтобы резонанс не затронул сердце, глаза, лёгкие и голосовые связки, я звонкой пощёчиной разбудила тварь.

— Привет, дорогая! — сказал «аме-нин» недоуменно распахнувшей глаза жертве.

Как и ожидалось, комнату сотряс громкий пронзительный вопль, заложивший мне барабанные перепонки.

— Покричи-покричи, всё равно никто тебя не услышит!

Она крикнула ещё пару раз для пробы, но, убедившись в правдивости моих слов, быстро заткнулась. И это было единственное, за что я ей была благодарна.

— У нас перемирие с Аме! — о, а сучка быстро пришла в себя.

— Нельзя быть настолько доверчивой, — насмешливым тоном сказала я. — Перемирие между скрытыми деревнями — это война, только другими способами.

— Что вам от меня нужно? У меня есть немного дене…

— Не бойся, о твоих деньгах я позабочусь позже. Сейчас меня интересуют только знания!

— Но тогда вам не ко мне, а в архив госпиталя. Там все свитки и книги, правда у нас тут не очень много — только полевая хирургия и простейшие дзюцу.

А она мне уже начинает нравиться. Хорошо, я наведаюсь и в архив.

— Ну, раз у нас с тобой возник такой доверительный разговор, может расскажешь, где в крепости находятся свитки с чем-то посерьёзней? Стихийные ниндзюцу, фуиндзюцу, гендзюцу… — кстати, о гендзюцу, а ведь предо мной прекрасный тестовый образец.

— У нас тут нет ничего подобного! — а вот теперь ты мне, сучка, снова не нравишься.

Я положила руку ей на плечо, моя болезненно-зелёная чакра скользнула ей в каналы и сучка зашлась в истошном крике. Мне не доставляло особого удовольствия пытать кого-либо, но то, с какой лёгкостью она отправила меня умирать, задавило любую жалость.

— Хватит!

Я склонила набок голову и убрала руку.

— Давай немного вместе подумаем. Это пограничная крепость, в которой регулярно идут сражения. Тут шиноби, чтобы выжить, должны тренироваться и совершенствовать свои умения. Кивни, если согласна! Ах, да, я забыл, ты не можешь кивать.

— Свитки заперты в особой комнате у коменданта крепости! Он всегда лично выдаёт их на руки! А ещё приказано все свитки убитых врагов и союзников приносить ему!