Принц по ГОСТу (СИ), стр. 44

Я уставилась на брюнетку с огромными, ясными глазами, сжимающую в руке красивую розу. Несколько капель крови проступило на ее тонких пальчиках, не смотря на то, что лицо у нее оставалось спокойным и каким-то отрешенным.

— А кровь означает, что она поплатилась жизнью за свою мечту, — заметил какой-то странный, я бы сказала, стремный мужчина в мантии, нехорошо улыбаясь в мою сторону. Обладая такой улыбкой, лучше избегать работы в дошкольных учреждениях. Казалось бы, в его лице нет ничего отталкивающего, если бы не тяжелый взгляд и улыбка, от которой по коже бегут мурашки.

Королевская семья прошла дальше, а маг в черном остался рядом, глядя на портреты.

— Приятно познакомиться, ректор. Маг, чародей при дворе Его Величества, короля… — прослушала я, краем уха, пытаясь инстинктивно держаться подальше от этого типа. — Голубые розы столь редки и капризны, что их может позволить себе только королевский двор. Занимательно, что когда принц дарит влюбленной в него девушке голубую розу, это означает, что он намекает ей о том, что ее мечта никогда не сбудется.

Перед глазами промелькнула роза, которую мне принесли в качестве извинений и надбавки за вредность чужого характера.

— А если девушка не примет ее? — поинтересовалась я, стараясь не смотреть в сторону мага. — Например, не возьмет в руки?

— Это означает, что она готова сражаться за свою любовь до последнего! Всего-то! — рассмеялся маг, а у меня хватило смелости взглянуть на него. Он вовсе не такой зловещий, как мне показалось на первый взгляд. Я честно решила поделиться своим настроение, подарив ему пусть слегка натужную, но вполне искреннюю улыбку.

— А-а-а, — протянула я, крепко задумавшись и подозрительно приглядываясь к стенам.

— Поэтому, принц любой ценой и под любым предлогом пытается отдать ей эту розу… До встречи на балу!

Маг удалился, махнув мне на прощание рукой, а я осталась смотреть на портреты. Я действительно многого не знаю об этом мире и его традициях, но зато знаю одно наверняка! Мне нужно успеть искупаться и переодеться к балу, который вот — вот начнется!

Я влетела в кабинет, разве что не на крыльях, расцветая улыбкой истинного счастья. Мое отражение в пыльном и старинном зеркале светилось радостью. Я улыбалась черному шкафу с пыльными книгами и журналами, улыбалась массивному столу, все еще сохранившему разводы глины, улыбалась портретам хмурых ректоров, порхая по кабинету и не скрывая свою радость… Это так невероятно, когда тебе удается то, что не удавалось твоим предшественникам! Даже туман за окном казался таким милым, не смотря на противное карканье ворон.

Ванна была наполнена горячей водой, а я намыливалась и смывала пену с волос. Еще немного времени, чтобы высохнуть и… Я вздохнула, пряча улыбку. Он хочет, чтобы я была красивой… По-настоящему красивой… Мой палец ковырял ободок ванной, пока я вспоминала тех молодых людей, чьи стандарты красоты измерялись старой футболкой, тусклыми волосами, засаленным, пропахшим жареной картошкой халатом, вечно орущих: «Ты куда вырядилась?». Я вытерлась, чувствуя, как улыбка все не сходит с моего лица, и стала натягивать платье…

Крак! Оно затрещало по швам и разошлось, обнажая еще больше прелестей за ту же цену! Прямо акции и скидки для любителей неглиже! Да что там скидки! Я посмотрела на грудь, которая вывалилась полностью. Тут прямо черная пятница! Я схватила мантию, пытаясь застирать рукава, но жабо отвалилось, обнажая ветхие нити…

В дверь раздался стук, от которого я экстренно стала натягивать мантию.

— Кто там? — поинтересовалась я так, словно меня оторвали от очень важных документов.

— Все ждут вас! Без вас бал не начинаем! — произнес голос. Я стала быстро снимать мантию, чувствуя, как она расходится по шву… Все! Это была моя последняя одежда! Отлично! Просто замечательно! Теперь единственный доступный мне маскарадный костюм, — костюм Евы! А что? Срам можно смело прикрывать журналом!

— Без вас не начинаем! Негоже заставлять монархов ждать! — заметил чей-то слуга, барабаня в дверь. Мой взгляд упал на белые простыни кровати… Говорят, что в замке живет привидение… Ну-ну!

Одну простыню, я обмотала вокруг груди, а другую накинула на плечи. Поверх мокрых волос я надела черную кружевную маску, удачно скрывающую круги под глазами от бессонных ночей. Судя по размеру ноги мадемуазель Шарман, могла запросто пнуть с пьедестала Золушку, поэтому я решила идти босиком, как и подобает маленькому привидению.

Самое страшное было сделать шаг в коридор, но стоило приоткрыть дверь, как чужие слуги тут же стали подобострастно восхищаться моим костюмом. Я вошла под дружные аплодисменты, чувствуя, как пол холодит ноги и как норовит упасть с меня нижняя простыня.

— Браво! — выкрикнул чей-то женский голос. — Замечательный костюм! Это утопленница?

— Нет, — слегка смутилась я, чувствуя себя футболистом, набивающим на ноге репутацию. — Говорят, что в этой Академии полным-полно привидений! Так вот, следуя традиции, я решила нарядиться одним из них. Если честно я долго думала над костюмом, а потом решила, что скромность и традиции украшают ректора!

— Вот это выдумка! — восхитилась публика, а я слегка расслабилась.

Танцы чередовались разговорами, по залу разгуливали слуги с кубками, учтиво предлагая их всем присутствующим. Я тоже взяла кубок, сделала глоток и почувствовала, что маленькое привидение оживает.

— Ой, эти туфли так жмут! Я вам так завидую! Вы босиком! Ну это ж надо было так придумать! — жаловалась мне разодетая в пух и горностай моложавая королева, а я чувствовала, что мои губы требуют срочного отпуска, в связи с застывшей на них улыбкой. Я не придумала ничего лучше, как подходить ко всем кучкам и с улыбкой произносить: «Благодарю вас за вашего сына!». По — крайней мере, так делал мой подслеповатый ЗАУЧ, рассыпаясь в благодарностях перед моими родителями «за столь чудесного мальчугана!».

Снова объявили танцы. Принцы долго и пристально осматривали руки своих девушек, а мне протянул руку очередной слуга, предлагая потанцевать. Привидение не танцевало, деликатно отказывая всем желающим и придерживая на груди простыню. Возле портьеры стояло нечто, отдаленно похожее на угрюмого некроманта в маске смерти. Взъерошенная смерть держала бокал, причмокивая и задумчиво глядя в сторону гостей.

Мне, как настоящему привидению, смерть, от которой шарахались все присутствующие, была как бы не страшна, поэтому я решила подойти поближе. Тем более, я уже догадываюсь, кто у нас спрятался под маской.

— Винсент? — поинтересовалась я, игнорируя косые взгляды, брошенные на встречу двух потусторонних сущностей.

— Я вот думаю… Тебе вино не горчит? Попробуй! — мне протянули свой бокал, откуда я сделала большой глоток, облизывая губы. — Привкус полыни…

Я еще раз облизала губы, пытаясь понять, где в вине эта самая горечь. По сравнению с тем, чем меня обычно поили, это было самое изумительное вино на свете…

— А вот мне горчит, — философски заметила Смерть, в тот момент, когда нас чуть не зацепили роскошными юбками танцующие пары. — И чувствуется небольшое послевкусие, похожее на лаванду… Но это — не лаванда…

Мимо нас осторожно шел слуга, с подноса которого мы сорвали еще один кубок. Винсент сделал глоток, причмокивая и отдавая мне бокал.

— И здесь так же… — вздохнул он. — Значит, все-таки яд у меня на днях пропал неспроста… Именно он… Я его чувствую!

— Что? — прыснула я вином на стену, глядя во все глаза на преподавателя по ядам, который, грел в руках свое пойло. — Вино отравлено? И ты молчал?

Красивая музыка лилась от придворных музыкантов, устроивших битву оркестров. Грянули духовые, пока я пыталась утащить смерть за портьеру и познакомить ее с ее тезкой!

— Да, сегодня утром я не досчитался четырех флаконов с концентрированным ядом, — исповедовалась перед смертью Смерть, пока я прижимала ее к стене.

— Сколько времени у нас есть? — шепотом наседала я, понимая, что занавеска, которая подозрительно и ритмично вздрагивает, невольно вызывает больше вопросов, чем ответов, но другого выхода не было.