Мар. Меч императора (СИ), стр. 24

С другой стороны амбара раздался звон мисок, а затем оттуда показался парнишка, которому я велел вычистить угол. При виде меня он насупился, стрельнул глазами в сторону собак, затем покосился на наблюдающего за нами гостя и, на всякий случай убрав руки за спину, буркнул:

— Нет. Твой дикарь постарался.

— Аш? — с недоумением обернулся в мою сторону Надир.

Я пожал плечами.

— Мелкий сказал: убираться некому, а оставлять этот свинарник без внимания значило не уважать моего брата и ваших четвероногих друзей.

— Значит так, Малек, — распорядился ашеяр. — С сегодняшнего дня уборка загона тоже на тебе.

— Почему это на мне?!

— Потому что больше некому! — отрезал Надир, и вскинувшийся было мальчишка сник. После чего скомкал тряпку, которую держал в руках, отвернулся и, буркнув что-то неразборчивое, потопал к южной стене, напоследок одарив меня злым взглядом, в котором горело отчетливое: ну, спасибо!

— С едой мы решим, — словно не заметив этого, обронил ашеяр. — На кухню пока не суйся, мясо для ашши я буду носить сам. Если же вдруг не успею или не смогу, то Эрт присмотрит.

Тот кивнул.

— Само собой.

— Магам я велел сюда не соваться, — так же озабоченно проговорил Надир, заставив меня удивленно вскинуть брови. Так вот кому мы обязаны отсутствием внимания? — Волку они не нужны. Тебе — тем более. С одеждой определимся по ходу дела. С оружием… там посмотрим. У тебя вещи где остались?

Я поморщился.

— В логове. Забрать бы надо.

— Хэнг запретил открывать для тебя ворота. Приказ лорда. Так что придется потерпеть. Если что понадобится, скажи.

— А у тебя проблем из-за этого не будет?

— Нет, — усмехнулся ашеяр. — Хэнг поручил тебя исключительно моим заботам. А с сегодняшнего дня повесил всю хозчасть полностью, включая кур, собак, лошадей и прочее. Кому же заниматься вами, как не мне?

Я хотел было съязвить на тему того, что Хэнг, оказывается, умеет принимать и адекватные решения, но в этот момент в донжоне скрипнула дверь, и оттуда вышел обсуждаемый нами командир. В уже знакомом хитиновом доспехе, правда, без шлема. Вооруженный до зубов. Но при этом, как ни странно, с совершенно непонятным выражением лица, которое заметно смягчилось при виде обернувшегося к нему гостя. А затем… о чудо… на тонких губах этого несговорчивого типа мелькнуло некое подобие улыбки!

— Атис!

— Отец, — отозвался гость, одновременно снимая шлем и делая шаг навстречу командиру. — Давно не виделись! Прости, что мы так долго — учитель задержал.

Они крепко обнялись, да так, что нагрудники гулко ударились друг об друга. После чего мужчины отстранились. Улыбка на суровом лице Хэнга стала отчетливее. А у меня при виде его сына едва не отвисла челюсть.

Е-мое! У этих двоих не было абсолютно ничего общего! Хэнг был невысоким крепышом, а Атис имел гораздо более изящное телосложение и возвышался над родителем на целых полголовы. Конечно, благодаря бритой макушке командира нельзя было с уверенностью судить о цвете его шевелюры, но густые темные брови и такие же темные глаза давали понять, что он определенно родился брюнетом. Тогда как у парня оказались на удивление светлые волосы и неестественно яркие голубые радужки.

Разумеется, вы можете сказать, что каких только чудес в природе не случается, и аристократическую внешность Атис вполне мог унаследовал от матери, но… блин! Это было слишком невероятно! При том, что в той же самой крепости находился совсем другой человек, которого Атис с гораздо большей степенью вероятности мог бы назвать отцом.

Нет, сходство с эль Саром-старшим не было таким уж явным. Если не присматриваться, то, кроме цвета волос, формы носа и высокого лба, явных указаний на близкое родство не имелось. Более того, парень гораздо больше походил на младшего брата графа, но его подноготную герцог как раз поднял всю, вплоть до самых мелких прегрешений. И попросту не мог пропустить на свет появление бастарда. Правда, в деле не указывалось, что у старшего эль Сара были дети. Но под него и не копали так тщательно. Имея прославленное прошлое и большие заслуги перед империей, Эрик эль Сар ни в чем не вызвал у герцога подозрений. Поэтому-то и не был казнен, когда стало известно об измене его младшего брата.

Но все же, все же… грыз меня червячок сомнения. И чем больше я смотрел на парня, тем больше убеждался: что-то тут не то.

— Пойдем, — наконец, хлопнув парня по плечу, усмехнулся Хэнг. — Лорд хочет тебя видеть.

Атис подобрался, напрягся как струна, возбужденно раздул ноздри и, больше ни на кого не глядя, устремился в донжон. А я, если честно, надолго озадачился. И лишь когда Атис скрылся за дверью, а затихли шаги его «отца», до меня наконец-то дошло, по какой причине эль Сар-старший отправился в эту тьмутаракань.

Раз уж ему оставили жизнь, имя и все прошлые регалии, значит, возможность и дальше служить в столице у него все-таки была. Карриан не сослал бы сюда блестящего, преданного лично ему офицера без веской на то причины. Более того, неплохо зная его величество, я бы предположил, что он мог даже настаивать на сохранении за эль Саром прежней должности. Император умел ценить преданность и старался сберечь нужных ему людей, даже если закон был категорически против.

Тем не менее эль Сар здесь. На краю мира. По соседству с самыми кошмарными тварями, которые только существовали на Тальраме. Причем, судя по всему, явился он сюда по доброй воле. В компании преданных ему людей, отпетых уголовников, наемников и смутно похожего на него мальчишки, называющего отцом совершенно другого человека.

Для простого совпадения это и впрямь было невероятно.

Но могло ли случиться так, что после предательства брата эль Сар пытался защитить не себя, а этого парня, у которого пока еще не было особых заслуг перед отечеством? Мог ли он, опасаясь за его жизнь, сам подать прошение о переводе? И уехать в занюханный Карраг не столько из-за себя, сколько ради Атиса? Своего единственного… вполне возможно, что незаконнорожденного сына, которому при иных обстоятельствах грозила казнь? И о существовании которого даже вездесущий герцог эль Соар ничего не знал?

Хм. В этом мире, похоже, все возможно. Даже такое непонятное создание, как я. А что касается происхождения Атиса — бог с ним. В конце концов, это не мое дело.

Глава 9

Пока я мыл Ворчуна, Эрт успел рассказать, почему Атиса и двух его приятелей называли «боевиками» и по какой причине их появлению так обрадовались в крепости.

Оказывается, в одном из сел неподалеку от Трайна жил старик. Вроде как мастер боевых искусств, местный гуру, с которым граф эль Сар долго искал встречи и каким-то образом сумел его уговорить натаскать пришедших с ним в Карраг воинов. Сами по себе воины и без того были неплохими — в личную дружину его сиятельство кого попало не брал. Однако старик и впрямь считался мастером своего дела. Вроде даже самому наместнику в Трайне телохранителей натаскивал. Но при этом, как говорят, господин Нолам был суров, упрям, местами даже злобен. А у графа эль Сара из всей дружины отобрал лишь двух, самых молодых и крепких парней. Полгода натаскивал их где-то у себя на заднем дворе. Затем отпустил. Но каждую зиму требовал, чтобы те возвращались на стажировку. На три-четыре месяца. Иногда больше. Как в летний… то есть, в зимний, конечно, лагерь, откуда парни каждый раз возвращались с новыми знаниями.

Граф тоже периодически навещал строптивого мастера. Как правило, в конце осени или в начале зимы, когда в Трайне начиналась пора осенних балов. Пару раз привозил с собой молодое пополнение на осмотр, но из всех претендентов старик отобрал в довесок к первой двойке всего одного кандидата. А остальных раз за разом возвращал обратно в Ойт, и никто не знал почему.

— Меня тоже не взял, — поморщившись, признался Эрт, когда Надир, сославшись на дела, ушел на западный двор, оставив нас отмывать Ворчуна вдвоем. — Сказал: я уже слишком стар для его методов.