Лед твоих объятий (СИ), стр. 22

Он снял заклятие невидимости и усмехнулся. Похоже, у женщины неплохое чутье на магов. Нужно убираться отсюда. Хватит страдать нелепой ностальгией. Свою прежнюю жизнь ему все равно не вернуть, значит, пора строить новую.

Он подошел к столу, нажал потайной рычаг и достал из выдвинувшегося ящика небольшой портрет. Посмотрев на изображение Энн, он провел ладонью по улыбающемуся лицу бывшей жены. В груди больно кольнуло. Анна мягко смотрела из-под ресниц, и этот ее взгляд по-прежнему заставлял его сердце биться быстрее. Какая же она красивая… Просто невероятно. И по-прежнему, недоступная.

Он вздохнул и убрал портрет за пазуху.

Пора было уходить, больше его здесь ничто не держало.

ГЛАВА 6

Утро началось с аромата ванили. М-мм… Мои любимые булочки.

Я открыла глаза, улыбнулась и потянулась к стоящему на тумбочке подносу. Горячий чай, выпечка, джем. Интересно, это совпадение или кто-то заранее выяснил мои вкусы?

Подхватив чашку, сделала глоток обжигающего напитка, блаженно, со стоном, выдохнула и неожиданно увидела блестящие, тщательно начищенные ботинки. С минуту я непонимающе смотрела на них, а потом, мой взгляд медленно пополз вверх. Идеально отутюженные брюки, модный ремень, белоснежная рубашка, выступающий над застегнутым воротником кадык, гладко выбритый подбородок, красивые, четко очерченные губы… Кимли. Он удобно развалился в кресле и внимательно наблюдал за мной своими ледяными глазами. Я невольно зависла, уставившись в манящую синь. Темную, колдовскую. Загадочную. Никогда не видела такого яркого оттенка. Может, это иллюзия?

Я даже попыталась перейти на магическое зрение, правда, быстро опомнилась.

— И что сие явление значит? — усмехнувшись, небрежно спросила у так называемого супруга, хотя, внутри в этот момент что-то предательски дрогнуло. Вспомнились нелепые обвинения, презрение Кимли, собственная обида. — Помнится, вчера вы так торопились покинуть мою спальню, что даже не удосужились попрощаться.

Мне удалось выдержать тон и не дать Ледяному почувствовать, что он задел меня своим недавним поведением.

— Будем считать, что я решил исправить это упущение и пришел пожелать вам доброго утра, — не менее насмешливо улыбнулся Кимли, но, в тот же миг, улыбка сползла с его губ, и он посерьезнел. — Пейте чай, Ребекка. Остынет.

— Чего вы хотите?

Аппетит пропал безвозвратно. Я отставила чашку и спустила ноги на пол.

— Поговорить о будущем.

Как интересно. Поговорить, значит. Ну-ну.

— Внимательно слушаю.

Я мазнула взглядом по невозмутимому лицу, чуть задержавшись на губах, и уставилась на муженька.

— Ричард предложил мне пост посла в Хроносе. Я подумал и решил согласиться. Осталось только решить, что делать с вами.

— А со мной непременно нужно что-то делать? Вчера мне показалось, что вы на это не настроены.

Я поддела ногой домашнюю туфельку и покачала ее на пальцах.

— Не ерничайте. Я не могу оставить вас в Сарте, но и взять с собой тоже не могу. Все-таки, должность накладывает некоторые обязательства, а я не уверен, что вы сумеете вести себя достойно.

— Вы забываетесь, — холодно процедила, глядя супругу в лицо. — Хочу напомнить, что я — дочь герцога и не понаслышке знаю, что такое достоинство и честь.

— Да? Что ж, вынужден поверить вам на слово. Подтверждений этому я пока не заметил.

— Это уже ваши проблемы.

— Да, вы правы. Это мои проблемы. Вернее, вы — моя проблема.

— Хм…

Я широко улыбнулась, закинула ногу на ногу и вызывающе посмотрела на супруга.

— Что вас так развеселило?

— Ну, как же? Помните, я предупреждала, что вы еще пожалеете о том, что не приняли мое предложение? Так вот, спешу поздравить. Вы, наконец, осознали мою правоту. Жаль, что так поздно, но тут уж я ничем не могу вам помочь.

Я развела руками, совсем забыв, что под пеньюаром нет белья. Взгляд Кимли застыл на моей груди, и это заставило меня поежиться и плотнее запахнуть легкий шелк. Хотя, толку с того? Тонкая ткань ничего не скрывала.

— Не можете? — задумчиво повторил супруг. — Что ж, это не так уж и важно. Решено. Вы едете со мной.

Он поднялся с кресла, распрямился во весь свой немаленький рост и бесстрастно произнес:

— У вас есть три дня, чтобы собрать вещи и подготовиться к переезду в Хронос.

— Вы серьезно?

— Абсолютно. И постарайтесь без глупостей.

Он не стал слушать моих возражений. Просто, развернулся и вышел из комнаты. Как всегда, холодный, мрачный, непредсказуемый.

Я растерянно смотрела на закрывшуюся дверь. М-да. Вот, кто разберет, что у муженька в голове? Уж точно не я.

Звук виг-тона вырвал меня из раздумий. Отец.

— Доброе утро, папа.

Я натянула на лицо безмятежную улыбку.

— Ребекка, у тебя все в порядке?

Папенька глядел на меня внимательно, будто пытался обнаружить какие-то изменения.

— Па, ты так на меня смотришь, словно отыскиваешь следы побоев, — хмыкнула я.

— А он тебя бил? — папино лицо покрылось морозным узором. — Ребекка, что ты молчишь? Если этот ублюдок тебя хоть пальцем тронул…

— Пап, успокойся, — прервала я гневную тираду, не понимая, какой дорг вселился в моего спокойного, обычно родителя. — Я просто пошутила. Со мной все в порядке.

Отец потер виски и посмотрел на меня с грустью.

— Ты уже слышал новость о назначении Кимли послом? — спросила я.

— Да, — коротко ответил он.

— Что скажешь?

— Похоже, Ричард решил отослать его подальше и заодно устроить проверку. Бекс, ты вовсе не обязана ехать с мужем. Мы могли бы…

— Кимли дал мне три дня на сборы, — перебила я отца.

Что это значит, объяснять не стоило.

Папенька бросил на меня задумчивый взгляд и тихо сказал:

— Приезжай домой, дочь. Нам нужно поговорить.

Он прикрыл веки. Надоело смотреть на белое месиво за окном иллюминатора. Двигор несся сквозь плотный слой облаков, прорезая его своей узкой мордой, а он все обдумывал то, что произошло за последние дни и приходил к печальному выводу — он снова не хозяин своей жизни. Тонкая нить, сотканная богами, опять путается, вплетая в жизненную канву чужие узоры. Ричард, Гринделлы, Ребекка. Должность посла. Неясное будущее.

Что ждет его под жарким солнцем Хроноса? Какие сюрпризы готовит судьба?

Двигор вздрогнул, и он больно ударился локтем о выступающий столик. Унаши сатар. Потерев ушибленное место, беззвучно выругался. Дорг бы побрал этот полет.

Железная скорлупка, с жалкими зачатками интеллекта, с самого начала не внушала доверия, но ему пришлось с этим смириться. И с этим, и со многим другим.

Он устало вздохнул. И почему нельзя было воспользоваться портальным переходом? Он так и не понял, что случилось с миром, и почему все достижения магии оказались погребенными под грудой технического, как его называют прогресса. По нему, так это, скорее, регресс. "Равные возможности для всех".

Глупости. Равенство невозможно в принципе. И мир всегда будет делиться на магов и немагов, на сильных и слабых, на талантливых и бесталанных. Закон жизни, который еще никому не удалось изменить.

— Джонни, давай подменю, — услышал он голос жены.

— Бекс, если твой папаша узнает, — неуверенно протянул пилот, — мало мне не покажется.

— А он мне больше не начальник, — весело отозвалась Ребекка. — Ну, двигайся правее.

Из кабины донеслась какая-то возня, а потом, наступила тишина. Он насторожился. Что-то вокруг неуловимо изменилось, но он пока не мог понять что.

— Крев сатари. Бекс, поосторожнее, мы ведь не одни, — воскликнул пилот.

— Не трусь, Джонни. Мы с твоей ласточкой хорошо понимаем друг друга.

Он открыл глаза. Взгляд уткнулся в знакомую спину.

Ребекка. Она сидела на месте пилота, а ее руки уверенно лежали на штурвале двигора.

— Давай, детка, — услышал он голос, в котором звучала непривычная нежность. — Покажем мальчикам, на что мы способны.