Афера в Темную ночь (СИ), стр. 30
А может и правда? В принципе, каким-то образом все же реально предупредить Арклина. Если действовать аккуратно, подчистить следы аур? Наверняка существуют методы, надо поискать в книгах… Но он — деструктор и важный агент Ведомства, если сделаем хоть одну ошибку, нас раскроют. А если останемся в стороне, и замороженная селедка помрет, часть ответственности ляжет на нас, и тогда Бланш задушит меня своей виной.
— Фло, не хочешь поведать мне, от кого бежала с площади?
Погрузившись в тяжкие думы, не сразу разобрала вопрос.
— А?
— Ты неслась к шлагбауму, будто за тобой гнались рорские демоны.
Бланш — такая Бланш! Лучше бы она и дальше думала о горемычном Арклине.
— Ты про гвардейца? Так это Хайдер… Помнишь, я рассказывала про дружбу в детстве с одним соседским недотепой? Он только вернулся из Армии.
Менталистка сняла очки, потерла переносицу.
— Я поняла, что это Хайдер, на форме была вышита фамилия. Но ты бежала не от него.
— Да не бежала я! — Отозвалась, почти не покривив душой. — Всего лишь не хотела встречаться с человеком, проигравшим мне тысячу шегов!
Юлить не имело смысла, и я подробно рассказала Бланш о злоключениях последних дней и о вчерашних выкрутасах Кайка. Когда закончила, тонкие шторы окрасились в густые оранжевые цвета, поднос с десертами и чайник опустели.
— Рано или поздно тебя должны были заметить, — философски заявила подруга. — Ты привлекательная молодая леди. Не настала ли пора выбирать спутника жизни?
— И им явно будет не Кайк! — фыркнула я.
— Он хотя бы вызвал твой интерес. Уже немало. Всего за пару дней этот лорд задел твою гордость, заявил о своих желаниях и даже вырвал поцелуй. Расторопный и упорный. Не станешь же ты лгать самой себе и утверждать, будто не восхитилась и тебе безразлично?
— Мне не безразлично, но все что я ощущаю — это возмущение и презрение ко всякого рода хамам и мошенникам. И еще… печаль. Да, именно печаль, что такие люди теперь величаются аристократами! Никакого восхищения!
Если только чуть-чуть. Партию в рейших он почти выиграл, почти сумел обмануть меня. Меня! Впервые кто-то подошел так близко, чтобы оставить в дурах графиню Келерой!
Бланш снисходительно усмехнулась.
— Твое возмущение — тоже форма интереса, интуитивного. Время стирает границы сословий. Простые рабочие становятся лордами, а лорды превращаются в невнятных прожигателей жизни, на которых ты и не глянешь. Можно обижаться на подобный порядок вещей, но это социальное обновление. Как в природе, когда осенью деревья сбрасывают листья, чтобы весной обзавестись новыми…
Если подруга переключилась на свою волну, значит окончательно пришла в себя. Но согласиться с ней я никак не могла!
— Лорд Кайк — из простых, каким бы успешным, богатым, влиятельным, он не был. В основе своей мы разные.
— Настолько ли? — усмехнулась она.
— Я воспитана в благородных традициях, а он улицей, и этого не вытравишь! Кайк — мошенник, а я…
— Те, кого мы обыграли, Фло, скажут о тебе тоже самое. Вопрос — в точке зрения. И чем раньше ты отбросишь предрассудки, посмотришь на мир шире, тем скорее познаешь настоящее чувство.
Подозреваю, что в мягких поучениях и проявлялась предрасположенность Бланш к ментальной магии. Забавно наблюдать, как подруга превращается в пафосную наставницу, когда речь заходит о человеческих отношениях, и в маленькую несмышленую девочку, когда дело касалось всего остального. «А! Что делать?! Что делать?! Арклину грозит смерть?! Фло, скорее спасаем его!»
Я рассмеялась.
— В прошлый раз ты говорила мне тоже самое, когда прочила в спутники жизни сборщика из цеха три-два!
— Грустно видеть, как ты упускаешь возможности стать счастливее…
— Спасибо, но моя жизнь и так неплоха. От глубокого чувства нет прока, если оно не принесет весомой выгоды. Какая выгода простолюдина? Кстати, заметь, я была бы не против провести с Кайком ночь, но… тогда он решит, что победил. А я не хочу, чтобы он побеждал. Если плебей выбрал такую тактику ради секса со мной, то просчитался. У него было бы больше шансов, прояви он такт и галантность.
— Ты бы даже не заметила его… — с сомнением протянула Бланш, затем мечтательно улыбнулась своим мыслям и едва слышно прошептала: — Будь я тобой, попробовала бы… отбросила гордость, отпустила поводья, недолго погорела бы в этом костре чувств. Да, я бы хотела, наверное…
В тот миг она находилась где-то далеко, я тут же вернула ее обратно:
— Разве тебе что-то мешает?
Расфокусированный взгляд чуть мерцал. Девушка виновато пожала плечами.
— Я это видела в других, Фло, ловила отголоски страсти и нежности, подсмотрела их у случайных прохожих, у наших коллег… Ты не знаешь всепоглощающей любви — и… это хорошо. Она неведома, и поэтому станет удивительным открытием. А я… Я тоже не испытывала ее, но уже представляю, какая она. Как будто кто-то прожевал мою конфету и выплюнул на тарелку. Дар чтеца — это проклятье, и чем дальше, тем мне проще считывать окружающих. Какие могут быть отношения, если я понимаю человека лучше его самого? Наверное, мы рождены для другого, Фло… Не для любви.
— Ты же говорила, что не читаешь? — нахмурилась я.
Бланш смотрела на меня долго, с затаенной грустью.
— Это получается само собой…
— Так контролируй себя! И вообще… чтецы — тоже люди и наверняка выходят замуж!
Подруга ничего не ответила.
— Среди высшего общества принято выбирать себе спутников жизни головой, а не сердцем, — зашла я с другой стороны. — А ты — могущественная магиня, Бланш, одна из нас. Будь у меня такой дар, я бы точно уже решила бы все свои проблемы! И мужем бы обзавелась… Каким-нибудь герцогом! А не комплексовала бы тут!
Она продолжала молчать.
— Посмотри на Гилейн. Прекрасно сработала! И теперь здорово живет. Умная женщина! Да и не ты ли говорила, что страсть проходит? Не понимаю тебя!
— Умная женщина часто несчастна.
— Менталистская чушь! Марго безмерно счастлива, поверь мне! С деньгами, благополучием, титулом! И вообще, умная женщина ни о чем не жалеет! Она ищет…
В меня прилетела подушка. Пух! Едва успела поймать ее перед носом! Бланш захихикала:
— Что ты заладила — умная-умная?!
Выглянув из-за пушистого снаряда, я продолжила:
— Так вот, умная женщина ищет достойного мужчину! И в моем случае он будет настоящим аристократом! А не фальшивым!
— Умная женщина уже никого не ищет, — послышался скрипучий голос из-за двери. — Поверьте моему опыту.
На пороге появилась бабуля Лили, закутанная в шаль и мантию. Я немедленно вскочила с кресла, склонив голову в приветствии.
— Миссис Майлок!
— Леди ди Келерой, какой приятный сюрприз! — лицемерно пропела щупленькая старушенция. — Надеюсь, вы останетесь на ужин?
Традиционный вопрос — дань приличиям, традиционный ответ:
— К сожалению, вынуждена не принять вашего радушного приглашения. Дела…
Вообще-то и правда засиделась. Надо заказать ужин в ресторане… как раз к моему возвращению привезут!
— Что же, жаль. Хорошего вечера!
Переводим на понятный язык: «Я пришла домой, поэтому выметайся отсюда, аристократка! Якшайся с людьми из своего круга, а не вертись рядом с моей внучкой с развращающими идеями! Знаю, знаю… не доведешь ее до добра!»
Гостиную тут же заполнила неловкость Бланш. Каждый раз, когда мы сталкивались с ее родственницей в одном помещении, она пыталась сгладить острые углы, погасить недовольство бабули Лили, невидимым удушливым маревом, окутывавшее меня.
Миленько осклабившись, я принялась собираться.
— Давай, положу пирожков для Фрэнки? — засуетилась подруга. — С апельсиновым кремом?
— Ни за что! Ты давно его видела? Он скоро в дверь не войдет!
— Один только!
— Нет! Ему их вообще нельзя! Из-за лишнего веса он два раза меч поднимет, а на третий уже весь потный, мерзкий, сопящий. Фу!
Схватив сумочку, я выскочила за дверь. Тут и дышится свободнее. Снаружи смеркалось, зажегся единственный в переулке фонарь, его едва хватало, чтобы разогнать густой сумрак маленького дворика. Длинные тени залегли за фонтаном, в соседском доме залаяла собака. Нацепив мантию, Бланш вышла проводить меня, я же уже успела закурить и вызвать экипаж и теперь размышляла, чтобы такое заказать Фрэнки на ужин… Что-то диетическое.