Попаданка для принца демонов. Часть 2-3 (СИ), стр. 31
Туман развеялся, и комната предстала передо мной, удивительно реальная. Плотная, ничуть не призрачная материя; четкие формы и очертания. Приоткрытый гардероб с женской одеждой. Любовные романчики в той же серии, что в моей спальне во дворце Дораха. И белое перо на столе.
Я направилась прямо к столу, взяла перо в руки. Наяву несколько дней назад я сделала это ненароком, из любопытства. Сейчас внутри меня сидело твердое знание — я должна дотронуться до пера, чтобы вызывать призрак Кесайи. И никакой это не призрак, а послание, которое она оставила перед смертью.
А еще я совсем не чувствовала страха — в отличие от прошлого раза. Ничто здесь не могло причинить мне вреда. Это было самое безопасное место во Вселенной.
Уверенно взяла перо в руки. Повернулась к центру комнаты. С восхищением смотрела, как в воздухе прорисовывается изящный женский силуэт. С огромными крыльями. Как я могла испугаться их в прошлый раз?
Женщина посмотрела мне прямо в глаза. Это лицо… Оно неуловимо напоминало то, что я ежедневно видела в зеркале. И все те девушки-доноры… Даже нас с Мариной посторонние иногда принимали за сестер.
Передо мной стояла «духовная прародительница» всех нас — доноров холиона.
«Кесайя», — проговорила я, и только потом осознала, что назвала ее имя вслух. И вздрогнула, услышав в ответ:
— Алена…
Меня тряхануло так, что я чудом не проснулась. Должно быть, сон был непростым, а магически наведенным, раз я удержалась в нем.
— Алена… — повторила ангел. — Запомни… Холион — это только начало. Центр — любовь. Достигни центра — и станешь непобедима. В центре — истинная реальность.
Взмах огромных крыльев — и ангел растаяла в воздухе так же неожиданно, как появилась. А меня закружило в воронке молочно-белого вихря. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела над собой бледно-розовый потолок нашего номера в хостеле.
Рядом мирно посапывал Дорах. Я повернулась и невольно залюбовалась его лицом. Во сне оно оказалось мягким и расслабленным — как у простого человека, а не грозного принца демонов.
Я потянулась к его губам. Едва коснулась, как меня мгновенно захватила в тиски могучая рука, а в бедро уперлось что-то очень твердое.
— Алена… — прошептал он.
Между ног тут же потеплело и увлажнилось. Я вожделела принять в себя моего мужчину. О боги… что я такое подумала?! Неужели я готова признать его своим мужчиной?!
Мы прижались друг к другу плотнее, растворяясь друг в друге, отдавшись утреннему томлению. И вдруг где-то сбоку громко хлопнуло.
Не успела я глазом моргнуть — Дорах уже стоял на ногах. А перед ним — обнаженным и беззащитным — стоял Ристарх в королевском облачении. Из-за его плеча выглядывала до отвращения знакомая физиономия. Лаймах.
— Далеко же вы убежали, голубки!
Глава 9
Меня парализовал ужас. Я не могла ни пошевелиться, ни закричать. Глаза Дораха блеснули красным, а на голове материализовались острые рожки. Он принял боевую трансформу.
— Будем драться здесь, дядюшка? — ухмыльнулся Ристарх. — Разнесем полмира нашей дорогой Алены? Или все-таки переместимся в Мейлис?
— Вызываю тебя на поединок согласно Кодексу Высших демонов! — отчеканил Дорах.
— Принимаю, — небрежно бросил Ристарх. — Не боишься? У тебя ни артефактов, ни оружия.
— Бояться, тебя? Открывай портал на Арену и начнем бой.
— Твой донор. Которая попросила моего покровительства. Я забираю ее.
Дорах шагнул вбок, загораживая меня мощным обнаженным телом. Ристарх осклабился.
— Все же устроим драчку в этом мире?
— Мне плевать, где, — бросил принц. — Алену ты не получишь.
Не знаю, что в этот миг сподвигло меня сказать и сделать то, что я сделала. Я никогда не была склонна к самопожертвованию. Скажи мне кто — или ты умрешь, или демоны разрушат в драке твой мир — не думаю, что я сделала бы выбор в пользу Земли… Своя жизнь всегда была мне дороже всего.
Но сейчас я просто вскочила с кровати, придерживая на груди простыню.
— Не надо драться в моем мире. Я пойду с Ристархом.
— Нет, Алена! — рявкнул Дорах.
Но было поздно. Я стояла рядом с королем, и тот сгреб меня за локоть, оттаскивая себе за спину.
— Вот и стой там, курочка. А ты, дядюшка, лучше готовься к сражению! Это твой призрачный шанс заполучить назад последыша своей Кесайи!
Лицо Дораха потемнело. Он стиснул зубы.
— В бою я вобью твои оскорбления в твою глотку.
— Если дотянешься! — захохотал король и повел рукой перед собой.
Над линолеумом хостела разверзлось темное отверстие. Ристарх сделал шаг, крепко удерживая меня. Но затем остановился.
— Ах да. Забыл одно мелкое дельце.
Он резко развернулся к Лаймаху, занес руку, которая мгновенно превратилась в волосатую лапу с длинными острыми когтями, и полоснул по шее Лаймаха, распарывая горло.
С хрипами, бульканьем и стоном Младший демон осел на пол.
— За… что?!
— Ты сделал свою работу, привел меня к своему сюзерену, и больше не нужен мне. Пусть твой труп останется в этом мире.
Лаймах корчился в агонии, а Ристарх с ухмылкой продолжал, обращаясь теперь к Дораху:
— Ты опрометчиво сделал этого дурня своим вассалом, дядюшка. Ты не знал, что я разработал одно заклятье. Оно позволяет верховному сюзерену Мейлиса — королю — отслеживать своих подданных через вассальные связи. Если в моих руках будет вассал или сюзерен, то по этой связи я смогу отследить второго. Ну очень удобно! Ты хорошо замел следы, но этого предусмотреть не сумел! Поэтому скоро умрешь! А вслед за тобой я прикончу твоего симпатичного донора в ритуале жертвоприношения!
Меня затрясло мелкой дрожью. Дорах промолвил ласково, но твердо, обращаясь ко мне мимо Ристарха:
— Не слушай его, Алена. Пустое бахвальство. Ему не победить. С тобой все будет в порядке.
Ристарх расхохотался.
— Посмотрим-посмотрим! Ты точно так же будешь корчиться, дядюшка, — он кивнул на Лаймаха, который дернулся в последний раз и затих. — А я буду резать на кусочки твою любовницу и получать ее холион.
Дорах посмотрел в глаза племяннику.
— Я сделаю с тобой все, чем ты грозишь Алене. Хватит тянуть. На Арену.
Ристарх согнулся в дурашливом поклоне, указывая Дораху на портал. Тот качнул головой.
— С тобой одновременно.
— Как скажешь, дядюшка.
Он дернул меня за руку, и мы все втроем шагнули в черную дымку. Пара секунд круговорота в промозглом тумане — и мои босые ступни почувствовали горячий песок. Мы попали на огромную круглую площадку, огороженную прозрачными щитами.
Ристарх толкнул меня — несильно. Но меня отбросило назад словно пушечное ядро. Я полетела спиной прямиком на один из щитов, но не ударилась, а прилипла к нему, как намазанная клеем. В полете с меня свалилась простыня и осела на песок. Я осталась полностью обнажена — в том виде, в каком провела ночь рядом с Дорахом.
— Покоптись на солнце, цыпочка! Пока я разберусь с твоим петушком и займусь тобой!
Дорах яростно взревел и набросился на Ристарха. Тот отпрыгнул в сторону.
— Полегче, дядюшка, полегче, ты ведь не хочешь закончить нашу забаву слишком быстро! Ах да — конечно хочешь, ведь твоя курочка жарится на солнце голышом! Это задевает твое чувство собственности! Ничего, потерпи немного, недолго ей так красоваться! Вот выпущу тебе кишки — и сразу же оприходую ее холион! Подчиню Сейлим и стану божественным повелителем обоих миров!
Больше Дорах не отвлекался на разговоры. Он кубарем метнулся под ноги Ристарха. Тот не удержал равновесие и покатился по песку. Дорах набросился на него сверху, с размаху двинул кулаком в челюсть, и тут же вторым, сломал племяннику нос.
Ристарх завыл от боли. А Дорах приложил его еще пару раз. Бахвальство короля и верно не стоило ломаного гроша. Ну же, любимый, давай, расправься с ним поскорее!
Стоп. Это как я сейчас назвала его?! Любимый? Дораха? От волнения в мыслях проскользнуло, или?..
Господи, Рябченкова, нашла о чем париться. Как я называю Дораха в мыслях — последнее, что должно меня сейчас тревожить.