Попаданка для принца демонов. Часть 2-3 (СИ), стр. 24

Ристарх расхохотался.

— Ты забыла, куда попала, Алена. Это мир демонов. Тут за все надо платить. Хотела получить свободу подруги в подарок? Ее придется купить. Ну а дядюшке придется расплатиться за косяк. Потеряв тебя.

Мы говорили и двигались в ритме танца, которого я совсем не замечала. Что же делать? Довериться Ристарху? Или бросить Марину на произвол демонов? Позволить превратить ее в бесчувственного манкурта? Однажды увидеть на ее лице презрительную усмешку, когда упомяну Костю и детей…

— Хорошо. Что я должна сделать?

— Просто попроси. Сначала меня, а затем перед всем залом.

Сердце колотилось так, что перекрывало музыку и шум голосов. Казалось, в огромном зале только я и монарх. Который выжидающе глядел на меня.

Была не была. Надеюсь, я сумею вернуть тебе долг, Марина…

— Прошу о покровительстве, король Ристарх.

Демон повел рукой.

— Повтори.

Я вновь проговорила просьбу, и она прозвучала над залом, словно из громкоговорителя.

— Алена, нет! — раздался отчаянный крик Дораха. — Забери назад, пока не поздно!

Я увидела, как щуплая старческая фигурка мчится наперерез нам. Пара секунд — и налетит прямо на меня, сшибая с ног.

Ристарх вытянул руку ладонью вперед. Тело Альберта врезалось в невидимую преграду и отлетело кубарем.

— Изволим оказать покровительство Алене, донору класса А, по ее собственной просьбе. Принц Дорах, мы снимаем с тебя ответственность за донора и ее холион. Принимаем на себя. А тебе приказываем вести себя пристойно или покинуть королевский дворец.

— Что ты наделала, Алена! — простонали разбитые в кровь старческие губы. — Что ты наделала!

— Хватит! — отрезал король. — Нам надоело. Принц Дорах, убирайся вон!

Ристарх вытянул руку. Позади Дораха разверзлось темное отверстие. Затянуло принца, как в воронку, и следом затянулось само. Король махнул рукой. Широкая ухмылка темного, зловещего предвкушения расползлась по его физиономии, которая внезапно уподобила его истинному владыке демонов — жуткому, вселяющему ужас.

— Продолжаем бал, господа! Настало время основной программы!

Глава 33

По залу прокатился шорох оживления. Лица демонов и человеческих женщин засияли предвкушением. Доноры, которые до сих пор стояли сбившись в стайку и таращились на меня осуждающе, разбежались и подошли к демонам. Мэдди — к Рогриху, остальные, видимо, к своим хозяевам.

Мужчины тут же сграбастали их в охапку, бесцеремонно оглаживая по спине, животу, бедрам, ягодицам и груди. Не стесняясь окружающих. Вот вам и высшее общество.

«Холион! Холион!» — раздались бурные выкрики. Женщины и мужчины принялись срывать с себя и друг с друга одежду. Ристарх довольно взирал на творившееся непотребство.

— Что они делают?! — воскликнула я.

— Производят холион, Алена. Друг при друге… и при мне. Силой правителя я преумножу выделенный холион.

Он улыбался. А у меня пересохло горло.

— Когда… когда вы отпустите Марину?

— Да хоть сейчас.

Ристарх провел перед собой ладонью, и появился небольшой мерцающий экран. Через минуту в нем отразилось встревоженное лицо Каэрха.

— Ваше величество? Доброго вечера… Чем обязан чести?

— Приветствуем тебя, Каэрх. Мы приказываем вернуть донора Марину на Землю. Немедленно.

У Каэрха округлились глаза.

— Но… ваше величество, такого никогда не случалось!

— Мы создаем прецедент. Исполняй.

Каэрх поклонился, развернулся затылком и исчез с экрана. Я недоверчиво смотрела на гаснущие искорки. И все? Так просто?

Впрочем, для меня вряд ли выйдет просто. Я глазела на разгоравшуюся вакханалию вокруг. Рогрих задрал элегантное платье Мэдди, загнул ее раком и вколачивался в австралийку короткими, резкими рывками.

На другом конце зала профессор методистской церкви Дилайла расселась на корточках перед демоном с мерцающими рожками, припав к его паху. Голова ее быстро и ритмично двигалась взад-вперед.

Я отвернулась от неприятного зрелища и тут же наткнулась на еще более развратную картину. Ингрид, некогда верная жена и любящая мать, а ныне — заклейменная рабыня демона — стояла на коленях перед своим Высшим. Он грубо и жестко насиловал шведку в рот. При этом так взрыкивал от возбуждения, что слышно было всему залу.

Меня трясло от ужаса и отвращения. Неужели и меня сейчас заставят так же?! Ристарх расхохотался, будто прочитал мои мысли.

— Не дрожи так, Алена! Тебе это не грозит. Ты только что отреклась от своего хозяина. С моей помощью. Так что тебе теперь не светит выделять холион, ублажая кого-то из демонов.

— А как? — выдавила я срывающимся голосом. — Вы ведь не для того забрали меня у Дораха, чтобы лишить Мейлис моего холиона…

Хохот короля стал еще громче. Но когда он заговорил, слова прозвучали так тихо, что никто не мог их разобрать, кроме меня… И еще совсем молодого парнишки, которого подвели к Ристарху.

Глаза парня сверкали нездоровым возбуждением, как будто он был под наркотиком. Или под колдовским внушением. Я сомневалась, что он слышал и понимал хоть слово.

Он опустился перед Ристархом на колени. Я стояла, примороженная к полу, глядя, как король расстегивает штаны и притягивает к себе голову парня. А потом рывком отвернулась. Мечтала заложить уши глиной и не слышать омерзительных стонов короля, насиловавшего одурманенного мальчишку.

Делая свое гнусное дело, Ристарх отрывисто говорил мне, перемежая слова нечленораздельным мычанием:

— Отныне у тебя, Алена, иное предназначение. Я возьму холион от тебя напрямую… Как Дорах взял его у Кесайи…

— Ке… Кесайи?

— Ангела, которого ты видела в потайной комнате. Точнее, архангела. Кесайя была архангелом… Четыреста с лишним лет назад она прибыла в Мейлис с посольством… заключить договор о разделе новооткрытых планет. Мой неразумный дядюшка влюбился в нее. Взял в плен и отказался отпускать. Тогда Сейлим, мир ангелов, начал войну против нас…

Он прервался, сосредоточившись на несчастном наложнике. Я сглотнула подступившую тошноту. Не могла даже зажать уши — чтобы не пропустить, когда он вновь заговорит о войне и архангеле по имени Кесайя.

— Так вот… — наконец продолжил Ристарх. — Ангелы начали войну. Дядюшка кое-как принял решение вернуть Кесайю ангелам. Вот только она сама влюбилась в него и отказалась уходить. Наши миры оказались на грани катастрофы. Ангелы применили священное оружие, которое было только у них… Мейлис начал гибнуть. Сотни планет были уничтожены. И тогда дядюшка совершил единственное, что могло остановить разруху.

Вновь похотливые стоны и противно чавкающие звуки. Я не знала, чего хочу больше — провалиться сквозь землю или дождаться, когда Ристарх продолжит.

Отвлекшись от парня, он с хохотом возобновил рассказ:

— Жертвоприношение, милая моя Алена Рябченкова. Твой принц убил свою возлюбленную Кесайю. Смерть архангела выделила энергию колоссальной мощности. Холион. Это слово означает «душа архангела». Дядюшка направил эту энергию на создание заслона между Мейлисом и Сейлимом. И на латание военной разрухи.

Вот и заветная тайна. Лучше бы я и дальше ее не знала. Теперь понимаю, почему Дорах скрывал правду от меня и других девушек…. Пока они не превращались в податливых кукол, неспособных осуждать похитителей.

Но какое отношение к убитому архангелу Кесайе имели обыкновенные землянки, которых демоны похищали как доноров?!

— Дядюшка не смог взять всю силу Кесайи, — продолжал Ристарх. — Часть холиона просочилась в смертный мир. Там она воплощалась в женщинах, которые рождались крохотным подобием Кесайи. Таких мы находили и забирали себе как доноров холиона. Поскольку дядюшка трахал Кесайю неотрывно — даже в тот миг, когда убивал ее — холион высвобождался в донорах через секс. Чем большая частица архангела воплощалась в смертной женщине, тем выше ее класс как донора. Ты, Алена, со своим классом А — едва ли не чистейшее воплощение Кесайи. Потому ты смогла проникнуть в ее убежище, которое сгинуло из Мейлиса с ее смертью. Той комнаты за белой дверью больше не существует. Но тебе она явилась, потому что ты и есть Кесайя!