Огонь без дыма, стр. 39

— О небо, гадость какая! — Эдриан вдруг стремительно позеленел и прижал обе руки ко рту. Рванулся с кресла так стремительно, что чуть не опрокинул его.

Правда, до двери он так и не добежал. Его вывернуло в сухом рвотном позыве прямо в центре комнаты.

— Велдон, уведи его, — приказал Тегрей, ни на миг не отводя от меня напряженного взгляда.

Приятель тяжело вздохнул, явно желая остаться здесь. Но спорить не осмелился. Вместо этого подошел к принцу и настойчиво потянул его за локоть к выходу.

— Пойдемте, ваше высочество, — пророкотал его голос. — Не будем мешать.

Эдриан не стал протестовать, а подчинился с превеликой радостью. Спустя пару секунд до моего слуха донесся звук захлопнувшейся двери, доказывающий, что парочка покинула кабинет.

— Так ты не упадешь в обморок? — настойчиво повторил Тегрей свой недавний вопрос. — Это будет… очень некстати.

— Не упаду, — заверила я, каким-то чудом выдержав его испытующий взгляд.

— Хорошо. — По губам герцога промелькнула быстрая усмешка, но почти сразу он вновь стал убийственно серьезен. Продолжил тихо и внятно: — В таком случае гляди на мою кровь внимательно, Альберта. Представь, что это сгусток энергии. И найди, куда тянутся ниточки от этой силы. Полагаю, остальное ты поймешь по ходу действия. Девочка ты сообразительная.

Я неосознанно поморщилась от этой похвалы.

Надо бы как-нибудь намекнуть Тегрею, что мне не нравится, когда он называет меня «девочкой». Право слово, даже неизменное «Аль» из уст Томаса звучит не так обидно.

— Все поняла?

Тегрей внезапно поднял другую руку и провел по моей щеке, убирая волосы назад. Чуть задержал ладонь.

— Да хватит уже, — не выдержал Томас, который со стороны наблюдал за происходящим. — Что ты тетешкаешься с ней? Аль, начинай!

Тегрей недовольно дернул кадыком, как будто какое-то слово встало ему поперек горла. Но лишь едва заметно кивнул и опустил руку, подав мне тем самым знак.

Я покрепче обхватила его запястье, хотя прекрасно понимала, что Тегрей не станет сопротивляться. Все свое внимание сосредоточила на острие ножа.

Удивительно, но он не дрожал, когда я приложила лезвие к коже герцога. Я услышала, как тот неосознанно сделал глубокий вдох и задержал дыхание.

Все получилось намного проще, чем я предполагала. Как будто волю над моими действиями перехватил кто-то другой. Кто-то куда более жесткий, решительный и хладнокровный.

Нож легко разрезал ладонь Тегрея. Какой-то томительный миг края раны оставались чистыми, и я успела испугаться, что все-таки не приложила должного усилия. Неужели придется повторить? Но почти сразу показалась ярко-алая кровь, которая в один миг наполнила ладонь Тегрея.

Я наблюдала за этим, сама забыв о необходимости дышать. Кровь густела и темнела на глазах, превращаясь в вязкую, тягучую жидкость. И вдруг…

Я сама не поняла, что случилось в следующий момент. Но неожиданно почти свернувшаяся кровь словно вспыхнула изнутри собственным пламенем. Я знала, что это лишь кажется мне. Наверняка тот же Томас или Тегрей не видят сполохов багрового пламени, заплясавшего на ладони герцога, покорно протянутой ко мне. И в три стороны рванули толстые нити незримой связи.

Одна из них скрывалась за дверями. Так, она наверняка ведет к Эдриану, поэтому не буду тратить на нее времени.

Вторая нить была очень слабой и сильно дрожала, рискуя каждый миг порваться. Да, судя по всему, короля от гибели отделяет лишь шаг.

К моему удивлению, третья нить шла совсем рядом со второй и тянулась в том же направлении.

Куда она ведет? Неужели во дворец?

Внезапно накатила дурнота. В носу возник неприятный запах с отчетливыми металлическими нотками, и я покачнулась. Звякнув, из моих ослабевших пальцев выпал и покатился по столу нож, в котором уже отпала необходимость.

— Тише, девочка. — Тегрей уже был рядом. Другой рукой он привлек меня к себе, уберегая от возможного обморока.

Я дернулась было, пытаясь освободиться. Но, пожалуй, было проще разбить лбом каменную стену, чем выбраться из железного объятия герцога.

— Со мной все в порядке, — проговорила я, испуганно покосившись на Томаса — как он отреагирует на такое недопустимое проявление нежности и заботы к его невесте.

Но Томасу, по всей видимости, было плевать на то, что делает Тегрей. Он уже стоял на ногах, и его ноздри хищно раздувались.

— След, Аль! — воскликнул он. — Ты видишь след?

О да, я его прекрасно видела. Не видимая никем, кроме меня, нить убегала за дверь, маня следовать за ней.

— А теперь сосредоточься. — Тегрей отстранился. Властно приподнял мне подбородок, и мое сердце ухнуло в пятки от этого знакомого жеста. Неужели он опять поцелует меня? Но герцог уже продолжал: — Зажмурься. Представь город в своем воображении. Куда ведет след?

Я послушно выполнила его распоряжение. Закрыла глаза и словно вновь очутилась на высоте птичьего полета над Бриастлем. Собственный голос прозвучал сухо и отстраненно:

— Во дворец.

Тегрей со свистом втянул в себя воздух от этого известия. Томас выругался, да так, что на этот раз покраснела даже я, уже привыкшая к крепким словечкам в его исполнении.

— Едем, — проговорил он и первым рванул к дверям.

Тегрей последовал за ним. Правда, при этом он и не думал выпускать меня, бережно придерживая за локоть.

И не понять, то ли он всерьез беспокоится обо мне, то ли просто изображает заботу. Как там сказал Велдон? Герцог ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего. Видимо, сначала он решил применить тактику пряника по отношению ко мне.

Глава четвертая

Карета торопливо тряслась по ночным улицам Бриастля, почти обезлюдевшим в столь поздний час, унося нас все дальше и дальше от публичного дома.

Велдон опять занял место на облучке рядом с кучером. Тегрей вновь расположился напротив меня, а Томас сидел рядом.

Правда, принца с нами не было. Эдриана я вообще не видела после того, как мы покинули кабинет. Но не сомневалась, что с ним все в порядке. По всей видимости, заботу о нем взяли люди герцога.

— Пожалуйста. — Я протянула носовой платок герцогу, который досадливо рассматривал покрытую засохшими потеками крови ладонь. Пояснила в ответ на его удивленный взгляд: — Не беспокойтесь, он абсолютно чистый. Помнится, свой вы отдали принцу.

— Ты очень любезна. — Тегрей принял платок. И опять его пальцы словно случайно на какой-то миг дольше положенного задержались на моих. Правда, на этот раз я не отдернула руку.

В мягком оранжевом свете магических фонарей, мимо которых проезжала карета, я видела, как Тегрей, чуть морщась от боли, перетянул порез на руке платком.

Снова воцарилась тишина. Лицо герцога скрывала густая тень, но я не сомневалась, что он смотрит на меня. Слишком чесалась у меня переносица.

— Ты опять хмуришься, — внезапно проговорил он. — Какие еще идеи тревожат тебя, моя милая Альберта?

Как, ну как он догадался? Поневоле заподозришь — уж не является ли он мыслевидцем, как Томас.

Впрочем, последний как раз не умеет проникать в мои воспоминания. И это… очень хорошо. Ему бы вряд ли понравились мои впечатления о поцелуе с герцогом.

— Люблю людей с такой красноречивой мимикой, как у тебя. — Тегрей негромко фыркнул от смеха. — Словно открытую книгу читаешь. Так о чем ты задумалась, Альберта? Прошлое твое предположение оказалось весьма смелым, но получило подтверждение. Вдруг ты сумеешь удивить меня опять?

Да, стоит отметить очевидный факт: общаться с герцогом мне намного приятнее, чем с Томасом. И это начинает меня уже…

Нервировать. Пожалуй, это слово вернее всего отражает мои чувства. Я слишком хорошо запомнила предупреждение Велдона. А еще я помнила хлесткую оплеуху Тегрея и металлический вкус крови на моих губах после этого.

А теперь он так безукоризненно вежлив и мил по отношению ко мне. Поневоле заподозришь дурное.

— Говори, Аль, — приказал Томас, когда пауза слишком затянулась. — Вдруг еще что умное скажешь.