Господин Дьявол (СИ), стр. 16
Шкаф был настолько огромным, настолько высоким, что я не смогла дотянуться до той самой проклятой папки! Пришлось пускать в дело креативность.
Рядом со шкафом стоял журнальный столик. Однако, забравшись на него я по-прежнему не могла дотронуться до полки. Поэтому решила поставить на этот стол ещё и табуретку. Сняла туфли, и, пока босс усердно вчитывался в мои «перлы» и одновременно болтал с кем-то по телефону на арабском, я, полностью лишившись ума, забралась на стул.
В тот момент я не думала ни о чём-то. О том, например, что возможно выгляжу глупо, или о том, что стоять на шатающейся табуретке, которая стоит на не менее неустойчивом столе — грань безумства, но мне, чёрт подери, была нужна эта работа! И если бы он приказал вымыть окна в его кабинете со стороны улицы, на расстоянии более ста метров от земли, без страховки, конечно же я бы согласилась.
Ещё чуть-чуть… практически достала…
Кончиками пальцев коснулась той клятой папки, как вдруг… Стул всё-таки пошатнулся. А заодно и с ним стол.
Я даже понять ничего не успела.
Всё произошло одновременно очень быстро. И одновременно, как будто в замедленной съемке.
Секундный полет. Какой-то грохот, напоминающий звон посуды и взволнованный мужской вопль.
— Косомааак! Глупая Фэээр! Ты что творишь??
Он бросился ко мне как прокажённый, даже телефон отшвырнул в сторону, не нажав на кнопку «сброс вызова».
Интересно, переживал ли он тогда за меня?
Или же… переживал за то… что я, кажется, что-то разбила.
Как оказалось, когда я немного пришла в себя, очухавшись от боли и потрясения, поняла, что как тряпичная кукла, лежу на полу в груде мелких и острых осколков.
Вот смехота!
Вот ведь феерия позора!
В мой первый рабочий день.
Это ж я! Марина Акимова! Магнит для сраных неприятностей.
Приподнялась с пола, с ужасом посмотрела на свои руки, которые выглядели так, будто их пропустили через мясорубку. Окровавленные, с торчащими внутри осколками.
— Ты что наделала! Неуклюжая, бестолковая мышь!!! Ты разбила мою любимую вазу! — замахнулся, думала ударит… но он, напротив, присел рядом на корточки и с каким-то аномальным гневом в полыхающих глазах уставился на мои раны.
— Мне просто… просто… очень нужна эта работа. — Всхлипнула, корчась от боли.
Осколки разбитой вазы рассыпались по всему кабинету. Именно поэтому ему пришлось взять меня, истекающую кровью дурочку, на руки, перенести через всю комнату, и посадить на свой письменный стол.
Господин грубо смахнул на пол лежащие там бумажки, осторожно плюхнул меня попой на отполированную поверхность стола, вытащил из кармана платок.
В панике я даже не заметила, как нечаянно коснулась его белоснежной рубашки, когда мужчина, без предупреждения, подхватил меня на руки, крепко прижал к своей статной груди, и пронёс к столу.
Признаюсь, в этот миг я чуть было не померла в его объятиях.
Он прикоснулся ко мне! Обнял! Поделился своим теплом, позволил подышать своим головокружительным запахом!
Мне! Простому, безродному мышонку в округлых лупах.
Кстати, в момент падения, я потеряла свои очки. Амиру пришлось за ними вернуться. Несколько секунд и он… надевает их мне обратно. Сам!
Потому что с моих ладошек до сих пор капает кровь.
С ума сойти...
— Что, настолько нужна была работа, что готова была сломать себе шею? — пристроился практически между моих ног, пока я сидела на краю стола и обливалась ручьями ледяного пота, пытаясь опомниться от испуга.
Схватил за руку, за тыльную часть ладони, сильно сжал…. принялся аккуратно стряхивать осколки с раненной кожи.
— Очень. — Едва слышно, прикусив губу то ли от боли, то ли от того, что я чувствовала его прикосновения, которые, казалось бы, оставляли на моей нежной коже ожоги с волдырями.
— А если бы с крыши приказал прыгнуть? Тоже бы прыгнула?
— Н-наверно.
Вот именно сейчас… сейчас я бы сделала для тирана всё, что угодно.
Своими опасными глазами, своими чуткими руками, своими непредсказуемыми действиями он вывернул моё Эго наизнанку, разорвал чувство собственного достоинства, потоптался по гордости и даже вытер об неё ноги.
Конец. Теперь я навсегда останусь послушным и на всё согласным овощем.
Внезапно, голос босса заметно потеплел, как и его прищуренный взгляд.
— Не пытайся подластиться, Фэр. Ты меня плохо знаешь. Через неделю работы, уже будешь презирать и ненавидеть. — Вопреки угрозам, мужчина продолжал гладить мои руки, делая это с подозрительной нежностью. — Ты ведь знаешь, почему меня называют Господин Дьявол? Конечно же ты знаешь, глупая малявка!
Наверное именно в этот момент, когда он бережно очищал мои руки от осколков и вытирал кровь своим именным шелковым платком, а я смотрела прямо в его нахмуренное лицо, находящееся в паре каких-то там ничтожных сантиметрах, особенно… с жадностью пялилась на эти сочные, бледно-розовые губы, волевой подбородок, аристократичные скулы, харизматичный нос, и одновременно задыхалась от запаха его близости, я поняла… что влюбилась.
И плевать, какой у него характер, какое в дальнейшем будет ко мне отношение, я поняла… это всё! Это навсегда. Это сильнее меня. Эти ощущения намертво отпечатались в моей душе, в моём сердце и даже в моём разуме.
Отпечатались как клеймо. И даже не спросили меня: А оно мне надо?
В основном я относилась к мужчинам хладнокровно, считая представителей сильного пола насильниками, бабниками, маньяками. Наверно дело в юношеской травме, когда на мою честь покушался тот пьяный рокер с пузом и в наколках.
Но сейчас… сейчас меня будто встряхнуло хорошенько! Потому что мой босс… он показался мне чем-то невероятным! Он пленил меня своей красотой, своим положением в обществе, своими небывалыми достижениями, своей манерой поведения и, естественно, своим интересным происхождением. Именно поэтому мне раз и навсегда захотелось распрощаться со своими страхами. Мне захотелось содрать с него всю одежду, особенно штаны, и смело сказать: «Гудбай, моя девственность».
С ним.
Я хотела сделать это только с НИМ!
Он уловил восхищение в моих искрящихся глазах, именно поэтому резко отбросил руку в сторону и даже рыкнул, как будто ему на голову упал потолок.
Прежде, чем выскочить из комнаты, Амир схватил со стола телефон, прошипев в трубку:
— Врача сюда и уборщицу!
ГЛАВА 9.
— Мы на месте. Теперь ни звука. Ты готова? — Валерия резанула по мне острым, пропитанным льдом взглядом. Минутой ранее девушка смотрела на меня совершенно иначе — наверно она нервничает не меньше меня.
Это ведь мне предстоит исполнить сегодня роль...
Жертвы. Игрушки. Безделушки. И потаскушки.
Какую именно? Увы. Не знаю.
Какую пожелает мой сегодняшний Хозяин.
В ответ, я делаю несколько глубоких, успокоительных вдохов, закрываю глаза, киваю,
Ничего-ничего. Первый раз всегда страшно. И больно.
Это жизненно неизбежный момент. Который просто нужно пережить. Главное, думать о хорошем. О награде за свои страдания. О том, что очень скоро я рассчитаюсь с треклятыми долгами, верну обратно в дом конфискованную мебель, воду, газ и электричество. И больше не буду спать на полу, как собака.
Ибо лучшая награда за боль, унижения, страхи — конечно же деньги.
Три острожных, неторопливых стука в дверь.
Напряжение нарастает. Кровь в жилах закипает. Сердце вспыхивает огнём!
Дверь беззвучно открывается.
Не дожидаясь разрешения от Хозяина, Лера ведёт меня внутрь личных покоев клиента. Человека, который только что купил возможность лишить меня девственности за невероятно огромную сумму денег. Но для «Мистера Х» это сущий пустяк. Триста тысяч для него, известного бизнесмена-миллиардера, все равно что для меня, никчёмной нищей замухрышки, разовый поход в ресторан быстрого питания.