Соловей, стр. 63
– Я думала, вы хотите, чтобы они падали. Разве не для этого в них стреляют?
– Мы всю ночь искали пилота и не нашли. Кто-то его спрятал.
– Спрятал? Сомневаюсь. Вероятно, он просто погиб.
– Тогда должно было остаться тело, мадам. Мы нашли парашют, но не тело.
– Но кто может быть настолько глуп? Вы же… наказываете людей за подобное?
– Без промедления.
Вианну поразил его тон, она инстинктивно отшатнулась. И тут же вспомнила, как он стоял с хлыстом на платформе в тот день, когда депортировали Рашель.
– Простите мне резкость, мадам. Но мы изо всех сил демонстрировали свою лояльность и вот что получаем в ответ от вас, французов. Ложь, предательство и саботаж.
Вианна потрясенно раскрыла рот.
Он наконец заметил ее взгляд, смутился, попытался улыбнуться.
– Еще раз простите. Я не вас имею в виду, разумеется. Комендант обвиняет меня в провале поисков летчика. Приказано сегодня удвоить усилия. – Он направился к выходу. – Если не найду…
В открытой двери мелькнули серо-зеленые пятна. Солдаты.
– Всего доброго, мадам. – И добавил, оглянувшись: – Заприте все двери, мадам. Этот летчик, скорее всего, доведен до отчаяния. Вы же не хотите, чтобы он ворвался к вам в дом.
Бек вышел во двор к своей свите. Собаки остервенело рвались с поводков, обнюхивая землю у разрушенной стены.
Вианна проводила его взглядом и вдруг заметила, что дверь сарая чуть приоткрыта.
– Герр капитан!
Капитан остановился, псы натянули поводки.
И тут она вспомнила Рашель. Именно в сарае подруга спряталась бы, сумей сбежать.
– Н -нет, н-ничего, герр капитан.
Он коротко кивнул и вывел своих людей на дорогу.
Как только солдаты скрылись из виду, Вианна натянула башмаки и побежала к сараю. Она так спешила, что пару раз чуть не упала. На пороге перевела дыхание и рванула дверь.
Машину явно двигали.
– Я здесь, Рашель!
Откатив «рено», Вианна подняла крышку люка, включила фонарик и осветила темное нутро погреба.
– Рашель?
– Убирайся отсюда, Вианна. НЕМЕДЛЕННО.
– Изабель? – Вианна торопливо полезла вниз, приговаривая: – Изабель, что ты… – Она спрыгнула на земляной пол, обернулась к сестре.
И радостная улыбка тут же погасла. Платье Изабель было измазано кровью, в волосах листья, ветки, грязь, лицо исцарапано, и выглядела она так, будто продиралась через заросли ежевики.
Но это еще не самое страшное.
– Летчик, – в ужасе прошептала Вианна, уставившись на человека на матрасе. Она так перепугалась, что шарахнулась к стене, едва не повалив полки. – Тот, которого ищут.
– Ты не должна была сюда приходить.
– Это я не должна была? Какая же ты дура. Знаешь, что с нами будет, если его найдут здесь? Как ты могла подвергать нас такой опасности?
– Прости. Просто закрой подвал и поставь автомобиль на место. Завтра утром нас тут уже не будет.
– Ах, прости. – Вианну трясло от гнева. Как сестра посмела рисковать жизнью Софи, ее собственной жизнью? Да еще теперь, когда с ними Ари, который пока не осознал, что он теперь Даниэль. – Мы все погибнем из-за тебя.
Вианна не желала больше тут оставаться. Скорее прочь, подальше от этого американца… и безрассудной эгоистичной сестрицы.
– Чтобы к утру тебя здесь не было, Изабель. И не вздумай возвращаться.
– Но… – уязвленно начала было Изабель.
– Нет уж, – оборвала Вианна. – Я устала искать тебе оправдания. Да, я скверно относилась к тебе в детстве, мама умерла, папа алкоголик, мадам Дюма ужасно обращалась с тобой. И все это правда, и я старалась быть тебе хорошей сестрой, но сейчас – все, конец. Ты безрассудна и легкомысленна, как всегда, только теперь из-за тебя могут погибнуть люди. Но я не позволю тебе погубить Софи. Не смей сюда возвращаться. А если вернешься, я сама на тебя донесу. – С этими словами Вианна вылезла наверх и захлопнула за собой люк.
Чтобы не сорваться на истерику, Вианна принялась суетиться по дому. Разбудила детей, накормила их завтраком и погрузилась в домашние заботы.
Собрав последние созревшие овощи, она замариновала огурцы и цуккини, закатала несколько банок тыквенного пюре. И все это время Изабель и летчик не шли у нее из головы.
Что же делать? Вопрос преследовал ее до самого вечера. Хорошего решения не находилось. Очевидно одно: надо молчать, молчание всегда лучший выход.
Но как быть, если Бек, гестапо или эсэсовцы с собаками ворвутся в сарай? Если Бек отыщет летчика в сарае во дворе дома, где он сам живет, комендант едва ли будет доволен. Беку конец.
Комендант обвиняет меня в провале поисков летчика.
А униженный мужчина может быть опасен.
Может, рассказать все Беку? Он хороший человек. Он хотел спасти Рашель. Раздобыл документы для Ари. Отправлял посылки от Вианны в лагерь военнопленных.
Может, Бек согласится просто забрать летчика, а Изабель не тронет? Американца отправят в лагерь, а это не так уж плохо.
Вианна так и эдак крутила эти вопросы в голове – и за ужином, и после, когда укладывала детей. Сама она даже не пыталась уснуть. Разве можно спать, когда семья в опасности? И, вспомнив, кто виноват, она опять разозлилась на Изабель. В десять часов раздался топот сапог, громкий стук в дверь.
Отложив штопку, Вианна поправила прическу, поднялась с дивана и отворила. Руки так дрожали, что пришлось упереть их в бока.
– Герр капитан. Вы сегодня припозднились. Приготовить вам ужин?
– Нет, благодарю, – буркнул он, впервые столь нелюбезно. Молча прошел к себе, появился с бутылкой. Налил щедрую порцию в выщербленный стакан, осушил одним махом, налил еще.
– Герр капитан?
– Мы его не нашли, – выдохнул он, прикончив вторую порцию и наливая третью.
– О.
– Гестапо. – Он мрачно посмотрел на Вианну. – Меня расстреляют.
– Нет, что вы.
– Они не терпят неудач. – Допив вино, он грохнул стакан на стол, едва не разбив. – Я искал всюду. Обшарил каждый уголок, каждую щель в этом дрянном городишке. Я обыскал погребы, подвалы и курятники. Рылся в колючих кустах и мусорных кучах. И что в итоге? Окровавленный парашют, а летчика след простыл.
– В-вы наверняка еще не везде искали. – Она хотела утешить его. – Давайте я вас покормлю? Кое-что осталось от ужина.
Внезапно он замер. Прищурившись, пробормотал:
– Это невозможно, но… – Схватив фонарь, Бек бросился в кухонный чулан, рывком распахнул дверь.
– Что вы д-делаете?
– Обыскиваю ваш дом.
– Не думаете же вы…
Сердце колотилось как бешеное, пока он метался из комнаты в комнату, вышвыривал вещи из шкафов, отодвигал диван от стены.
– Удовлетворены?
– Удовлетворен, мадам? На этой неделе мы потеряли четырнадцать пилотов и бог весть сколько человек из наземных служб. Два дня назад разбомбили завод «Мерседес-Бенц», все рабочие погибли. Мой дядя там работает. То есть работал.
– Мне очень жаль…
Вианна выдохнула, надеясь, что все улеглось наконец, но тут он ринулся во двор.
Она что, вскрикнула? Похоже, да. Вианна бросилась следом, пытаясь ухватить Бека за рукав, но опоздала. Подсвечивая себе фонариком, он уже бежал к голубятне. Рванул дверь, заглянул.
– Герр капитан! – Запыхавшись, она вытерла потные ладони о юбку. – Вы никого и ничего не найдете здесь, герр капитан. Вы должны это знать.
– Вы ведь лжете, мадам? – Он не разозлился, нет. Он испугался.
– Нет, вы же знаете, я не лгунья, Вольфганг. – Впервые она назвала его по имени. – И ваше начальство не накажет вас, уверяю.
– Вот в чем беда с вами, французами, – горько сказал он. – Вы не хотите видеть правду, даже когда она у вас под носом. – И, отодвинув ее, двинулся прямо к сараю.
Он найдет Изабель и летчика…
И что?
Всех ждет тюрьма. Или даже хуже.
Он ни за что не поверит, что она не знала. Поздно изображать простодушие. И на его благородство ради спасения Изабель больше нельзя рассчитывать. Вианна солгала ему.