Танцующая для дракона, стр. 89
— Наш свидетель скоро подойдет. — Как дракончик из музыкальной шкатулки, рядом нарисовался адвокат Ярлисов.
— А? — Это все, на что меня хватило, когда я смотрела на Леону.
Она утянула меня в сторону, на ходу еле слышно прошептав:
— Я не знала. Рэйнар решил, что до начала заседания мне об этом говорить не стоит.
Ну да, правильно. Зачем?! Зачем говорить, что свидетелем со стороны Ярлисов будет Гроу? У меня подозрительно задергалась левая рука (то ли потому, что нервы были на пределе, то ли зачесалась в предвкушении свернуть ему нос на другую сторону).
— Рэйнар настоял на том, чтобы во время допроса Мелоры присутствовала Мирис как важный свидетель. В ответ Ярлис сказал, что требует присутствия Гроу. Мне жаль, Танни.
А мне-то как жаль.
Словами не передать, спецэффектами не изобразить.
Не за это ли он случайно извинялся там, в коридоре?
Чувствуя, что еще немного, и у меня окончательно поедет крыша в неопознанном направлении, глубоко вздохнула. Еще раз.
И еще.
— Танни. Что между вами происходит?
— Ни-че-го.
— Ты уверена? Возможно, Ярлис рассчитывает именно на это: вывести тебя из себя.
Высказать все, что я по этому поводу думаю, не успела: Гроу шагнул в зал заседаний, даже не взглянув в мою сторону. Я смотрела, как адвокат Ярлисов идет ему навстречу, как протягивает руку, и меня начало потряхивать. Всю. Наверное, потому что я подсознательно надеялась, что заявление лысеющего иртхана — ложь. Что Гроу просто не может быть их свидетелем, потому что…
А собственно, почему?
Я сломала ему нос, я сбегала со съемочной площадки, я полезла наверх, хотя любая другая на моем месте покрутила бы пальцем у виска.
Но ведь был и зависший у балкона флайс, и поцелуи с терпкой сладостью вина, и…
И кому, как не мне, знать, что все это может быть просто отличной игрой.
— Не волнуйся. Не выведет.
Я повернулась лицом к собравшимся как раз в ту минуту, когда Рэйнар произнес:
— Начинаем.
И в зале одна за другой начали вспыхивать голограммы присоединяющихся к видеоконференции правящих.
Мелора подняла голову, когда один из наших адвокатов подошел к ней.
— Добрый день, местрель Ярлис.
— Не сказала бы. Не считая того, что это ночь, местр Бойд. — Она сидела, расправив плечи, глядя на подошедшего иртхана сверху вниз. Странно, что он от такого не начал уменьшаться в размерах.
— Вы готовы отвечать на мои вопросы?
— Я готова отвечать на все, что сочту нужным.
От нее веяло холодом, а еще уверенностью. Непробиваемой уверенностью и спокойствием.
— Начнем с самого начала. Вы наверняка были разочарованы, когда вам предпочли эссу Ладэ.
— О да. Очень.
— И что же вы почувствовали в этот момент?
— Боль. Ярость. Отчаяние. — Мелора обвела взглядом присутствующих, и голос ее слегка дрогнул. Вполне натурально, впрочем, она тут же исправилась, возвращаясь к маске ледяной отстраненности.
— Расскажите нам о разговоре, который состоялся между вами и эссой Ладэ после этого случая.
— Протестую! — лениво вскинул руку адвокат Ярлисов. — Этот разговор не имеет никакого отношения к делу.
Теперь он сидел, и рядом с ним сидел Гроу, на месте которого я представляла большое белое пятно.
— Ошибаетесь, — холодно произнес Рэйнар. — Очень даже имеет.
— Мне несложно рассказать о том, что случилось. — Местрель Ярлис скользнула по мне равнодушным взглядом. — Я сообщила эссе Ладэ о том, что она не актриса и что ей будет не по себе, когда Джерман Гроу попросит меня вернуться.
— Вы были настолько в этом уверены?
— Я и сейчас в этом уверена, — хмыкнула она. — Иртханессу может понять лишь иртханесса. Человек не способен передать то, чего в нем изначально нет.
— Тем не менее Джерман Гроу не спешил возвращать вас на роль.
Мелора передернула плечами.
— То есть вы все-таки допускали возможность того, что роль обратно вы не получите?
— Я такого не говорила. Но даже если представить, что это так, в настоящем это уже не имеет такого значения.
— И вы не испытываете по этому поводу никаких чувств?
— Легкую досаду разве что.
— Легкую?
— Протестую. Может быть, вы перестанете переспрашивать мою клиентку по десять раз об одном и том же? — Адвокат Ярлисов пристально посмотрел на него. — Уверяю вас, у нас все в порядке со слухом.
— Протест отклонен, — коротко обрубил Рэйнар.
— Легкую, — подчеркнула Мелора. — Это вполне нормальная реакция, когда такое происходит. Когда у вас угоняют флайс, вы не будете прыгать от радости до потолка.
— То есть вы сравниваете потерю роли Ильеррской с угоном флайса?
— Если можно так выразиться.
— Некоторые актрисы очень ревностно относятся к ролям.
— Я не из таких. Для меня роль — это всего лишь роль. Я достаточно молода и успешна, чтобы не цепляться ни за одну из них.
— Что вы скажете по поводу обвинения эссы Ладэ?
— Что она ненормальная.
— Местрель Ярлис, настоятельно рекомендую обходиться без оскорблений. — Голос Рэйнара добавил холода в зал заседаний.
— Оскорблять здесь можно только меня? — Мелора сверкнула глазами, но под взглядом Председателя тут же их опустила. — Простите. Это больше не повторится.
— Я очень на это надеюсь.
Гроу пристально посмотрел на меня. Так пристально, что я разве что не задымилась.
Жаль, на официальном заседании нельзя выразительно показать средний палец.
— Что вы делали в Ортахарне, местрель Ярлис?
— Отдыхала. Мне нужно было развеяться.
— Минутой ранее вы меня уверяли, что роль не имеет для вас особого значения?
Она вернула темноволосому невысокому адвокату цепкий взгляд.
— В моей жизни есть не только карьера, местр Бойд.
— То есть ваше желание развеяться никак не связано с ролью?
— Нет.
— С чем же, позвольте спросить?
— Протестую…
— Протест отклонен.
— С моей личной жизнью. Я недавно рассталась с мужчиной, который был мне очень дорог.
— Назовите его имя.
— Протестую! — Теперь адвокат уже вскочил. — Это совершенно точно никак не связано с делом.
— Не связано, если этого мужчины нет среди присутствующих, — сухо произнес Рэйнар.
— Местрель Ярлис, вы сейчас говорите о том, кто находится в этом зале?
У меня почему-то зарябило в глазах.
То ли от того, что я их слишком косила в сторону, чтобы не смотреть на кое-кого, то ли из-за светильников: их полосы были вплавлены между 3D-фотограммами двенадцати городов, расположенными по кругу. Вот их я и решила рассматривать, пока все глядели на меня.
Удивительное дело, допрашивают Мелору, а взгляды прикованы ко мне.
— Нет.
— Нет? Вы уверены?
— Уверена, местр Бойд. Этот мужчина не иртхан.
Театральная пауза была достойная: по крайней мере, кто-то даже сдавленно крякнул. Кажется, это был правящий Ортахарны, сидевший по правую руку от Рэйнара. По левую сидела Леона, а дальше я. Хорошо, что стол был действительно большой, потому что иначе пришлось бы уменьшать изображения, и правящие на голограммах были бы нещадно ущемлены в своих правящих правах.
Выразительный взгляд отца Мелоры говорил о том, что он явно не в курсе любовных похождений дочери.
— Вы довольны? — спросила она, сухо взглянув на адвоката. — Могу предоставить вам его данные, чтобы вы это проверили.
— Я считаю, что это пора заканчивать, — процедил Ярлис.
— Мы закончим, когда это сочту нужным я, — произнес Рэйнар. — Местр Бойд, у вас есть еще вопросы к местрель Ярлис?
— Один. Последний. Если бы вы захотели убить эссу Ладэ, что бы вы сделали?
— Протестую! — взвыл адвокат, а Ярлис побагровел, как вставка на родовой печатке Рэйнара.
— Вы считаете этот вопрос достойным, местр Халлоран?
— Это провокация! — адвокат потянул вниз галстук, словно тот пытался его душить.
— Отвечайте, местрель Ярлис.
— Если вам так угодно, местр Халлоран.
— Мелора, ты не обязана отвечать, — прорычал ее отец.