Есть только миг... (СИ), стр. 11

- И в чем же будет заключаться "наука"? Я ведь так толком и не знаю задач, которые нам надо решать? - “сейчас-то хоть скажут, куда я вляпался? Наверняка куча подписок потребуется. И я не ошибся.”

- А вот об этом мы сейчас с тобой и поговорим. На-ка вот, прочитай и подпишись для начала. - он протянул мне папочку и ручку.

Ну, так и есть. Я, такой-то - такой-то, обязуюсь... и тд. и тп. Я подписал везде, где требовалась подпись, и протянул папку майору.

- Ну, вот теперь и поговорим. Что ты знаешь о ликвидаторах? - спросил майор, и внимательно посмотрел в мои глаза. “Ну-ну, посмотри, что ты там хочешь увидеть?”

- А что тут знать? Есть тело - есть дело, нет тела - нет дела. Я догадывался, что мы занимаемся ликвидациями, или вас интересует моё отношение ко всему этому? - майор, немного удивившись, всё же качнул головой. - Вы знаете, товарищ майор, я считаю, что всё же такая служба нужна, да она просто необходима. Не всегда честным способом можно засадить отъявленного головореза за решётку, в последнее время даже, они чаще сразу выходят из-под стражи за недостаточностью улик, которые в свое время подчистили его же подельники, или ещё того хуже - купленные менты. А адвокаты играют роль посредников. И лично моё мнение - таких мразей, надо лечить только зелёнкой на лбу, начиная с нижнего звена и до самого верха. Вот только сомневаюсь я, что верх убрать удастся, не из-за профессионализма - а просто тупо не дадут.

Майор встал, прошелся по кабинету с задумчивым видом, остановился у карты Советского Союза, которая висела на стене полуприкрытая шторкой и о чем-то задумался. Я не беспокоил его, ожидая, когда же он очнётся. Наконец он отошел от карты, сел на стул и сказал.

- Если бы не эта подписка, - он показал на папку - ты бы отсюда уже не вышел. Кто тебе рассказал про суть наших операций?

Я поежился под его взглядом, но раз сказал "а", говори и "б". - Да никто мне ничего не говорил товарищ майор, всё это я понял самостоятельно. Здесь ведь не нужно иметь ума палату, что бы понять для чего всё это нужно. Первым звонком была гибель Бурята, а убедился уже, когда вытаскивали Удава. Подготовить лаз в милиции не просто, и очень не просто сохранить его без использования на протяжении долгого времени. Это говорит о том, что возможностей у нас много, а много возможностей только у государства. Сопоставил эти факты с гибелью Бурята, первоклассным снайпером, который на задание брал винторез, и всё сложилось. А еще я иногда слушаю новости. Вот и всё.

- Ты прав, не сложить два и два - это надо быть дегенератом. Ну что ж, я рад, что у тебя такое отношение к нашей работе и нет предубеждений. Но ты говоришь об этом так спокойно, что возникает чувство, что тебе уже приходилось проводить ликвидации. - майор очень внимательно посмотрел на меня своим сканирующим взглядом, что мне стало как то не по себе, и я решил не скрывать о случае в парке. В конце концов, я кончил упырей, и о них никто не скажет хорошего слова.

- Вообще то да, приходилось, и совсем недавно, в отпуске. - и я рассказал как и когда всё произошло, умолчал только о способе убийства, сказал только, что остановил сердце сильным ударом ладошки в район груди. Майор сделал какую-то пометку в своем блокноте и перевел разговор на другую тему.

- Хорошо, это мы проверим, заодно концы подчистим, если там будет что-то прорисовываться о тебе, но тебе сразу же надо было позвонить на базу и сообщить об инциденте, и впредь никакой самодеятельности. А теперь задание лично для тебя. Через три месяца будет проверка моих орлов на физподготовку, самооборону без оружия и быструю атаку. Большее внимание прошу уделить на первое слово, так как с атакой у них все в полном порядке, а вот скорость в конкретном случае - очень необходима. Прошу заметить, что основным критерием проверки будет являться именно быстрая атака. Не подведи меня Хват, от этого будет зависеть наша проффпригодность. - Майор устало откинулся на спинку стула и полуприкрыл глаза. “Видимо действительно поставили жёсткие условия. И кто будет проверяющим интересно?”

- Сделаю всё, что от меня зависит товарищ майор. Да, разрешите спросить? - майор махнул головой - Возвращаясь на базу, на поезде, я купил желтую газетёнку скоротать время, кроссворды порешать, ну и наткнулся на статью о "Белой Стреле", там какого-то банкира порешили, это... - я задумался, как это сформулировать, а майор смотрит на меня и ждёт собака такая. Нет помочь как то. - Это не о нас?

- Хм, да как тебе сказать? - он, наконец. улыбнулся и расслабился. - Тут вот какое дело, банкир этот, дважды судимый за хищения государственной собственности, Хлястиков Семен Григорьевич, в бандитских кругах просто Хруст, не успев выйти с колонии, вдруг стал практически сразу банкиром. И банк был создан с нуля и так быстро, что невольно заинтересовались сим фактом сотрудники по экономическим преступлениям. Покапали немножко, на первый взгляд всё законно. Тогда они копнули глубже, и выяснился факт... Не важно, в общем, он спонсировал терроризм на отмытые деньги наркотраффика, и придумал всё это именно он. Местные бандиты спонсировали его деньгами на первое время, а потом стригли бабло - как травку на лужайке. Когда его ликвидировали, а это происходило в его загородной резиденции, он раскладывал какие-то карты, ну и одна карта упала прямо на него, а остальные остались лежать на столе рубашкой вверх. И упала на него карта именно белой стрелы. Крот это заметил, но оставил все как есть. А когда появилась информация по этому убийству в СМИ, на факт карты с белой стрелой было указано особо. Вот тогда и было принято решение оставлять после себя карты с белой стрелой. Впрочем "Белой Стрелой" нас окрестили с первой же картой банкира. Ну а теперь мы поддерживаем это реноме. "Белая Стрела" ведь просто так никого не наказывает. Пусть знают, и бояться, может поменьше станет этого мусора. Ну, я ответил на твой вопрос? Хорошо, а теперь приступай к своим непосредственным обязанностям.

- Так точно. Товарищ майор, а когда я буду участвовать в ликвидациях? Просто... не хотелось бы мне всю жизнь заниматься тренерством, не моё это. - я опустил плечи и понурился, мне и в правду не улыбается постоянно околачиваться на базе и заниматься одним и тем же.

- Вот обеспечишь мне качество при проверке, вот тогда я тебя и буду привлекать в группы, а сейчас разговор окончен. Ступай на своё рабочее место.

- Есть, так точно. - я повернулся и собрался идти, но тут майор добавил.

- И поменьше этого "есть" и "так точно", на базе мы дома, а дома - как дома, уяснил?

- Так точ... в смысле, уяснил, простите. Пошел я тогда, ребята ждут.

- Иди уже, иди. - спровадил меня майор.

Следующие три месяца для меня прошли как во сне, не в том плане, что все время спал, а как раз наоборот, но практически не запомнил эти дни. Они проскальзывали в сознании, как сон после побудки. Но кое-что я все-таки помню, а именно - я разобрался со своими возможностями управления лучами с пальцев. Всё оказалось не просто, а очень просто. В момент вмешательства в узел, на что ты рассчитываешь, то и получаешь. То есть - если ты хочешь что-то изменить и думаешь только об этом, то лучи становятся как бы пластичными и гибкими при соприкосновении с энергетическим узлом человека. И если производить что-то типа массажа на отличающихся участках узла, то со временем узел будет становиться более однородным. Да, энергетические узлы практически у всех людей имеют более тусклые участки, и эти участки чаще всего находятся на одном и том же месте. Когда в школе я рассматривал свой энергетический узел, то заметил, что у меня эти участки более яркие, чем у наших ребят, ну и сравнил наши возможности. Вывод - именно эти участки и отвечают за скорость и реакцию. После этого я стал воздействовать на ребят перед каждой тренировкой, сажая их в рядок и заставляя медитировать, а сам тем временем провожу "массаж" узла. И дело пошло. Времени на это уходит часа полтора, но это время с лихвой компенсируется последующей тренировкой. Ребята видят результаты своих достижений и лишних вопросов не задают, когда очередной раз перед тренировкой я заставляю их медитировать. Спал я эти три месяца очень мало, в сутки выходило часа по три четыре. Ну а как вы думали. Тренировать то приходилось сорок три человека. Майор после моего возвращения собрал всех в родное гнездо, отложил все операции (уж не знаю как у него это вышло, не однократно я слышал перебранку командира с нач.штаба), но учебный процесс обеспечил. Разделив всю эту ораву на четыре группы, я и приступил, отведя каждой группе четыре часа.