Невеста из мести (СИ), стр. 37

— Сегодня у нас снова вестей куча, — хмыкнула служанка, показалось, чуть растерянно. И посмотрела во двор.

Не удержавшись, я тоже встала и заглянула в окно. В карету садилась одна из леди. Удалось только увидеть, как мелькнул край подола знакомого платья и ботинок на шнуровке, что на миг высунулся из-под него.

— Пастушка? — я покосилась на Полин, которая кивнула, провожая карету взглядом.

— Никогда не подумала бы, миледи, что это она вам зелье…

— Я тоже.

Ну, что ж, как бы то ни было, а дело осталось за публичным словом короля. И этот миг обещал стать роковым в моей жизни.

Глава 10

О том, что одна из невест короля сбежала, при дворе постарались забыть как можно скорее. Его Величество не стал лишний раз беспокоить лорда Суини и его людей. Погоню за баронессой Бирн не отправили. Анвира соизволил лишь выслать весть родителям Кэтлин о том, как опрометчиво поступила их дочь. Придворные, что в это время пребывали в резиденции, всласть потрепали имя беглянки, но недолго — и всего-то через сутки почти перестали о ней вспоминать. Благо меня при обсуждении столь эпатажного поступка Кэтлин не упоминали: то ли приказал Его Величество, то ли моя помощь не казалась такой уж важной. В любом случае, это было хорошо. И так удалось собрать вокруг себя слишком много внимания за последнее время.

Видно, чтобы это происшествие, как и сплетни обо мне и герцоге, канули в небытие ещё скорее, Анвира приказал готовиться к охоте на лис. Сейчас для того было самое лучшее время. Мне виделась в том подготовка к ещё одному важному событию: объявлению о выборе невесты. Ведь на охоту съедется весь свет, даже из самого Катайра. Очень удобно приурочить загон лис к ещё более значительному поводу.

С единственной оставшейся соперницей, которая на проверку оказалась не столь подлой, как я о ней думала, мы взаимно и не сговариваясь старались не встречаться. Накал неприязни между нами и без того грозил спалить всё вокруг. А сейчас, когда осталось одно только решение короля, что определит наши судьбы, даже одним только словом обменяться уже было бы преступлением.

Однако о настроениях Кайлы и её довольно резких высказываниях в мою сторону исправно докладывали служанки. Графиня беспокоилась, и с каждым днём всё сильнее. Она, верно, надеялась, что после всей шумихи меня точно прогонят. Но, похоже, не знала и того, что происходило между нами с Анвирой. Иначе её тревога была бы ещё больше. Признаться, то, как всё моё существо реагировало на близость короля, мне самой не нравилось. Но с этим я планировала разобраться позже.

Ладно хоть после того происшествия с принцем Бьои по дороге к ведьме, призрачное ощущение вернувшихся сил пропало. Возможно, в другой ситуации я расстроилась бы, уже испытав надежду на возрождение былых способностей, но сейчас они только помешали бы. Всё же герцог Дунфорт однажды уже что-то заподозрил.

Размышляя обо всём этом, я решила, что разумнее всего до самой охоты просто притихнуть, ни во что без надобности не соваться, ни с кем в излишние разговоры не лезть. Особенно с Финнаваром. Воздержаться от этого оказалось достаточно просто: с некоторых пор и смотреть на него было стыдно.

А гости всё съезжались в резиденцию. Снова потянулись через ворота одна за другой разномастные кареты. Некоторые лица уже казались знакомыми, другие я будто впервые видела.

За разглядыванием очередной высокородной четы, что только приехала, меня нынче и застали Полин с Дараной. Они, подозрительно шурша чем-то и хихикая, вошли друг за дружкой.

— Вам подарок от Его Величества, — громко объявила одна.

Невольно я покосилась на Ночь Друидов, который так и стоял в вазе, совершенно не увядая. А ведь прошло уже немало дней.

— Что там у вас? — повернулась и невольно вздохнула от восхищения.

В руках у Полин было великолепное платье шоколадного цвета с пышным шлейфом, которому предстояло роскошными волнами струиться по крупу коня на охоте. А Дарана с гордостью, словно сшила его сама, продемонстрировала алый приталенный камзол, что должен был надеваться поверх. Его воротник-стойка был отделан беличьим мехом, как и рукава. В дополнение к костюму шла отороченная тем же мехом шляпка, перчатки и удобные, но изящные ботинки до середины икр.

Но восторг и радость от чудесного наряда быстро пропала, стоило только подумать, что Кайле Его Величество подарил, верно, что-то подобное.

— Угадайте, кто его сшил? — заговорщически прощебетала Дарана.

— Неужто ты? — я, вдоволь налюбовавшись со стороны, подошла и провела ладонью по дорогой ткани платья.

Служанка фыркнула, но, кажется, не обиделась.

— Мистер Браун, разумеется.

— Еще бы, — назидательно буркнула Полин. — Вот станет миледи королевой, и все наряды ей будет шить только он.

Вопрос, кто будет шить мне платья, стань я всё же королевой, волновал меня меньше всего. Однако гордость, с которым служанка это сказала, даже польстила.

— А что-нибудь слышно о Лие? — спросила я, вдруг о ней вспомнив.

Девушки переглянулись, сразу же скиснув, словно им предложили откусить лимон вместе с кожурой.

— А что слышно… Говорят, после того, как она вам зелье подлила, выгнали её взашей, — Полин принялась старательно развешивать платье, разглаживая каждую складку на его юбке, крой которой заслуживал всяческих похвал.

— Она пыталась прибиться к баронессе, которая её и подкупила, но та, конечно, отказалась, — добавила Дарана. — Теперь неизвестно, где она.

— Знаете, мне её даже жаль, — вздохнула Полин. — У неё ведь семья. И дети, кажется, тоже есть. Такое место потерять! При королевском дворе!

Я махнула рукой, жалея, что вообще про неё спросила.

— Сама виновата. Уж сколько ей баронесса предложила, что она решила рискнуть всем? Неужто больше, чем платят здесь…

Девушки одновременно пожали плечами, а я подозрительно посмотрела на Дарану: уж её верность по-прежнему вызывала больше всего сомнений. А если Кайла захочет подкупить одну из моих служанок? Сейчас ставки выросли как никогда. Но после того, как я незаслуженно в мыслях обвиняла графиню в случае с зельем, начинало казаться, что она всё же больше лает, чем кусает. Однако стоит готовиться ко всему.

— Примерите? — Полин завлекающим жестом обвела платье, наконец, закончив его прихорашивать.

Я усмехнулась. А почему бы и нет? Хоть немного отвлечься от неприятных мыслей, что норовили разорвать голову, и позабыть о короле да герцоге, которые в свою очередь рвали душу на две части.

На следующий день меня, рискующую совсем уж протухнуть в собственной комнате, позвали ещё для одного маленького, но достаточно важного дела: знакомства с лошадью, на которой предстояло ехать на охоту.

Услужливый лакей проводил до конюшни и оставил меня там на попечение главного конюха. Пожилой, но вполне себе бодрый и свежий мужчина с крупными чертами лица и седыми волосами, собранными в хвост, приветливо поздоровался и жестом предложил пройти до нужного денника. Там стояла, тревожно принюхиваясь, прекрасная серая кобыла. Она сначала покосилась на меня одним глазом, а после задергала ноздрями, ожидая, видно, угощения.

— Не поддавайтесь, миледи, — предупредил конюх. — Иначе она выпотрошит вам все карманы, где можно что-то припрятать.

Я улыбнулась, осторожно гладя кобылу по изящной морде.

— Как её зовут?

— Искра, — мужчина заинтересованно посмотрел вдоль прохода между денниками на выход.

В следующий миг послышался отдаленный топот копыт, а после шаги. В конюшню вошёл мужчина, ведя коня в поводу. И только по этому мощногрудому вороному жеребцу с белоснежной звездой на лбу я и узнала Финнавара. Всё потому, что он был одет непривычно для себя. Длиннополую накидку нынче заменял теплый камзол до середины бедра, отчего его ноги в облегающих штанах и обутые в жёсткие сапоги до колена, казались ещё длиннее. Волосы скрывала мохнатая шапка, кажется, из чернобурки. А когда герцог посмотрел на меня из-под чуть наползающего на глаза меха, я окончательно убедилась, что это он.