Продам мужа в хорошие руки, стр. 9
– Ты же говорила, Ольгин муж сторожем нанялся. Почему он на ринге? Олег – писатель, а не...
– Вы же читали договор, милочки! Видели пункт, что я могу дать любое задание? Сегодня мне захотелось увидеть нового сотрудника в бою.
Я не выдержала, заревела в голос:
– Человек ты или кто? Отпусти, пожалуйста, моего мужа! У нас дети!!
– О детях нужно было думать, когда объявление строчила! Хочешь, чтобы я тебе его вернула? Забирай. Но заплати!
– Сколько?
– Тоже прошу три десять.
Я не поверила своим ушам. Рука потянулась к сумочке. Я очень надеялась, что у меня будет десять копеек. Нужные монетки нашлись. На дрожащей ладони протянула их Виолетте. Та расхохоталась громко, в голос:
– Совсем больная на голову, милочка? Только ты мужиками за бесценок разбрасываешься. Я же прошу три миллиона десять тысяч долларов. И ни центом меньше!
– Что?!!
Казалось, что на меня рухнуло что-то огромное, тяжелое, и мне уже никогда не выбраться...
– Но..я...
– Нереальная сумма! – рявкнула Элька. – Где она такую возьмет? Из всех ценностей только квартира, которая и трех лимонов рублей не стоит. Это невыполнимые условия.
– Ну отчего же? – вкрадчиво, даже ласково сказала хозяйка. – Для человека, который трудится на денежном поприще, то есть в банке, многое возможно. Ольга, я водила тебя на ринг посмотреть на твою реакцию. Она даже превзошла ожидания. Я уверена: ты сделаешь все, чтобы вернуть супруга.
– Сделаю, – ответила я.
Виолетта протянула мне листок с отпечатанными цифрами:
– Мои реквизиты для перечисления бабок. Сроку тебе неделя!
...Мы с Элькой сидели у моего подъезда. Домой не шли, чтобы не перепугать дочерей. Я ревела и никак не могла успокоиться:
– Она же меня на преступление толкает, Эль? Загнала в ловушку, а выхода нет.
– Есть! Отдать ей эти чертовы деньги.
– Но... меня посадят! Может пойти в полицию?
– А что у тебя на нее есть? Устный разговор? И вообще опасно это. Исчезнешь просто и все. Никогда не увижу я больше подругу Ольгу. А дети - мать.
– А мать-зечка лучше, да?
– Ольга! Ну какая же ты нерассудительная. Стырь эти деньги, как она просит. Но.. что тебе мешает и для себя прихватить? Если все умно сделать, сразу не хватятся. Как Олега отпустят, берите девчонок и валите из России. В Англию, например, или другую страну. которая не выдает преступников. С миллионами везде устроиться можно!
– Но это как-то... Ты уверена?!
– Думаю, это для тебя единственный выход. Или откажись от мужа, забудь!
– Не могу! Его на ринге как грушу используют по моей вине!
– Вот именно. Я сказала свое мнение, а действовать ли нет, тебе решать. Подумай до завтра, пока...
Элька чмокнула меня в мокрую от слез щеку и умчалась. Я медленно поднималась по лестнице. Перед глазами был лежащий Олег, скрючившийся от боли. С каждой ступенькой во мне росла уверенность: завтра я сделаю это, украду проклятые миллионы...
На втором этаже путь преградила Маринка. Затащила меня в свою квартиру и заорала:
– Оля! Я хоть и штукатурша, но не дура! Слышала со своего балкона, как Элька подначивает тебя миллионы украсть и благоверного выкупить. Только нужен ли он тебе? Мало того, что на твоей шее сидел, так еще и изменял!
– Что?!! Но я не замечала.
– А когда тебе замечать, коли пашешь с утра до ночи. Я сама их своими видела, Олега и любовницу его. И не раз. Тебе говорить не хотела, мужики они все такие. Надеялась, и Олег перебесится, чего семью рушить. Но раз ты уж на такое решилась, докажу, что недостоин Олег твой жертв. Я их на мобильник сняла. Глянь!
Маринка протянула мобильник. Я листала снимки и не верила своим глазам. Вот парочка стоит у машины, дама за рулем подвезла Олега. Он ее нежно целует. Вот видео. Олег выбегает из подъезда. Она бросается ему на шею... Снова поцелуй! Я выронила Маринкин смартфон, купленный в кредит. Тот едва не разлетелся на кусочки. Но подруга мне ничего не сказала. Понимала: только что рассыпалась, разбилась вдребезги моя семейная жизнь! Такой подлости и коварства мало кому в жизни выпадает испытать. И дело было не только в том, что муж завел любовницу. И не в том, что они миловались в нашем дворе, никого не стесняясь. .. Страшно было другое. Я не понимала, что вокруг меня происходит. Что-то странное, пока необъяснимое. Потому что на фото и видео была... Виолетта!
Глава 4
Я кричала. Громко, протяжно, как раненный зверь. Маринка обняла меня, прижала мою голову к своей пухлой груди и гладила по волосам. Она не знала, какие слова можно найти для утешения. Что тут скажешь, когда предает любимый, твоя вторая половинка, отец двоих детей. Не просто предает, заведя интрижку на стороне, а подставляет подло и изощренно, лишая всего.
Не знаю, что возымело большее действие. Искренние переживания соседки или злость, которая резко, внезапно вытеснила боль, что разрывала мои сердце и душу на куски. Я поднялась. Ощущения, что испытывала в тот момент, были странные. Но они мне нравились. Было чувство, как будто развязали руки и сняли повязку с глаз. Я прозрела, и мне хотелось действовать. Смахнула последнюю слезинку и улыбнулась. Маринку столь разительные перемены испугали.
– Оль, ты в порядке? – спросила она.
– В полном! Тебе спасибо огромное. Пойду я...
– Если чего, звони, приходи...
Подруга была встревожена, но что делать, не знала.
Я вошла в свою квартиру. Девчонки соскучились, бросились навстречу. Порадовать вкусненьким их не получилось. Не принесла сегодня ничего.
– Да ладно, без вкуснях проживем. Мы картошку пожарили. Есть будешь? – предложила Дашка.
– Вы пожарили?
– Ну, Иришка меня морально поддерживала и картошку по полу ловила, когда та выскальзывала, – улыбнулась Дарья.
Младшенькая, довольная, что сестра не оттолкнула, взяла помогать, хвасталась:
– Целых три картошки убежали. Но у меня ножки быстрее, я две картошки догнала, а одна под шкафом спряталась. Пусть папа достанет.
Я решила не тянуть кота за хвост и сказала девчонкам прямо:
– Папа теперь будет проживать в другом месте. Не с нами.
Не знала, как отреагируют дети на эту весть, но Иришка, у которой уже слипались глазки, не выдала никакой реакции. Ее больше волновал мультик, который она смотрела. Дарья фыркнула:
– Меньше народу, больше кислороду. Эй, мелкая, потопали в кроватку.
Мультик как раз закончился, младшая послушно отправилась за сестрой. А я накинулась на пересоленную, недожаренную картошку. Но, если честно, казалось, что ничего вкуснее