Мой брат – моя истинная пара (СИ), стр. 32

— Второе вместилище? Например? — резко спросил Райен.

Айрек покачал головой:

— А вот с этим есть определённые сложности. Пока что я могу предложить только временное решение. Приходите после завтрака ко мне. Попробуем кое-что.

Перед завтраком я всё же забежала к себе (к Эсуми) и переоделась. Выбрала платьице понаряднее, белое с голубыми лентами на рукавах, с длинным рядом мелких жемчужных пуговок. Почему-то хотелось выглядеть красивее… для Райена. Его слова о том, что он ощущает нас с Эсуми как близняшек, меня обрадовали и обнадёжили. Ведь верно, казалось бы, на первый взгляд две абсолютно одинаковых внешне личности — но ты постепенно учишься их различать, хотя сам не можешь сказать, как именно. Правда, в случае Райена одна из близняшек была его сестрой… зато вторая, очевидно, как сестра совсем не воспринималась.

Завтракали здесь в выходящей на восточную сторону, залитой солнцем столовой. Балконные двери были приоткрыты, и прозрачные занавеси колыхал ветер, слышалось пение птиц. Я бы с удовольствием шмыгнула наружу и полюбовалась бы видом со стен замка, но родители Эсуми, дядя Айрек и Райен уже заняли свои места, и под строгим взглядом отца Эсуми мне тоже пришлось сесть.

Стол был сравнительно небольшим. Мы с Райеном оказались ровно друг напротив друга. Он поймал мой взгляд и едва заметно, краешками губ, улыбнулся. Всё моё существо потянулось к этой улыбке. Будь я кошкой, я бы сейчас замурлыкала.

По правую руку от меня сидел отец Эсуми, по левую — мать. Это была очень похожая на Эсуми блондинка с кукольным личиком и небольшими, но красивыми голубыми глазами. Правда, мне не хватило то ли ласки, то ли привычной материнской любви во взгляде, которым она одарила Эсуми. Это был скорее взгляд собаковода, который проверяет, хорошо ли грумер причесал одного из его псов.

Поначалу завтракали молча, потом, когда настала очередь десерта и напитка, очень похожего на наш кофе, отец Эсуми откинулся на спинку кресла, утёр губы салфеткой и коротко постучал два раза по столу, привлекая наше внимание.

— Райен уже поставлен в известность, — веско сообщил он, уронив на меня тяжёлый взгляд, — сообщу и тебе, Эсуми, но предварительно предупреждаю: об этом не должен знать никто вне этой комнаты. Информация только для рода Лилле, ты поняла меня?

— Да, папа, — пискнула я с привычным (для Эсуми) выражением.

— Итак… его величество в тяжёлом состоянии. В любой момент течение болезни может ухудшиться. Целители не дают никаких гарантий. Конечно, все мы надеемся на благополучный исход, но в связи с положением… мы обязаны быть готовы.

Я слушала молча, но внутреннее напряжение росло. Вот оно что, король, оказывается, болен. Мне не показалось, что он как будто исхудал и осунулся, когда я видела его на посвящении.

Но к тому, что отец Эсуми произнёс следующим, я готова совсем не была.

— Поэтому в самом ближайшем времени мы устраиваем две свадьбы. Твою, с маркизом Варсен, раз уж ты сама об этом заговорила — и Райена, со старшей дочерью маркиза Пийю.

Мне показалось, в грудь мне вонзили кинжал. Полоснула острая боль, по позвоночнику пролилась струя холода. Руки задрожали так сильно, что вилочка для десерта, которую я держала в правой, задребезжала по тарелочке, и я поспешно бросила её и убрала руки под стол. Расширенными глазами уставилась на Райена, а он метнул яростный взгляд в сторону отца и отрезал:

— Нет!

— Никаких нет! — отрезал тот с идентичной безапелляционностью в голосе. — Пока что состояние короля держится в тайне, но как только станет известным, здесь начнётся хаос. Ближайшие к трону роды начнут грызть друг другу глотку. Нам нужна поддержка клана Пийю, иначе они предложат её другой ветви. Вопрос решён и не обсуждается, кажется, я уже говорил об этом!

Райен стиснул зубы, на скулах заиграли желваки. Я закусила губу, до боли, чтобы хоть немного умерить боль, рвущую меня изнутри. Вот о чём они беседовали тогда в библиотеке. Вот почему Райен был такой колючий утром. Не только из-за Лероя — его самого зажали в угол приказом жениться.

Я опустила взгляд, мне почти физически было больно смотреть на Райена. И ведь он ни слова не сказал мне об этом. Только претензии выдвигал по поводу Лероя. А сам… неужели он правда женится? Я представила его в чёрном костюме, под руку со скромно потупившейся невестой в белоснежном платье — и мне смертельно захотелось выцарапать этой неизвестной мымре глазёнки. А Райена по-хозяйски схватить за руку — и чтобы весь мир понимал: он мой.

С другой стороны, что Райен может противопоставить отцовскому приказу? Он же не может сказать: я женюсь на сестре, отстаньте.

— Отец, это невозможно, — послышался резкий голос Райена. — Я уже выбрал себе невесту, и это не девица Пийю.

Если бы я сейчас что-нибудь пила, я бы поперхнулась и забрызгала весь стол. Да и отец Райена едва не пролил кофе.

— Что?! Какое выбрал, что ты такое…

— Я имею на это право, — перебил Райен. — И даже ты с этим ничего не поделаешь. Она моя ония.

В столовой повисла мёртвая тишина. Настолько мёртвая, что тихое аханье Эсуминой мамы показалось оглушающим. Один только дядя Айрек продолжал невозмутимо работать вилкой.

Ония? Я забралась в знания Эсуми. Почти сразу поняла: это означает часть идеальной пары. Я — ония Райена, он — мой оний. Забавное слово, но зато оно оказало на родителей Райена эффект сродни ударившей в центр стола молнии.

— Ты… не может такого быть. Ты понимаешь, о чём ты говоришь? Ты… ты уверен? — такой категоричный и твёрдый, отец Эсуми вдруг начал заикаться.

— Уверен.

— Кто она такая?!

— Как только получу её согласие, я дам вам знать.

— Но это… это да, ты прав, это меняет всё дело. Но ты уверен, что она твоя… ведь надо же проверить это, ошибки быть не может. Простая влюблённость ничего не гарантирует, сын!

— Я понимаю. Ошибки нет.

Его отец, растерянный, ошеломлённый, перевёл взгляд на меня.

— Что ж, ладно. Это хорошая весть… если всё действительно так. Тогда выдаём замуж тебя, Эсуми. Хотя бы со стороны Веруж обезопасим род.

Настала моя очередь замереть под взглядом Райена. Упрёка там уже не было, скорее мучительное нежелание того, чтобы слова отца сбылись, и отчаяние оттого, что он не мог найти выход. Я с тем же выражением смотрела на него.

Я-то не могу тоже заявить, что нашла своего ония. Особенно после того, как вчера сама брякнула, чтобы «батюшка» поскорее назначил день свадьбы с Лероем.

Дядя Айрек негромко постучал по тарелке:

— Предлагаю не торопиться с этим. Я бы не доверял настолько роду Веруж. На Райена несколько раз покушались, и ещё неизвестно, кто стоит за этими покушениями. К тому же Эсуми всего семнадцать. На худой конец можно обойтись помолвкой. А если Райен и впрямь сможет привести в дом свою онию, то одного этого уже может быть достаточно, чтобы полностью обезопасить и клан, и государство. Наследник престола, обладающий идеальной парой — это невероятная удача. Гарантия долгого царствования и многодетности. Это удивительная благодать небес.

Я сидела тихо, как мышка. Райен бросил на дядю взгляд, полный благодарности.

— Хм-м, — протянул отец. — Пожалуй, ты прав, да, насчёт Райена. А что касается Эсуми, то утром с почтой пришло официальное предложение от дома Веруж. И, учитывая её собственное желание, а так же кое-какие мелочи, о которых дочь мне умолчала, — он метнул в меня свирепый взгляд, — у меня не остаётся другого выхода, кроме как принять это предложение.

Я замерла. Этот гад Лерой, похоже, сделал то, чего опасался Райен. Заявил, что похитил честь Эсуми и теперь хочет на ней жениться. И теперь свадьба неизбежна.

Господи, я не могу выйти за него! Я лучше умру!

Глава 17

— Дело швах, — выразился дядя Айрек, когда мы с Райеном после завтрака пришли в его «берлогу», как он назвал построенные в отдалении от прочих зданий длинные бараки с одинокой башней с торца.