Времена года (СИ), стр. 62

Официанты обходили приглашенных, предлагая им шампанское, в дальнем углу был стол, сервированный канапе и легкими закусками.

Молоденькая девочка в бесформенном платье с принтом из разноцветных квадратов раздавала программки.

Конечно, присутствовали журналисты, уже задававшие вопросы известным актерам, приглашенным на премьеру. Конечно, фотографы щелкали камерами, выбирая для объектива те лица, на которые с интересом будут смотреть в колонке светских новостей.

Все как обычно. Все как всегда.

Илья чувствовал, насколько крепко пальцы Май стиснули его ладонь, он ответил легким пожатием. Все хорошо, девочка.

Илья нашел взглядом хозяев вечера и, продолжая держать Майю за руку, направился к ним.

— Илья Юльевич, — приветствовал Сургут, — рад видеть.

Мужчины обменялись рукопожатиями, владелица театра оценивающе разглядывала Май. Дальше последовал необременительный обмен любезностями. Илья еще раз услышал слова благодарности за помощь, сам, в свою очередь, поздравил с открытием сезона и пожелал удачи, а в конце Сургут, коротко взглянув на Майю, произнес:

— Не будете против, если я украду у вас Илью Юльевича на несколько минут?

И, не дожидаясь ответа, отошел в сторону. Илья высвободил руку, прошептав на ухо: «Девушки Бонда очень смелые», и последовал за Сургутом, оставив Майю в компании хозяйки вечера.

Все оказалось просто — Сургут купил землю в Подмосковье и хотел устроить там настоящую усадьбу с большим домом, верандой, гостевыми флигелями, садом и парком.

— Жена полна идей, а как все совместить на одной территории — непонятно. Там такой вид на реку и на лес нетронутый, что заставлять его лишними постройками не хочется.

Все же он был умным мужиком, этот Сургут.

— Для начала надо посмотреть место, и, наверное, вместе с архитектором, — ответил Илья.

— Ты уж посмотри, Илья Юльевич. Архитектор-то есть? — в глазах блеснула хитринка.

— Есть.

— Добро. Следующий вторник у тебя свободен?

Это был уже заказ. Который он не должен упустить.

А вот Май упустил. Все время стоял так, чтобы не терять ее из вида, но обзор загородил дородный мужчина, а когда он отошел в сторону, Майи уже не было. Закончив разговор с Сургутом, Илья стал искать глазами девушку в темном брючном костюме.

— Слушай, ты с ним знаком? С самим Сургутом?

Илья повернул голову. Перед ним стоял Лёня. Выглядел он не лучшим образом, хотя одет был с иголочки. Однако мешки под глазами и характерная краснота кожи говорили о разгульной жизни, с которой, похоже, завязывать не собираются.

— Знаком, — ответил Илья.

— Здорово! — бодро поприветствовал Лёня и протянул руку.

Илья раздумывал, пожать ее в ответ или нет, а глаза искали Май. И не находили. Куда она делась?

Руку все-таки пожал.

— Привет. Не боишься при всех такое знакомство обнародовать?

— Да ты что! Мы же друзья. Слушай, а ты с Сургутом хорошо знаком?

— Я не сказал бы, что хорошо, но знаком. Ты без невесты?

Где же Май?

— Да какая там невеста? На баб вообще не везет. Только думал — вот оно, оказалось, папаша ее во что-то вляпался, по всем каналам прославили. Хорошо, что жениться не успел, быстро удочки смотал. А она вон уже с другим мужиком, — Лёня нервно кивнул в сторону, Илья проследил за его взглядом и увидел Алису. — Смотреть противно. Слушай, а как ты сюда попал? Тут только по приглашениям. Мне случайно перепало. Знакомый ногу сломал, ну и чтобы не пропадало… хотя, если ты знаком лично… Познакомишь с Сургутом? А как ты на него вышел?

— Я не выходил. Он мой заказчик. Я готовил театр к открытию, — Илья ничего не ответил на просьбу о знакомстве, но и сказанного оказалось достаточно.

Лёне потребовалось время, чтобы осознать услышанное. От удивления у него даже рот приоткрылся:

— Ты хочешь сказать… это твой партнер? И вот этот театр?…

Илья молчал. Май в центре зала не было, жена Сургута в компании с известной актрисой позировала фотографу.

— Мне нужно идти, — сказал, собираясь развернуться.

Но Лёня схватил его за рукав:

— Погоди, ты что же, все это делал, когда фирма накрывалась? Я уж думал, ты не выплывешь, если по чесноку. Писали, что потерял много контрактов.

— А этот не потерял. Сургут позвонил и сказал, что ждет выполнение работ в срок и соглашение действительно. Не испугался.

Илья говорил бесстрастно, глядя прямо в глаза Лёне, и тот не выдержал пристального взгляда, убрал свою руку.

Он понимал, что Май не могла никуда деться, что она внутри театра и ничего страшного не произойдет. Но все равно беспокоился, вынимая телефон и ища нужный контакт в телефонной книге.

— Привет, Илья, — раздался за спиной знакомый голос.

Он поднял голову и обернулся. На лице Алисы играла лучезарная улыбка.

— Привет.

— Все-таки решил вывести ее в свет? — как всегда без предисловий. — Не боишься новой шумихи после недавно стихшей?

— Нет. Я уже месяц, как никому не интересен, да и поддерживать интерес к своей личной жизни не намерен. Зачем любопытным скучный герой, когда есть более интересная особа?

Женская улыбка стала еще лучезарнее. Алиса, в отличие от Ильи, воспользовалась скандалом и внезапной славой. Алисой воспользовался бизнесмен, которому был необходим пиар, и теперь эта пара не сходила с обложек. Илья оглянулся. Бизнесмен с кем-то оживленно разговаривал невдалеке.

— Он оплатил мои долги, — тихо проговорила Алиса, — а я теперь отрабатываю.

— Наверное, больше не стоит жить в долг, — так же тихо ответил Илья. — Как отец?

— Под следствием, — с нее вдруг враз слетело все показное-глянцевое, — но есть надежда выбраться. А вообще… — Алиса подняла глаза, — я благодарна тебе за последнюю встречу. Пусть она прошла не так, как я думала, но… я воспользовалась советом и успела устроить свои дела, не полностью, конечно, но… как сумела. Что-то продала, что-то купила, что-то отложила… Вот рассчитаюсь с ним, — небрежный кивок в сторону любовника, — и начну с чистого листа. Наверное.

Илья молчал. Ему нечего было сказать.

— Ты иди, твоя девочка вон там, — Алиса указала рукой в сторону, — музыку слушает.

Когда Майя осталась наедине с хозяйкой театра, девушку охватила неловкость. Одно дело стоять рядом и улыбаться, и совсем другое — говорить с совершенно незнакомым человеком. Который, к тому же, разглядывает тебя — внимательно и с некоторой… снисходительностью? Или любопытством?

— Вам нравится?

Очевидно, речь идет о внутренней отделке театра. Майя послушно обвела еще раз взглядом вокруг.

— Да. Очень красиво.

— Это ваш Илья постарался. Вы меня извините, Майя, но я должна выполнить обязанности хозяйки мероприятия по отношению к другим гостям.

Женщина уже улыбалась и махала кому-то рукой. И вот Майя осталась одна. Переваривая «ваш Илья». Наш?

И решительно кивнула сама себе. Конечно, наш! Чей же еще?

Майя оглянулась — Илья был все еще занят разговором, и явно важным. И девушка медленно прошла по фойе, стараясь не слишком глазеть по сторонам. На мероприятии такого уровня она впервые, но надо изучать и разбираться — статус девушки Бонда обязывает. В таких размышлениях Майя дошла до места, где был сервирован фуршет. Ее взгляд медленно путешествовал вдоль столов, отмечая увиденное: сырные палочки, малюсенькие бисквиты, сырные палочки, тарталетки с икрой, малюсенькие бисквиты, мини-пирожные, дольки цитрусовых в шоколаде.

И тут в ее мысли вторглись звуки. Струнные.

Кто-то играл на арфе, и весьма неплохо. Майя пошла на звук.

На небольшом постаменте действительно стояла арфа. А играла на ней… Чеплыг.

Майя даже сначала подумала, что обозналась, но тут арфистка подняла взгляд от струн. Нет. Не обозналась. Чеплыг слегка сбилась, но, наверное, во всем зале это заметила только Майя.

Они так и смотрели друг на друга. Арфистка в концертном платье играла. Скрипачка в строгом брючном костюме слушала. Обе — студентки пятого курса консерватории, у обеих, по мнению одной из них, много общего в их положении. Но сейчас их разделяла невидимая, но четкая черта.