Одуванчик в тёмном саду (СИ), стр. 108

Неужели и Дина… Моя Дина… Ложь и моя Дина? Нет! Не верю! Не хочу верить…

Как не хотел верить в предательство Реми… А ведь он, и правда, предал. Черт… Черт побери!

Глава 44

Диндэниэль:

Когда на крыльце раздались быстрые шаги, я радостно вскинулась — с ума сойти, уже по походке его узнаю!

Однако улыбка увяла сама собой. Что-то не так… совсем не так.

Виланд… словно его из морозилки вынули. Лицо каменное, в лучших традициях гебешника, и щиты… Впервые я их ощутила настолько полно, — они не просто закрывали, они давили на все окружающее и на меня. Темный Властелин.

Подошел, странно посмотрел на гитару в моих руках, нахмурился:

— Вы по-прежнему носите кольцо лорда Илуватариона, леди?

Почему это звучит так, словно я совершаю какое-то страшное преступление? Что, вообще, происходит? Ну да, забыла снять… оно мне не мешало. Что за глупости? Не верю, что нормальный, адекватный мужчина ни с того ни с сего вдруг захлебнулся детской ревностью по поводу какой-то мелочи. Только не Виланд. Но тогда что с ним?!

Наверное, я слишком растерялась. Никак не ожидала ничего подобного, ну вот никак! Сидела, смотрела на него снизу вверх, забыв даже про гитару в руках. А что ему ответить? Кольцо вот оно — на пальце. Невооруженным взглядом видно.

Дождалась я только того, что меня довольно бесцеремонно взяли за руку и стянули золотой ободок с пальца.

Несколько секунд ничего не происходило, и я вообще перестала понимать, на каком свете нахожусь. Да что за хрень, прости господи?! С чего вдруг он еще больше закаменел, сжимая злополучное кольцо в кулаке, и впился в меня взглядом? И почему решительность в его глазах сменяется растерянностью и даже болью?

— Зачем?..

— Что зачем? — ко мне наконец-то вернулась способность говорить.

А еще я инстинктивно попыталась его почувствовать, но… ничего. Пустота. Словно никакой ментальной магии у меня и в помине нет.

— Правильно, не отвечайте. Даже знать не хочу! — да мать твою! Что происходит?! Почему он злится?! — Завтра с рассветом покиньте замок. Можете забрать с собой все, что пожелаете. Чтобы потом не обвинять меня, будто я выставил вас, не позаботившись о вашей дальнейшей судьбе. Гитару эту заберите, черт побери! Свяжитесь с моим секретарем, — он выдаст вам денег, сколько попросите. Забирайте все, что вам нужно, и уходите.

— Виланд, что происходит? — нет, вот так просто развернуться и уйти, я ему не дам! Какого… — Да подожди же ты! Стой! Объясни, что случилось?!

Я едва успела поймать его за рукав, но он аккуратно освободился, разжав мои пальцы, и посмотрел сквозь меня.

— Не везет мне с женщинами, черт побери! Но хоть в этот раз точно знаю, что вы не беременны. Рридфферта я предупредил — ни в чем себе не отказывайте. Такая хорошая актриса как вы, стоит больших денег. Спектакль был прекрасным. Я поверил.

Я, вообще, перестала понимать, что он несет. Лучше бы обругал, а то эта безжизненная вежливость — хуже оскорбления.

Наверное, стоило все же его остановить и заставить объясниться. Надо было вцепиться и не отпускать, пока все не выясним. Но я растерялась. Это оказалось слишком неожиданно и слишком… больно. Неожиданно больно.

Светлая сказка, которую не смогло испортить даже падение с высоты, даже пещера с чудовищем, вдруг разлетелась осколками, и оказалось, что она была всего лишь хрупкой елочной игрушкой. Блестки, легкость, радость… и тоненькие хрупкие стены, разбившиеся в единый миг.

Господи, чушь какая! А мне-то казалось, что я умею думать, умею вовремя принимать решения… правильно реагировать. Да, как же. Стоило ударить посильнее, туда, где больнее, туда, куда не ждала, — и вся моя мудрость испарилась, как снег на сковородке.

— Прекрати рыдать, и давай подумаем, куда ты пойдешь!

Кто рыдает? Я?! Я не… ах да, слезы… он они сами текут, потому что больно. И потому что непонятно!

А кто там, вообще…

— Ты все слышала? — сама не знаю, зачем переспрашиваю. Зельма слишком уверенно вошла и слишком сочувственно смотрит.

— Не глухая. И не слепая. Не знаю, что у вас случилось. Но ты как-то не похожа на актрису.

Гномка взяла меня за руку, подхватила со стула гитару и решительно потянула в сторону кухни. Там она быстро заварила кофе, щедро плеснув в него гномьей настойки на травах, заставила меня выпить, а потом полезла в буфет. За перьями… теми самыми, попугаичьими.

— Значит так. Перья тавура, действительно, очень дорого стоят. Они стабилизируют мельчайшие магические потоки и потому очень ценятся, как материал-наполнитель для амулетов. Вот здесь, — ухоженный ноготок подчеркнул строчку в открытой книге, — примерная стоимость. Вот здесь, — тяжелые страницы проворно зашелестели, — список поверенных. Галочкой отмечены те, с которыми можно иметь дело. Не обманут. Тебе хватит на дом в каком-нибудь городе и на пару лет безбедной жизни. Дальше разберешься. Все поняла?

— Все, — согласилась я оглушено. Как бы мне сейчас хотелось снова попасть в эльфийские лапки анестезиолога-недоучки! Его кривое заклинание мне бы не помешало…

Почему так больно?! Ведь дураку понятно — это какое-то недоразумение, и…

— Уходи, пока отпускает. Пока не решил, что неподконтрольный маг — это лишняя головная боль. Я даже знать не буду, куда именно ты отправишься, так безопаснее. Не тяни, поняла?

— Да, — я с трудом проглотила комок в горле и кивнула.

Все. Хватит ныть. Или я выясню, что случилось, или…

— Потом разберешься. Когда Повелитель остынет. А сейчас лучше не попадайся ему под горячую руку, — с этими словами Зельма коротко поцеловала меня в щеку, крепко обняла и быстро вышла, пожелав напоследок:

— Удачи тебе!

Удачи… вот странно. Зачем мне удача, если… Когда я успела так врасти именно в этого мужчину, что без него мне не нужна даже удача? Когда? И почему мир, еще несколько минут назад сверкающий всеми красками, стал пустым и ненужным?

Пальцы словно невзначай скользнули по мелодично мурлыкнувшим струнам. Надо же, музыкальная магия. Как насмешка. Наверное, такое могло присниться только больной на голову училке музыки. Да еще и попавшей под машину.

Что меня здесь держит? Что это, вообще, было? Слишком красочный и правдоподобный предсмертный бред, который вот так закончился? Может быть, тогда уж пусть все вернется на свои места?

Виланд:

Я увидел ее сидящей на веранде с гитарой в руках. Она радостно встрепенулась мне навстречу. А мне каждый шаг давался с болью. Словно в сердце воткнут нож, и его проворачивают.

Хочется закрыть глаза и… главное, так хочется ей верить! Обнять, прижать к себе, ощутить тепло ее тела, запах ее волос. Сейчас все выяснится и окажется глупым наветом. Сейчас боль уйдет, и мы вместе посмеемся над моей глупостью.

— Вы по-прежнему носите кольцо лорда Илуватариона, леди?

Ее растерянный взгляд вонзил нож в сердце еще глубже.

Да, я идиот, но мне надо убедиться. Меня предал брат… Я знаю, что ты — не сможешь. Ты не сможешь меня предать! Только не ты…

Сейчас я посмотрю на это кольцо и извинюсь. На коленях, потому что идиот… черт побери! Дай же мне это проклятое кольцо!..

Но Дина лишь смотрела на меня, молча, словно не понимала, что происходит. И я сам снял чужое обручальное кольцо с ее руки…

— Зачем?..

За что?.. Почему ты так со мной? Что я сделал тебе? Власть?

Нет, я же общался с ней без кольца, и она не хотела никакой власти. Кто-то соблазнил ее? Кто? Точно не Илуватор, это даже смешно!

Конечно, надо выяснить… потом. Попросить Ила найти и все выяснить: кто, чем и зачем. Поручить присмотреть за второй предавшей меня женщиной. Проследить, чтобы она ушла.

Не хочу причинять ей боль. И себе тоже. Сейчас я готов только огрызаться и защищаться. Потому что в моем кулаке зажат амулет. Амулет, искажающий эмоции.

Сколько же еще в мире этой гадости?! Зачем он ей понадобился?!

— Правильно, не отвечайте. Даже знать не хочу!